Реванш
Шрифт:
– Как они, черт возьми, пробрались к нам?! – кричал генерал, потрясая в воздухе кулаком, наблюдая, как вражеская авиация рассеялась, уходя домой после выполнения задания. – Кто виноват?! Будьте уверены, я лично расстреляю эту сволочь! Почему не засекли?! Почему, я вас спрашиваю?! Ведь у вас, сволочей, стоит самая новейшая аппаратура, мудаки!!!
Бледный, как мел, подполковник, отвечающий за средства наблюдения, что-то невнятно мычал. Потом он, собравшись с духом, все же ответил:
– Они были экранированы, сэр… И если посмотреть
– Заткнись…
– Так точно, сэр…
– Майор… – прохрипел генерал, повернувшись к командиру авиационного крыла, не в силах уже кричать и ругаться.
– Да, сэр, – шагнул вперед Ставр Гастон.
Он уже понимал, что ему предстоит, и задание, скорее всего, будет не слишком обдуманным, и он не ошибся: генерал сказал:
– Майор, мы должны наказать их… стереть в порошок… поотрывать им яйца… Мы должны нанести ответный удар. Мы должны немедленно сравнять счет…
– Так точно, сэр, – отчеканил майор, хотя был в корне не согласен со своим начальством.
Майор Гастон не стал говорить, что потери будут большими, как никогда, что противник, нанеся столь сокрушительный удар, наверняка подготовился к ответным действиям, ждет. Майор не стал просить об отсрочке, чтобы провести разведку – в том числе и боем, – чтобы выявить слабые места, тогда хотя бы жертв было бы меньше. Всего этого он не сказал, зная, что генерал Крайс от всех доводов сейчас просто отмахнется, обвинит в трусости и прочих смертных грехах и потребует немедленно выполнить приказ.
– Идите, майор… остальным также занять свои места. Мы выступаем немедленно.
Корабли группировки генерала Крайса продвигались вперед к противнику, по самому короткому пути. Ни о какой секретности продвижения не могло быть и речи, так как даже если бы удалось уничтожить все спутники-шпионы, которыми система была прямо-таки напичкана, их просто бы заметили визуально из-за постоянных вспышек лазерных лучей, разрушающих слишком близко подошедшие метеориты, угрожавшие кораблям.
Навстречу авианосцу «Нибелунг», крейсеру «Спайтфуль» и двум линкорам (один из них, «Восход Динго», все же остался для защиты останков перерабатывающей фабрики) выдвинулась не менее представительная группа боевых кораблей. И вскоре между противниками завязалась интенсивная артиллерийская перестрелка.
Метеоры, которые оказались между двумя флотами, в первую же минуту были превращены в пыль. Продвинувшись под огнем неприятеля и оттеснив врага, в космос, как рой озлобленных пчел-убийц из улья, высыпали самолеты и направились прямиком к перерабатывающей базе. Которую следовало уничтожить, во что бы то ни стало. И точка.
51
Видеть такую свалку Крису еще не доводилось, он даже подумал о том, что немногим «старичкам» посчастливилось такое наблюдать и уж тем более участвовать. Сотня бортов
Вот и они, преодолев половину пути до станции, попали в хорошо организованную засаду, и уже несколько машин разлетелись вдребезги. Неизвестно, успели ли катапультироваться пилоты, – не считая истребителей, вышедших из боя относительно целыми, но уже не способными на какие-то активные действия.
– «Косой», ты цел?
– Пока что да, «Дельфин»…
Форкс закладывал вираж, намереваясь обогнуть метеор и зайти кому-нибудь в хвост. Но так уж получилось, что кто-то думал так же, и два самолета оказались друг против друга, и спустя секунду «циклон» и «цикада» открыли огонь.
Две дорожки снарядов протянулись навстречу друг другу. Крис закрутился по оси, но нескольких попаданий не избежал. Сочтя, что применил не самую лучшую тактику боя, резко отклонился вправо. То же самое сделал и его противник, видимо, одолеваемый теми же мыслями: «бодание баранов» хорошо смотрится в кино, но никак не в реальной жизни.
– Уф-ф… – тяжело выдохнул Крис, бросив мимолетный взгляд на экран, где высвечивались сведения о повреждениях. Но ничего серьезного не произошло. Правда, потом взгляд все же заметил трещину на колпаке, но и она не была страшна.
«Хотя могло бы пробить, и меня разорвало бы на части, – холодея, отметил Форкс. – Но все хорошо, что хорошо кончается…»
Стоило ему об этом подумать, как бортовой компьютер затянул свое извечное:
– Внимание, внимание! Захват системой наведения…
Крис уже и сам видел, как два вражеских самолета сели ему на хвост.
– Отстрел ПРС.
– Произведен.
– «Косой», это «Дельфин».
– Слушаю тебя, «Дельфин».
– Ты как?
– Нормально, «Дельфин».
– А у меня целых два прыща на заднице… – сказал Крис, отметив вдруг, что он, пожалуй, впервые попросил помощи у своего напарника. Но оно и не мудрено в такой свалке…
– Понял, сейчас буду.
Между тем Форкс крутился, как мог, уходя от пушечных очередей и подбивая ракеты средствами ПРС, уже отстрелив одну из двух противоракет. Ситуация становилось все хуже.
«Ну, где там „Косой“?!» – чуть ли не в отчаянии кричал про себя Крис, бросая взгляд на радар.
Послышалось пять глухих ударов.
– Твою мать… – выругался Крис, почувствовав, как его машину резко бросило в сторону помимо его воли.
– Повреждение топливной системы, – тут же доложил бортовой компьютер. – Повреждение системы управления левым маневровым двигателем… Перехожу на дублирующие каналы…
С последними словами БК «циклон» стал управляем, как прежде. Крис успел поймать еще пяток снарядов, но они броню не пробили. И ему пришлось сбросить последнюю противоракету, чтобы не подорваться на смертельном подарке, что ему хотели подарить.