Реванш императора
Шрифт:
–Ты еще и воровка! Ты украла мое собственное изречение. Я говорил: «Никогда еще французские солдаты…» А ты так же двулична и лжива, как все англичане! И столь же бессердечна, как герцог Веллингтон!
–Я - герцог Веллингтон,- хрипло прошептала машина.
Хоббс не выдержал и зашелся в приступе смеха пополам с кашлем. Кресло с трудом выдерживало содрогания его могучей туши, жалобно поскрипывая изрядно потершейся позолоченной кожей. Не обращая на толстяка внимания, Наполеон пристально посмотрел на машину.
–Я - герцог Веллингтон?
– повторила она холодным,
–Как тебе будет угодно. Но я требую реванша.
–Могу я прервать вас ненадолго?
– поинтересовался Элдин.
Наполеон стремительно обернулся:
–Вы разве не видите, что мы заняты?! Сначала я должен надрать задницу этой куче ржавых шестеренок, которая называет себя Веллингтоном!
–Не забывайте, мы здесь совсем по другому поводу, сир, - мягко напомнил Элдин - Понимаю ваше нетерпение отыграться, но от нас, возможно, зависит судьба по меньшей мере двух сотен населенных планет.
–Вы же сами всю жизнь призывали отделять главное от второстепенного, - не упустил случая съязвить Ярослав.
–Ну, хорошо, хорошо,- вздохнул император.- Месье Веллингтон, будьте так любезны уделить немного внимания моему другу. Отложим выяснение отношений на несколько минут.
На игровом поле вновь возникли стройные ряды фигур, а машина, упорно игнорируя Элдина, повернулась к нему спиной и объявила:
– Джентльмен из Франции имеет право на первый ход.
Наполеон беспомощно взглянул на Элдина и развел руками.
– Похоже, у нашего хозяина свои понятия о главном и второстепенном, - заметил Ярослав, едва удерживаясь от смеха; он получал огромное удовольствие, наблюдая за тем, как надменный корсиканец снова оказался втянутым в игру, выиграть которую у него не было никаких шансов.
Элдин несколько минут следил за развернувшейся под балконом баталией, потом махнул рукой и решил вернуться в зал. В самом начале галереи он столкнулся с Зергхом, который, оказывается, все видел и слышал, только не показывался на глаза.
– Весьма любопытное явление, - поделился впечатлениями старый гаварнианин.
– Мы дважды встречались с аналогичными устройствами Древних, но впервые большая мыслящая машина проявила такой очевидный интерес к одному из нас. Вспомни, как было в последний раз - Ярослав тогда разнес вдребезги Небесную Иглу, а машина спокойно торчала на месте и покорно ждала, пока обломки не свалятся ей на голову.
– Если верить Вушу, машина и на них не обращала внимания, когда он шлялся тут со своим придурком приятелем, - добавил Элдин - Странно, почему вдруг такое явное пристрастие к Наполеону? Или она в душе тайная бонапартистка?
Они дошли до наклонного пандуса и начали спускаться по нему в зал. Зергх указал на боковой проход. Вуш и все остальные пошли сюда.
Элдин пожал плечами и последовал за гаварнианином по спирально закручивавшейся вверх дорожке. Навстречу им попался небольшой кибер, тащивший за собой совсем маленького. Последний отчаянно пищал и брыкался всеми конечностями, но большой его не отпускал и упорно волочил по полу, как мешок с мукой. Не успела странная парочка скрыться за поворотом, как из соседнего коридора
– По-моему, они тут все просто взбесились,- покачал головой Элдин.
Поднявшись на следующий уровень, они остановились, чтобы осмотреться.
– Не заблудиться бы нам,- с сомнением проговорил Зергх.
– Здесь столько переходов и уровней, что не успеешь оглянуться, как окажешься в соседнем здании.
Гуляющее по коридору эхо вдруг донесло до их ушей звуки человеческой речи. Они пошли на голоса и вскоре остановились перед массивной дверью метров десяти высотой и почти такой же ширины. При появлении гостей дверь отворилась, и они вошли.
– Свалка богов!- прошептал потрясенный Элдин.
– Так ты считаешь, что Вуш сделался ренегатом и открыл варварам секретный путь к Сфере?
Мупа сокрушенно кивнул:
–Он наверняка соблазнился их посулами. Я и раньше испытывал сомнения на его счет. Ему недоставало определенных качеств, чтобы стать истинным Избранным, поэтому я и старался проводить рядом с ним как можно больше времени, дабы…
–Заткнись!
– рявкнул Арх, и Мупа съежился и увял под его пронизывающим взглядом.
Верховный холодно и брезгливо оглядел трепетавшего юнца, которому было от роду не больше двадцати тысяч лет, но который уже успел засадить их всех в такое дерьмо, что и за вдвое больший срок не расхлебаешь. Арх как раз обдумывал подходящее наказание для паршивца. Срок он еще не определил, но уже решил, что он будет составлять не меньше двадцати тысяч лет - нынешнего возраста Мупы. Вдвое старше- вдвое мудрее, хотя в последнем Арх сильно сомневался. Загвоздка была в выборе подходящей планеты. Само собой разумеется, она должна быть отдаленной, уединенной и безжизненной. Он только не знал, что лучше - очень жаркий климат или очень холодный. Немного поразмыслив, он решил подобрать такую планету, чтобы жара и холод на ней чередовались, но без промежуточных вариантов. Единственная проблема состояла в том, что на пустынных мирах чрезвычайно просто сойти с ума, а грех Мупы был чересчур велик, чтобы позволить ему так легко отделаться.
–Если они все же отыщут недостающую деталь, смогут они ею воспользоваться прямо оттуда?
– спросил Арх.
–Не думаю, Просвященнейший, - подобострастно ответил Мупа.
– Скорее всего, им придется доставить ее сюда, в окрестности новой звезды.
Арх задумчиво кивнул:
– Пусть тогда Корбин гоняется за ними на Сфере, а мы будем поджидать их здесь. Если они ускользнут от него, мы встретим их на обратном пути и поступим так, как того требуют высшие интересы.
Арх умолчал о том, что в этом случае «высшие интересы» потребуют заодно и ликвидации Корбина, но он уже так далеко зашел в своей игре, что одна-две лишние жертвы больше не отягощали его душу и не терзали совесть.