Ретенция
Шрифт:
– Пробрался в НИВПР.
– Это было непросто, но я это сделал.
– Охренеть! – она откидывается на спинку стула. – Ты крутой! Значит, вот о ком все говорят в наших кругах…
– Что?! – тут уже я не выдерживаю и подаюсь вперёд, наклонившись к ней. – Что значит «говорят в ваших кругах»?!
– В четверг всё узнаешь… Трэй, ты даже не представляешь, как я потрясена…
Меня мутит. Пудинга больше не хочется. Остаётся меньше пятнадцати минут до работы. Теперь я хоть и небольшой, но всё же начальник. Опаздывать не стоит. Надо вылетать.
Мы прощаемся
Я всех раздражаю своей молодостью и некомпетентностью. Во всяком случае, мне так кажется. Пош сказал, что совсем скоро начинаем новый проект и руководить им буду полностью я. Ума не приложу, как я смогу указывать Агафии или Тоду, что им делать. Но я должен, потому что тогда у меня получится делать вид, что ничего не поменялось в моей жизни. Мне нужна эта работа.
Я поднимаюсь на свой этаж. Двери лифта распахиваются. Рядом с ними стоит Кристини. Её руки сложены на груди поверх салатового платья. Губы недовольно сжаты в плотный узел.
– Привет, Трэй.
– Привет, – удивлённо произношу я.
Плохой сигнал. Она не назвала меня утёночком. Зачем она так рано явилась на наш этаж?
– И где ты пропадаешь?
– Как видишь, на работе…
– Я не слепая… я про то, что ты мне не ответил ни на одно сообщение за последние три дня…
– Эм… давай не здесь, – предлагаю я, заметив, что по коридору к нам приближается Пош.
– Кристини, доброе утро. Доброе утро, Трэй, – он расплывается в улыбке.
Мне кажется, что он сегодня так же пьян, как и на том обеде в доме матери Кристини.
– Здравствуйте, мистер Пош, – говорю я. Кристини торопливо кивает мне и тут же натягивает маску улыбки.
– Трэй, как закончите разговор с мисс Инваритте, зайдите ко мне. Прошу меня извинить, дорогая, – кокетливо бросает он Кристини.
Таким Поша я еще ни разу не видел.
– Они хотят пожениться с мамой, тайно, – внезапно шипит Кристини. Ей явно не по душе эта идея.
– Да? – очередной сюрприз. Хотя после того обеда это вовсе не сюрприз.
– Да! Старичьё! Не сидится им на месте, – выпаливает она. – Так о чём я… ах да, так почему ты мне не отвечал? – словно вдруг опомнившись, возвращается она к нашей беседе.
– Ну они ещё не так стары…
– Трэй! Не увиливай! Где ты пропадаешь?
– Да я был дома. Навещал мать и сестру.
Я так и не сумел за всё это время порвать с ней. Возможно, сейчас настал этот момент. Вывалю всё как есть, пусть неприятно, зато честно.
– Я… – я уже собираюсь заговорить о расставании,
– Да, мистер Плантикс, – быстро отвечает она. – Поняла. Хорошо, сейчас подойду.
– Я не знаю, что у тебя там происходит, но мне твоё состояние не нравится, – сердито произносит Кристини. – Может, это потому, что ты теперь считаешь себя начальником или по каким-то другим причинам… мне казалось, у нас всё уже серьёзно…
– Эм, Кристини, – мычу я.
– Не перебивай! Если надумаешь, можем вместе сходить в пятницу в музей визуальных искусств.
– Хорошо, можно подумать об этом, – уже более уверенно говорю я, взяв себя в руки.
– Подумай.
Она вызывает лифт. Я стою возле неё как отчитанный ребёнок. Она высокомерно задирает подбородок, словно что-то высматривая в тёмной полоске между металлическими створками. Я дожидаюсь, пока она скроется за ними, и выдыхаю.
«Ты не должен себя корить. Ты не должен себя корить», – повторяю я про себя, направляясь в кабинет Фредерика Поша.
Я был так близок к тому, чтобы во всём сознаться, но момент оказался неподходящим. Может, Кристини сама поймёт, что я её не люблю, и оставит меня. Как вообще я могу её любить, если мы толком даже не говорили с ней ни о чём личном, не гуляли и не проводили беспечные часы за разговорами. Я всего лишь её игрушка, аксессуар. Нельзя любить аксессуар. Во всяком случае, не в моём мире.
Я вспоминаю Раварту, и приятное тепло заполняет меня от кончиков пальцев ног до макушки. Это позволяет отвлечься от утомительной беседы с Кристини. Входя в кабинет Поша, я ожидаю получить стопку поручений и планов будущего проекта. Вместо этого он предлагает мне присесть за стол и наливает немного виски. Откуда у него здесь виски? В Корпорации плохо к этому относятся, очень плохо. Но вспомнив, кто его будущая жена, я понимаю, как наивны мои размышления.
– Трэй, за семью! – произносит он, не сводя с меня глаз.
– Ээ, я вообще-то на работе, мистер Пош…
– Да перестань, от двух глотков ничего не будет.
Мы чокаемся, и я отпиваю немного. Виски обжигает язык и разогревает гортань. Всё кажется нелепым, как в очередном смешном сне.
– Трэй, я бы хотел тебя попросить пока хранить в секрете наши… хм, – он замолкает, подбирая нужные слова, – наши с миссис Инваритте отношения.
– Это не моё дело, мистер Пош, – буркаю я. – Личная жизнь – это дело…
– Вот и отлично. Давай ещё по бокальчику. Я рад, что ты смышлёный. Неспроста ты теперь начальник, – бодро, почти весело выговаривает Пош.
Мой бокал заполняется почти доверху. Я отхлёбываю пару глотков. Напиток жжёт нёбо. Мне хочется чихнуть, но я сдерживаюсь.
– Я могу идти? – спрашиваю я, когда бокал Поша почти пустеет.
– Да, конечно. Скоро будет новый план, – он улыбается, и я встаю.
Когда я выхожу из кабинета, в голове проносится мысль: а чего это он так рад? Чем же его так зацепила Инваритте? Неужто она так отжигает в постели, что он не может опомниться от любви, или дело всё-таки в её положении?