Ревизор
Шрифт:
— Э! Куда пузырь поволок? — возмутился барон. — И что значит уведите?!! Мы еще не договорили. Пока все финансовые вопросы не утрясем, никуда не пойду!
— Какие еще финансовые вопросы?
— А арендная плата за семьдесят лет? А набежавшие за просрочку платежей проценты кто за вас платить будет? Пушкин? Так, братва, накрываем поляну прямо здесь, пока ушастые не придут к консенсусу по этому вопросу.
Ариман только тряс головой, пытаясь сообразить, о чем идет речь. Впрочем,
— Сколько ты хочешь за аренду? — в отчаянии взвыл он, сообразив, что от этого нахала проще откупиться, чем отговориться.
— Вот это уже деловой разговор, — обрадовался Варгул. — Значит, так: семьдесят лет за использование чужой земли, плюс возведение незаконных построек…
— Каких еще построек? — оторопел Ариман.
— Вот этих вот! — постучал по полу барон. — А ипотека нынче дорого стоит. — Варгул вываливал на бедного Хранителя ошметки знаний, которые получил в свое время от Ивана и Вианы.
— Какая еще ипотека?! Этому дому две тысячи лет! Принадлежавшие раньше вам земли были западнее!
— Да? — Барон вновь извлек из корзинки свои карты. — Действительно. А жаль. Такая статья дохода уплыла. Ну да ладно. Значит, так: базовую ставку умножаем на семьдесят и с учетом упущенной выгоды от торговли дарами природы…
— А почему на семьдесят? — поинтересовался Ариман.
— Потому что семьдесят лет прошло.
— А базовая ставка какая?
— Не мешай, а то собьюсь, — отмахнулся Варгул. — Ага… значит, так… умножаем на семьдесят, два на ум пошло, плюс подоходный и налог на бездетность…
— Какая еще бездетность? — затряс головой Ариман. — У меня сын есть! Ему скоро будет двести лет!
— Какая древность! А маленьких детей нет?
— Нет.
— Значит, налог на бездетность оставляем. Итого с вас… — Варгул пошевелил губами, что-то старательно подсчитывая в уме, — …три миллиона восемьсот пятьдесят три тысячи двести семьдесят пять золотых.
Аримана аж отбросило на спинку кресла, и он чуть не подавился колбасой, услышав эту сумму. Хранитель понял, что клан свой, можно сказать, уже отдал за один только процент и остался еще должен.
— Откуда такие цены, прохвост?!!
— Будешь грубить, арендную плату с этого года задеру еще выше, — пригрозил Варгул.
— Да весь Шуахр со всеми потрохами столько не стоит! — завопил Ариман.
— Что делать? Инфляция, — развел руками Варгул. — Опять же проценты набежали. Хотя можно договориться и иначе.
— Это как?
Варгул поднялся с пола, подошел к Хранителю и что-то прошептал ему на ухо.
—
— У, какой ты жадный! — Барон вернулся на свое место. — Ладно, так и быть, немножко сброшу цену. Сделаем так: за первый год аренды платишь золотой. Согласен?
— С такой суммой согласен, — кивнул Ариман.
— За второй год сумму удваиваем, и это будет два золотых. Согласен?
— И с этим согласен.
— Вот так и дальше у нас пойдет. За каждый год аренды сумма удваивается. Идет?
— Идет, — облегченно выдохнул Ариман. — Но после выплаты арендной платы ты должен написать отказ от всех претензий на эти земли.
— Да не вопрос. Катай бумагу.
— Какую?
— Долговое обязательство. Как только мы получим на этих условиях расчет, инцидент исчерпан.
Ариман быстро состряпал требуемый документ и лично из рук в руки передал долговое обязательство Варгулу.
— Маиали, отведи барона и его друзей в комнаты отдыха и прикажи казначею деньги отсчитать. Обид барону и его людям ни в чем не чинить и обращаться как с гостями… Все-таки пили вместе, — удрученно вздохнул Ариман.
Маиали отвесил почтительный поклон главе клана.
— А с вами приятно иметь дело, Хранитель! — расплылся в радостной улыбке Варг. — Братва, сворачиваемся.
Убийца-тень дождался, когда люди барона растолкают выпивку и закуску по корзинам, и жестом дал команду своим воинам выпроводить их из зала.
— Кажется, мы обошлись малой кровью, — обрадовал Ариман сестренку.
— Ой, что-то меня гложут смутные сомненья, — покачала головой Аэрис.
— Все нормально, — отмахнулся Хранитель Времени. — Проблему, считай, решили. Задешево, бескровно и, главное, все по закону, не придерешься.
— А что за вариант он тебе на ухо предлагал? — поинтересовалась Аэрис.
— Лучше тебе этого не знать, — насупился Ариман. — Следующих сюда тащи! — приказал он Маиали, присасываясь к бутылке с водкой. Коварные градусы делали свое дело, и глава клана пил прямо из горла, наплевав на этикет и свои аристократические привычки.
— Ты что делаешь? — зашипела на него Танцующая Кошка.
— Молчи, женщина! В политику не лезь!
Пока они препирались, Маиали ввел в тронный зал еще одну группу, которая состояла всего из двух человек. Эта парочка была одета в темные траурные одежды, на головах их красовались черные фетровые раввинские шапки, шею закрывали густые бороды и длинные пышные пейсы, свисающие с висков. Что интересно, в руках у них, как и у предыдущей группы, тоже были корзинки, только прикрыты они сверху были не тряпицами, а плетеными крышками.