Революционер
Шрифт:
– Так точно, – буркнул я.
– Вы же ещё не видели сюрприза, который я вам приготовил, товарищ полковник.
– Этот сюрприз включает в себя хотя бы тонну горючего? – усмехнулся я, но президент с лёгкой улыбкой кивнул.
– Я о транспорте. Надеюсь, в ваших рядах найдётся умелец, который отличит дизель от бензина?
Ошеломлённый такими новостями, я кивнул.
– Тогда зовите его, – спокойно сказал Ящер, – можете и генерала с собой взять. Доступ к некоторым секретным документам даёт замечательную возможность зайти туда, куда боялись зайти уже не одну сотню лет!
– Вы о…
– О гараже Алмазного Пика, полковник. Собирайте всех, кого посчитаете
Так он меня и оставил с открытой пастью и выпученными глазами. Что-то внутри меня медленно поднялось от кончика хвоста до головы, раздулось, надавило на череп изнутри и лопнуло с громким хлопком. Чувство доходящей до меня одной-единственной мысли было похоже именно на это, и когда до меня дошло что наш новый самозваный президент нам помогает, я смог закрыть пасть.
Вернувшись к составу, я быстро отыскал Динозаврика – его первым делом. Не стал ему ничего говорить, поэтому с ним навязались Черкес, Рико и их командир. Добба долго искать не пришлось – он сам меня нашёл, доложил о восьмидесяти шести добровольцах, а когда заметил выражение на моей морде, только сказал “Ага, понял” и сбегал за гранатомётом. За час мы все спокойно собрались, перекусили и даже посидели на дорожку. В назначенное время за нами приехал президент, и снова моя челюсть упала до самой земли, хотя в этом я был не одинок. Динозаврик поднял закостенелую лапу, показывая пальцем на громадный бронированный внедорожник, который мирно ехал за чёрной иномаркой президента.
– Тигр… – только и выдавил он.
– Что такое, Дино? – спросил Черкес, который менее нас всех понимал в машинах.
– Тигр, – ещё раз сказал чёрный лис, сглатывая комок в горле, – Этого быть не может.
– Тигры бывают, Динозаврик, – вставил Молотов, – Машина хорошая у них.
– Я и говорю про машину, капитан. Она называется “Тигр” и была разработана очень давно, даже задолго до войны. С тех пор столько раз усовершенствовалась, что потеряли счёт моделям, осталось только название – Тигр.
– Чем хороша? – улыбнулся Добб, разглядывая джип.
– Сам посмотри! Хотя чего там смотреть… Двигатель шесть литров чего стоит… Вес под шесть тонн! Он же жрёт немерянно, на такую машину топлива не напасёшься…
– Видимо они запаслись, – сказал я, закидывая лямку РПД за плечо, – Пошли парни, это за нами.
– Чур я на тигре! – сразу же вскочил лис, быстрым шагом направляясь к джипу. Водительская дверь открылась и из кабины высунулась моя рыжеволосая пассия.
– Пожалуй, я тоже, -охотно проворчал Черкес, а за ним направился и его брат. Последний оставшийся доберман, жалостливо посмотрел на меня.
– Я сто лет на такой никогда не катался, – признался Добб, в миг становясь похожим на малолетнего щенка.
– Что, правда?
– Ну хорошо, двести, – улыбнулся доберман.
– Да езжай, господи! – рыкнул я, – Молотов ты со мной?
– А куда я денусь? – пожал плечами серый пёс, – Командование так командование.
– По машинам, – скомандовал я, и моя маленькая команда расселась по машинам. Мне досталось почётное место впереди президентской машины, а сам ящер, к моему огромному удивлению, сидел за рулём. Молотов втиснулся на заднее сиденье, а с двух сторон его зажали своими попами полковник и подполковник. Не сказал бы, что пёс был сильно расстроен тем, что бесцеремонно сжали два андроида неземной красоты.
– А я решил покататься сегодня сам, – с ходу признался ящер, -Давно не водил, вот решил вспомнить былое.
Я с трудом удержался от ехидного комментария насчёт его роста и педалей. Ящер и так смотрел
Позади нас раздался протяжный гудок. Команда на военном джипе уже расселась по своим местам, и судя по всему требовала начала поездки. Ящер завёл двигатель и начал бухтеть себе под нос.
– Так, передача… сцепление… тормоз и газ! – мне показалось, будто он вспоминает расположение педалей. Кое-как подёргав коробку передач, ящер что-то не понял, и с заднего сиденья донеслась подсказка полковника:
– Автоматическая, господин президент. Буква Д, английская.
Говорила лиса очень сдержанно и холодно, но даже в голосе андроида я уловил нотки разочарования и гнева.
– Точно, спасибо! – без капли злости поблагодарил ящер и тронулся с места, причём с такими рывками, что я невольно потянулся к ремню, чтобы пристегнуться ещё разок. Кажется, этого захотели все, кроме самодовольного водителя.
Когда ящер втопил педаль газа до упора я со страху вжался в кресло, сжал зубы до скрипа и молча помолился. Оказывается ящер, как и всякий русский, очень любил быструю езду, причём не важно было где он её любил и на чём. Старая подвеска сразу же застонала уставшим металлом, намекая на то, что она вот-вот развалится от бесконечных ухабов и кочек потрескавшегося асфальта, по которому гнал наш главнокомандующий. Буквально за две минуты мы оказались далеко за пределами Владивостока, и Ящер, сбавив скорость, свернул на просёлочную дорогу, оставшуюся, наверное, ещё со времён войны. Я молча глянул в зеркало заднего вида, на которые водитель не обращал внимания, и увидел, что даже лисицы, пусть и сделанные из металла, не очень-то одобряли такие поездки.
– Ух! – выдохнул Молотов, – А я уж думал – умру счастливым!
– Почему это? – спросил я у него, пока Ящер, вытягиваясь в кресле, пытался разглядеть что-то дальше своего носа.
– А ты попробуй быть несчастным в окружении… такого рыжего!
Хитро законспирировав свой комплимент, пёс всё равно удостоился двух милых улыбок. Я уже начинал жалеть о том, что я знал о том, что за этой улыбкой обычно скрывается оскал и сорок два зуба, которые при необходимости перегрызут тебе глотку.
Справа от меня раздался натужный рёв огромного движка и сильный грохот. Все в нашем салоне тут же уставились в окно, включая водителя, морду которого тут же повернули мордой на дорогу две красивые лисьи лапки полковника.
Играя независимой подвеской всех четырёх колёс на поле рядом с дорогой выехал лёгкий бронемобиль наших друзей. На скорости больше, чем в сто километров час он спокойно преодолевал огромные ямы, оставшиеся от разрывов бомб, любые препятствия на своём пути. Огромные колёса без проблем вращали под собой землю, и водитель сохранял удивительную управляемость для такой тяжёлой машины.
– А, развлекаются, – ухмыльнулся наш президент, – Для этой машины никакие горы не помеха.
Я его не слушал даже. Снова заревев двигателем, многотонный “тигр” подпрыгнул, выходя из огромной воронки, оставленной авиационным снарядом. На миг мне послышалось, что я слышу восторженный ор своих бойцов, но стоило автомобилю подъехать поближе, я действительно расслышал его. Орали все, и, казалось, были счастливы как младенцы. Самое удивительное – за рулём спокойно сидела одна из лисиц президента и совершенно не напряжённо вела машину по ухабам и горкам. На миг посмотрев на меня, она чуть улыбнулась и дала ещё газу, уйдя далеко вперёд. Президент истолковал это по своему: