Реванш
Шрифт:
– Вам все равно придется меня освободить, – возмущался между тем Фернандо. – И на сей раз я не удовольствуюсь вашими извинениями, а обращусь в суд!
Виельма вынужден был признать, что так, скорее всего, и случится, поскольку свидетельство Хосе Луиса об угрозах со стороны Андраде никто не мог подтвердить. Разумеется, Виельма не стал говорить этого задержанному и продолжал надеяться на результаты баллистической экспертизы.
Фернандо же, хотя и держался вызывающе, был, тем не менее, обеспокоен и озадачен. Откуда взялся этот грабитель? В случайное совпадение
Смерть Гойо всколыхнула давние, улегшиеся было страсти, заставив всех, кто когда-либо пострадал от Фернандо Мальдонадо, яростно ополчится против него.
Алехандро пришлось буквально оттолкнуть мать, не пускавшую его «защищать этого убийцу».
– Но я же должен засвидетельствовать, что отец весь вечер провел с нами! – был непреклонен Алехандро.
– Это ничего не значит, – парировала Аврора. – Я не сомневаюсь, что именно он приказал убить Грегорио. Разве мог твой драгоценный отец простить ему то, что он успешно защищал меня, отсудив у Фернандо часть состояния!
Примерно то же самое говорила Гильермо Сандра, прося его не ввязываться в эту историю, способную навсегда испортить карьеру адвоката. Но Гильермо был убежден, что отец к этому убийству не имеет никакого отношения.
А несчастная Брихида, наоборот, умоляла Хулио Сесара помнить, что Рейнальдо – его брат, и отказаться от мести.
– Нет, я не могу отсиживаться в сторонке и позволять Фернандо Мальдонадо убивать нас одного за другим! – стоял на своем Хулио Сесар. – А если в это замешан и Рейнальдо, то отвечать придется и ему.
Фернандо был до слез растроган поддержкой сыновей, горячо заверял их в своей невиновности и не скупился на слова любви и благодарности. Братья же в тот момент были как никогда едины, и объединяло их благородное стремление постоять за честь фамилии.
Но вот Виельма рассказал им о документе, раздобытом Гойо, а затем исчезнувшем, и все трое вынуждены были усомниться в искренности отца. Рейнальдо, лучше других знавший, на что способен Фернандо Мальдонадо, сразу же попросил свидания с ним.
– Отец, не пытайся меня обмануть – угрожающе произнес Рейнальдо. – Ты обокрал Мерседес, и поэтому умер Перальто?
– О горе! – воскликнул в ответ Фернандо. – Даже ты поверил моим врагам! Неужели я мог так поступить с Мерседес? Ведь это же все равно, что украсть у тебя!
– Не лги, отец, не лги. Перальто мертв, и я не могу поверить, что он стал жертвой случайных грабителей, что сама судьба убрала его с твоей дороги. Это было бы похоже на чудо. Имей в виду: если документ всплывает, я никогда не прощу тебе того, как ты поступил с Мерседес!
– Кажется, он не поверил отцу, – сказал Гильермо, когда они с Алехандро остались одни. – Я никогда не видел Рейнальдо в таком
– Да… – только и мог сказать в ответ Алехандро.
Он еще не пришел в себя после разговора с Исамар, встретившейся ему здесь же, в коридоре следственного изолятора.
– Твой отец одного за другим уничтожает членов моей семьи. И я больше не могу этому попустительствовать, – сказала она, глядя на Алехандро с гневом и даже ненавистью. – Еще совсем недавно я отказывалась от мести ради тебя, Алехандро. Но теперь даже ты ничего для меня значишь. Я желаю только одного: увидеть твоего отца за решеткой! Вот теперь, Алехандро, я желаю возмездия!
– Исамар, опомнись! Отец арестован по ошибке. И скоро ты в этом убедишься, – попытался воззвать ее к благоразумию Алехандро.
– По ошибке?! – возмутилась Исамар. – Нет, ошибка была в том, что я полюбила тебя, что предала память отца! Я принадлежала сыну убийцы, и мне нет прощения! Эта любовь принесла мне только горе и слезы. И еще – отвращение. Да, Алехандро, отвращение!
Рейнальдо повсюду искал Мерседес: ему просто необходимо было сказать ей, что он не имеет отношения к махинациям отца в Энсинаде.
– Если все это окажется правдой, – заявил он, отыскав Мерседес в монастырском пансионе, где он теперь работала, – клянусь, я не пощажу отца и верну все, что тебе принадлежит!
– Рейнальдо, я устала от твоих объяснений и клятв, – ответила Мерседес. – Оставь меня, прошу. Я с таким трудом нашла работу и должна заниматься ею.
Встреча с Мерседес совсем подкосила Рейнальдо. Ему хотелось в голос кричать от бессилия и невозможности доказать Мерседес, свою любовь. Какое-то время он бесцельно колесил по улицам, пока не остановился у дома Брихиды. Только она, единственная в этом городе, любит его и принимает безоговорочно таким, какой он есть. Но и к родной матери не мог Рейнальдо прийти сейчас со своим горем – не хотел встретить там Хулио Сесара.
Он не знал, что дома его дожидается Энкарнасьон, вернувшаяся обратно, чтобы поддержать дорогого мальчика в беде.
Алехандро тоже нуждался в материнской поддержке, но вместо этого получил лишь еще один удар, в самое сердце. Вернувшись домой, он нашел Кике в истерике.
– Папа, это правда, что дедушка убил человека? Это правда, папа? – кричал Кике, захлебываясь от слез.
– Нет, сынок, нет, – обнял его Алехандро.
– Но ведь его посадили в тюрьму! – не унимался Кике. – Бабушка мне сказала! Папа, это правда, что мой дед – нехороший человек, изверг?..
Объясняться с Авророй было бесполезно, и Алехандро, кое-как успокоив Кике, увез его к Габриэле.
Когда дети уснули, Алехандро стал рассказывать обо всем, что пережил за этот трудный день, в том числе и о своей встрече с Исамар.
– Ее слова ранили меня, – признался он, – больно ранили. Ведь я любил эту женщину… А то, что произошло с Кике, и вовсе меня добило. Я не знаю, что делать, Габриэла. Жить в доме моей матери после сегодняшнего случая стало невозможно. Может, мне стоит взять Кике да и уехать с ним за границу?