Ретроскоп

Соколов Юрий Юрьевич

Стейбус вздохнул. Так и было.

— Теперь люди увлечены освоением близкой временной зоны,— продолжал Блэк, — и я всего лишь делаю так, чтобы они как можно реже нуждались в Восстановлении. Твой последний штурм Тёмного периода — много шансов у тебя было остаться целым без «Вавилона»? Ты попёр туда дуриком, без подготовки, один, без внешней поддержки… Ну?..

И это он уже знал… Стейбус вздохнул ещё тяжелее. Отчитали как ребёнка.

— Ты хотел меня спросить кое о чём, так спрашивай,—

предложил Блэкбэд. — Я человек занятой.

— Почему мы не можем перепрыгнуть две тысячи двенадцатый год?— поинтересовался Покс для разминки.

— Пора бы самому догадаться,— ворчливо заметил Блэкбэд. — И тысяча девятьсот сорок второй, на котором вы стояли, и двухтысячный, на котором вы застряли снова, и две тысячи двенадцатый — всё это ключевые даты. Поворотные точки большого временного потока, вроде перекрёстков. При реальном ходе событий здесь может происходить что угодно.

— И что произошло в двенадцатом году?— спросил Покс.

— Да ничего особенного.

— Как ничего??? Ещё древние пророчества цивилизаций Земли, например майя, указывали именно…

— …указывали именно на такой вот временной перекрёсток,— перебил Блэкбэд. — Но если вероятность экстраординарных событий в данное время невероятно высока, то это не означает, что непременно что-то произойдёт. Не на каждом настоящем перекрёстке ведь случаются аварии.

— То есть, мы его преодолеем. Ладно, тогда скажи мне…

— Вряд ли преодолеете,— опять перебил Блэк. — Где-то здесь и начинается настоящая нижняя граница Тёмного периода. Сопротивление, которое вы встречали при прохождении двадцатого столетия — лишь прелюдия, как полоса препятствий перед главной линией обороны.

— Но почему? Почему возник Тёмный период? Что он из себя представляет? Ты знаешь?

— Да, конечно.

Блэкбэд сообщил об этом так спокойно, что Стейбус на минуту оторопел.

— И что он такое?

— А вот этого, мой друг, я тебе и не скажу.

— Хвастун!— возмутился Покс. — Ни хрена ты не знаешь!

— Ошибаешься, знаю,— возразил Блэк. — Ты вот думаешь, что я вышел сейчас с тобой на связь потому, что уловил твои мысли, находясь чёрт знает где, и считаешь меня суперсенситивом. А тебе не приходит в голову, что я просто заранее знал, что тебе понадоблюсь?

— Ты путешествуешь в будущее? — спросил Стейбус вслух внезапно севшим голосом. Он, конечно, понимал, что чисто теоретически путешествия в будущее возможны, но…

—

Вот тебе и причина, по которой я не беспокоюсь за Алитею,— подхватил Блэк. — Просто я точно знаю, чем дело кончится.

— Но тогда ты можешь всё изменить! — крикнул Стейбус, теряя контроль над собой. — Ты способен предотвратить…

— Предотвратить что? Судя по твоим словам, ты уверен, что Империя кончит совсем плохо.

— А разве не так? — Стейбус продолжал говорить вслух, не задумываясь, каким, собственно, способом они теперь общаются.

— Она кончит не очень,— подтвердил Блэк. — По правде говоря, настолько не очень, что я не собираюсь при этом присутствовать. Но я и не намерен ничего предотвращать.

— Почему? Почему??? ПОЧЕМУ?..

— Да потому, что мне плевать, —спокойно ответил Блэкбэд.

— Мерзавец! — заорал Стейбус, вскакивая с кресла и стискивая кулаки.

На мгновение он забыл, что в комнате никого, кроме него, нет. А когда пришёл в себя, Блэк уже не отзывался.

— Сукин сын, сукин сын! — простонал Покс, и так шарахнул кулаком по столу, что совершенно отбил руку.

Вон оно что… Блэк свободно путешествует в будущее. Ну конечно же, конечно! А я был его агентом, подумал Стейбус. С ума сойти — я его агент! Он со мной жил, ел, спал… Вот откуда он всегда всё знал про меня! И когда я недоумевал, как он со мной общается, он просто был в моей голове, в моём сознании. Нашёл способ обходить защитный экран — если вообще такая проблема стояла. Как знать, может он со мной и в прошлое путешествовал.

Покс почувствовал непреодолимую брезгливость, почти отвращение; словно, сидя за столиком в дорогом ресторане, придвинул к себе тарелку с салатом и обнаружил там противного жирного червяка.

Это черномазое чудовище угнездилось у меня в голове, думал он. Наверное, и сейчас там… Стоп, а ты-то сам сколько раз использовал в качестве агентов людей из прошлого? Подсчитай и успокойся.

— Ну что ж, я вижу, что теперь ты лучше подготовлен к конструктивному диалогу,— хмыкнул вновь появившийся невесть откуда Блэкбэд. — Только я не понял твоего выпада относительно «черномазого чудовища». Будь у меня кожа белая, или там зелёная — тебе что, легче стало бы?

— Кто, чёрт побери…

— Кто дал мне право вторгаться в твою личную жизнь?— услужливо подхватил Блэк.

— Ладно, не будем заострять на этом внимание, — вслух предложил Стейбус, совсем успокаиваясь. — Я ведь могу не утруждать себя мыслесвязью, верно?

— Такие вопросы называют риторическими,— согласился Блэкбэд. — Конечно, я прекрасно слышу твой голос твоими же собственными ушами. Понимаю, ты несколько выбит из колеи внезапной переменой ролей, но что ещё могло бы так помочь тебе в полной мере оценить взаимоотношения клиентов с агентами?