Революционер
Шрифт:
– Зато у тебя классно получается их устраивать... – восхищённо выдохнул я, – Когда детонация?
– Я отобрала дистанционный пульт у одного из сапёров, которые делали нам съезд, – похвасталась пантера, доставая из нагрудного кармана небольшой пульт с ярко-красным тумблером, – А детонатор смогла перенастроить на другую частоту.
Щёлкнув крышкой тумблера, диверсантка привела детонатор в боевую готовность, повернув в нём небольшой ключик.
– Так что бабах хоть прямо сейчас, – с нехорошей улыбкой сказала она.
Я оглянулся, оценивая ситуацию. С секунды на секунду они лишаться своих козырей и тогда всё станет за скоростью.
– Ты! – крикнул я псу, – Мы сейчас
Он поднял голову, посмотрев на нас, и удивлённо выдавил:
– Подорвёте танки?
Тут же на него напал главный ящер, который ни бельмеса не понял. Пёс тут же поднял лапы в воздух, спешно выдумывая новый смысл наших слов.
– Как только услышите взрыв – открывайте огонь! Не жалеть патронов! Изрешетить их чтобы я сквозь них небо видел!
Все звери тут же подняли оружие, занимая позиции. Ящеры поняли, что мы что-то замышляем, передали это по рации танкам, те наставили на нас пулемёты, что-то крича на бойцов. Те кто оказался рядом – поспешно укрылись кто где. Ящеры совершенно откровенно не понимали одной простой вещи – почему им не сдаются.
– Приготовились! – рявкнул шакал и все дружно подняли оружие. В одну сторону, целясь в стальные морды наших недругов.
Язык оружия – самый простой на планете. В тебя тыкают стволом, ты тыкай тоже. В тебя стреляют – огрызайся в ответ. Но эти парни были окончательными тугодумами...
Вперёд вышла наша замечательная пантерка в своей милой броне, подчёркивающей её талию и хорошо очерченные упругие бёдра. Работорговцы смотрели на неё как на товар, а вот она на них – как на кучу трупов. Они даже не подняли оружие, когда она щёлкнула дистанционным взрывателем.
Взрыв потряс нас даже за сто метров от эпицентра – я почувствовал налетевшую ударную волну затылком, и только потом я услышал жуткий грохот, от которого зазвенело в ушах. В перекрестье прицела показался испуганный до чертей ящер, глаза которого закрывала стальная маска, но вся его поза выдавала дикий, природный страх. Я спустил курок и его грудь разорвало от нескольких выстрелов – его не спас ни бронежилет, ни его маска, ни навороченная электроника. В следующий миг я обернулся, посмотреть на танки, искренне надеясь, что я один окажусь таким беспечным. Из-за выброшенного в кровь адреналина всё происходящее казалось мне медленным и неуклюжим действием. Земля содрогнулась, я увидел как оба танка скрылись в облаках пыли и дыма. Из этих облаков, в небо ударили многометровые фонтаны огня — башни танков вырвало из погонов корпуса и они, словно две уродливые зеленые сковородки, кувыркаясь взмыли вверх. Я замер с отвисшей челюстью — картина огромных пятнадцатитонных башен была совершенно сюрриальная. Одна из них, взлетев на семь-восемь метров, и перевернувшись вверх дном, с непереносимым грохотом опустилась обратно на корпус танка, скрывая под собой полыхающий погребальный костер. Вторая башня, описав дугу, с глухим громом упавшего молота, рухнула на остатки асфальта поднимая клубы искр, тучи пыли и дыма.
...Когда дым расселся, мы увидели два полыхающих корпуса — горела разлитая соляра, полыхала резина катков, огонь вырывался из распахнутых люков корпуса. Вокруг валялись части танков — фрагменты приборов наблюдения, люки, одиночные траки гусениц и патроны от пулемета...А башня, которая упала на асфальт на самом деле воткнулась в землю дулом и так торчала, как огромный дорожный знак.
