Революционер
Шрифт:
Мои уши дёрнулись, улавливая шум моторов, ревевших хором. Я передернул затвор, дослав патрон.
– Приготовились.
Наконец, из-за дальнего угла улицы, показались сначала их огромные орудия, а потом и чёрные корпуса хищных очертаний. С обеих сторон улицы выглянуло по два танка и ещё один, отставший плёлся позади них.
– Клином идут. — Коротко отозвался Добб.
Сердце на миг замерло. Казалось, что они нас не заметили, башни крутились выискивая среди развалин цели.
Я медленно
– Цельтесь по смотровым приборам. У кого гранатометы — бейте по погонам башен и гусеницам.
– Ше-е-е-еф?! — Поднял голос Добб.
Я оглянулся и увидел что башни двух передних танков больше не крутились, а четко смотрели в нашу сторону. Они нас заметили:
– Огонь!!! — заорал я.
И уперев приклад, своего “Корда” в плечо, нажал на спуск. Массивный короб перед моим носом тут же задергался от отдачи пятидесятого калибра. Грохот моего пулемета послужил сигналом для всех остальных — отовсюду, из нашего автопоезда, с разных этажей руин , и даже из завалов на земле, в танки ударили трассы очередей и шлейфы гранатометных выстрелов.
У переднего танка ледяными облачками вылетели стекла перископов и триплексов, и ослепший гигант, на разорванных гусеницах, скрылся в клубах пыли и разрывов.
– Трогай! — Проорал шакал в рацию, видя как остальные танки заворочались поперек улицы.
Наш родной КамАЗ раздраженно заревел своим двигателем, набирая свои пять тысяч оборотов. Гигантские, приделанные Динозавриком колёса чуть проскользнули, буксонув под собственным весом, но потом тракторные покрышки ухватились за дорогу, увлекая автопоезд вперед...
Когда мы отъехали на десять метров, от своего места, мы увидели как один из козырьков небоскрёба слева от завала вдруг обвалился и из-за облака пыли показался корпус танка. Видимо танкисты решили не дожидаться когда гранатометчики перезарядят орудия и просто проехали через завал. Башня шевельнулась в нашу сторону, и орудия колыхнулись выдохнув огромный огненный всполох. На том месте асфальта, где мы только что стояли, вспыхнуло огромное пылевое облако, диаметром в несколько метров. Взрыва при этом не было — только крошки асфальта, разлетевшись от попавшей в него болванки осыпали наши головы.
– Бронебойными бьют!? — выдал риторический вопрос Бурый, поднимая гранатомёт.
– Не стреляй, погоди! Сначала выведем их! Гони, Фесси! — приказал я, и наш грузовик начал стремительно набирать скорость. Из пылевого облака, объезжая разбитые танки, выкатились уцелевшие машины. Заметив нас, они взревели движками, пускаясь в погоню.
– Не прекращать огонь! — рявкнул я и снова весь наш отряд начал посыпать танки пулями. Где-то внутри меня я надеялся, что рано или поздно мы собьем хотя бы одному из них всю оптику и желательно, элементы защиты. Но шансов на это было
Внезапно к рокоту танковых дизелей добавился высокооборотистый вой авиационных турбин, и из-за крыш руин, выскочили два самолета.
Я никогда раньше таких не видел — короткий широкий нос, и лебединое расположение прямоугольных крыльев с легким изломом. Двигатели у этих самолетов тоже располагались очень не обычно — две катушки крепились к корпусу позади крыльев. Тяжело прогудев, эти самолеты пошли на второй заход.
– Ах ты, блин! — выдохнул Добб.
– Что такое?! — напрягся я. Все взглянули на добермана.
– Это же Бородавочники!
– Кто? — Не понял я.
– Штурмовики А-10 “Удар Грома”! Откуда они в Японии?!
– Они серьезные? — Спросила за нас всех Шанни.
– Очень. — выдохнул Добб. — Их нужно завалить! Срочно!
– А танки?
– Самолеты в первую очередь!
Самолеты тем временем закончили разворот, и теперь, шелест турбин подсказывал что они заходят нацель. Видимо ожидая удара с воздуха один из танков встал и начал разворачивать башню.
К нашему удивлению, в рации раздался бодрый голос Тенесси:
– Полковник, это мы! Прикроем вас!
– Осторожно! В воздухе стервятники!
– Поняла!
Пушки развернулись в сторону наших неприятелей и дали мощный двойной залп в их сторону. Я не видел попали они или нет, но вскоре мы покинули “тёмную” часть дороги под стадионом и я увидел что все четыре преследователя целыми и невредимыми продолжали гнать за нами. Бульк непристойно ругнулся в эфире, кляня в промахе систему наведения.
– Скорость сто! — отрапортовала Фесс из кабины, — Поворот через двадцать шесть километров!
– Продолжай набирать скорость, — приказал я, — Не очень-то они шустрые...
– Полковник, разрешите сбросить брезент со второго прицепа! — раздалось у меня в ухе.
– Зачем?
– Мы нашли у вас в завале зенитную пушку!
– Зенитную пушку!?
– Я же говорил — мы расконсервировали пару наших складов... — снова довольно спокойно пояснил координатор, находящийся на значительном удалении от нас.
– Какого вы нам не сказали?!
– Я думал ваш полярный друг скажет... Ах... Да...
– Делайте всё что захотите! — рявкнул я, и тут же драгоценный камуфляжный брезент перелетел через наш последний прицеп, налетев и закрыв обзор одному из наших неприятелей. Это вызвало бурю восторга со стороны моего маленького отряда, но через минуту, покрутив пушкой, танк избавился от надоедливой тряпки.
– Самолёт! — заорал Бурый, бросаясь за своей “Иглой”.
Бородавочники заходили на цель парой, но позади нас раскатисто застрекотала зенитка, и к самолетам устремилась россыпь трассеров.