Революционер
Шрифт:
– Мы? У нас много названий. Кто-то называет нас бандитами, кто-то пустынными крысами, кто-то пустынниками. Но чаще всего нас называют мародёрами.
– Не самое лестное прозвище, – признал я.
– Да. Я думал дать этому городу название, создать клан, но увы моя идея не нашла широкой поддержки. Поэтому мы все решили, что без названия будет лучше.
– Мило...
Наконец он довёл меня до какой-то подсобки, ответвлению в туннеле. У тяжёлой металлической гермодвери сидело два охранника.
– Спокойно, парни,
От того что я там увидел, у меня снова открылся рот и опустились лапы. В небольшой подсобке абсолютно всё пространство было занято автоматами Калашникова в самых разнообразных кондициях.
Внезапно тяжёлая дверь за мной захлопнулась, и в ней сухо щёлкнул замок.
– Ты же не думал, что мы позволим тебе гулять где попало? Работай!
– Эй! – я обернулся и стукнул кулаком по бронированной стали, – Мы так не договаривались!
Впрочем, меня либо не слушали, либо не слышали. Я обернулся и упёрся спиной в сталь.
Становилось холодно. И немного страшно. Единственное, что у меня было – огромная куча разобранных автоматов. Что-то давало мне понять, что ни одного патрона я не найду, но попытаться всё-таки стоило. Оттолкнувшись от железной двери, я подошёл к груде металлолома и стал медленно, по кусочкам разбирать запчасти для автоматов.
====== 11. Зэки спят на перекличке ======
Хоть бы штаны дали, ублюдки.
Все стены моей камеры были в какой-то странной слизи, видимо от постоянной сырости. Иногда даже рос самый настоящий белый мох. Судя по всему, мой предшественник пытался им питаться – это плохо.
Впрочем, я хотел надеяться на их благоразумие. В конце концов, оружия тут было много – должны же были они хоть иногда открывать эту чёртову дверь!
Я ещё раз стукнул локтём по толстой стали, ожидая услышать хоть что-то в ответ. Но странных зверей из крайне непонятного мне общества, явно не слишком заботило – жив я или нет. Интересно, заботило ли их своё оружие?
Из пяти-шести автоматов, отвоёванных у плесени и ржавчины, вполне собирался один приличный автомат. Иногда попадались карабины, собрал даже один пулемёт. Из подручных средств мне даже не дали отвёртки – зато в углу нашлась целая бочка оружейного масла. Им я пользовался очень обильно.
Я пытался отсчитывать время. По внутренним ощущениям прошло часов пять-шесть. На самом деле я понимал, что всего прошло часа два, может три. Я не знал, сколько времени уходило у меня на один автомат. Я собрал три десятка, и ещё столько же был готов собрать, если это хоть как-то могло способствовать моему освобождению. В куче воронёного метала я находил всё новые и новые целые запчасти для автоматов, как вдруг мне улыбнулась практически неслыханная удача: в глубине металлолома блеснул серебром штык-нож!
Я тут же начал проделать путь до него, разбрасывая в стороны ржавые куски автоматов и протягивая
Ещё пару секунд ожидания – свет снова есть. Нож никуда не делся, я стал проделывать свой путь дальше. Похоже, перебои с электроэнергией не сильно напрягали зверей.
Есть! Вытащив клинок из груды железа, я по привычке проверил его остроту большим пальцем. Проведя лезвием по подушечке, я нашёл нож не очень острым, но достаточно прочным, чтобы нанести им пару тяжёлых ранений. Вопрос был лишь в том, куда я мог его спрятать. Резинка в трусах давно растянулась, и не очень его держала, к тому же он был без каких либо ножен, я рисковал очень деликатно порезаться. Отложив нож в сторону, я тряхнул ушами и стал рыться глубже в залежах металлолома: по-моему я увидел там рожок для автомата...
Но моим мечтам не суждено было сбыться: в гермодвери снова щёлкнул замок и открыли её буквально пинком.
– Сколько автоматов собрал, салага!? – с порога крикнули мне, пинком открывая дверь. Ко мне в камеру вошли двое незнакомых волков и золотистого цвета шакал.
Я кивнул на стоящие ровненьким рядом автоматы и пулемёт. Двое волков, не обращая на меня никакого внимания, сразу же стали набирать их в охапку. Это послужило мне на лапу – я незаметно взялся за штык-нож, лежащий неподалёку, и завёл его за спину.
– Эй, а вы... не собираетесь выпустить меня или хотя бы дать чего-нибудь пожрать? – спросил я вставая с кучи железа.
– Работай давай! – кивнул мне шакал, усмехнувшись, – Ты не представляешь сколько тебе придётся отработать – а ведь это только первая куча!
– Да? Блин... – протянул я, наблюдая, как волки уносят собранное мною оружие. Как только второй волк вышел из камеры и завернул за угол, я тут же набросился на шакала, прижав его спиной к себе и зажав ему пасть лапой. Другой лапой я приставил к его горлу острие ножа.
– Говори им, что проведёшь со мной воспитательную работу! – прошипел я ему на ухо, чуть надавив лезвием на гортань, – Быстро!
Недоверчиво отпустив пасть шакала, я ещё сильнее надавил лезвием на его шею, давая понять, что я не шучу.
– Парни!.. – немного неуверенно начал он, но получив ещё тычок, тут же крикнул, – Я останусь! Поговорю с ним!
– Окей! – проорал какой-то волк, уже с другого конца тоннеля. Я снова зажал пасть ладонью, обшаривая его пояс:
– Так, что тут у нас? – спросил я, нащупывая кобуру. Отстегнув пуговицу, я вынул пистолет и покрутил его перед глазами надсмотрщика, – О, итальянец! – шепнул я, опознав в оружии Берету модели 89.