Оба танка были разрушены полностью. Я вернулся к своему бою – с тыла нам уже ничего не угрожало...
Как только я посмотрел вперёд, я тут же нажал курок, поливая свинцовым огнём всех, кто рискнул оказаться
– Терминатор! НЕ ЖИДИСЬ!!! – закричал я, с трудом перекрикивая треск десятков очередей и залпы винтовок. Посреди толпы раздался его громогласный рык:
– А ну расступись!
Расталкивая всех плечами и своим пулемётом, песец выдвинулся на передний фронт и раскрутил свою махину. Сталь, из которой были сделаны те грузовички, на которых приехали ящеры, держал от силы выстрел из Беретты Ботаника, который предусмотрительно спрятался, ну в лучшем случае иногда он тормозил пулю из Калашникова, и то очень редко. Огромные авиационные патроны, которые в огромном количестве использовал шестиствольный пулемёт песца не выдерживала даже броня. Терминатор буквально разорвал один грузовик в клочья, прорезав его и укрывшихся в нём в клочья, а во второй Добб кинул пару гранат, отобранных у Дино.
– Граната! – крикнул он, отбегая назад. Все наши заняли места за укреплениями и зажали уши.
Грохнул взрыв, и фургон превратился в раздутую консервную банку. Дверцы сзади вылетели с петель, а нутро грузовиков изрыгнуло из себя кровавое месиво, вперемешку с ошмётками их бронежилетов.
Последнее сопротивление было уничтожено. Перестрелка окончилась так же, как и началась – взрывом. Почувствовав себя в безопасности, бойцы начали вылезать из укрытий и осматриваться.
– Видел? На-кося, выкуси! Живыми не возьмут... – подвёл итоги Добб. Встав, я на всякий случай поднял автомат, и направился к раскуроченным грузовикам. Добб не поднимал оружие, а шёл куда более уверенно.
– Добб?
– Погоди! – крикнул он, – Ща очухается.
Он подошёл к лежащему на земле псу, который служил нам переводчиком. Выглядел он ни живым ни мёртвым, но лишних дырок наши бойцы в нём не наделали. Мой друг поднял его с земли и легко порвал его наручники. После небольшого похлопывания по морде, пёс рывком открыл глаза, с огромным испугом посмотрев на добермана.
– Свободен, – тихо сказал Добб прямо ему в глаза.
Бывший раб медленно повернул голову, отрывая свой взгляд от доберманского. Два уничтоженных фургона, подбитые танки, гора трупов из его бывших хозяев, устланный гильзами асфальт... Он обвис на лапах у киборга, потеряв сознание.
– Обморок, – не смотря на пациента констатировала зелёная змейка, которая выползал из своего укрытия вместе с ботаником, – Раненные есть?
– Задело плечо! – тут же послышалось с другой стороны нашего автопоезда, и она поспешила на помощь.
– Положите его на что-нибудь, и дайте нюхнуть! – крикнула она, бросая Доббу небольшой пузырёк.
– Будто я сам не знаю, как нашатырём пользоваться...
Доберман взвалил бывшего раба на плечи и быстро донёс до первого прицепа, положив его в конце. Повозившись, андроид разорвал его кандалы, снял с него ошейник и проверил на ранения. Только после этого он промокнул шерсть на своём запястье в нашатырном спирте и дал понюхать её псу.
– ТРУПЫ!!! – закричал пёс диким голосом, вскакивая с места, и шарахаясь от нас как от прокажённых. Я, генерал и Добб смотрели на него глазами полными сочувствия и понимания.
– Значит родной язык всё-таки русский... – заключил чёрный шакал, – Так и запишем...
Пёс, несмотря на более чем дружелюбный настрой нашего главного с нами заговорить не желал. Дело шло к суициду, но положение спас нечаянно оказавшийся рядом лис.
– Эй, привет... – начал он издалека, – Как тебя зовут? Мы тебе не навредим...