Ресурс-9
Шрифт:
Дождавшись суеты в этой избе Олег выходя поручил кому-то срочно привести к нему в лазарет двух лучших снайперов из наличия. И уже когда в операционную вошли к нему двое, он немедленно стал раздавать задачи.
— Ну, что Молчун пришёл, это понятно, а вот тебя Надюха я чего-то даже не ожидал, — Бурый сидел на табурете за столом, упершись в него локтями, сзади, стоя на коленках, копошилась с его ранами женщина лет сорока. — Хотя помню хорошо твои результаты, одобряю. Значит, задача такая: узника нашего знаете так? Вот сегодня мы его выпускаем на все четыре стороны. Насколько
— Конечно, — тут же ответила девушка. — Вон сколько людей покалечил. Двух, по-моему.
— Ты бы хоть шипел, что ли! — вдруг возмутилась фельдшер, что зашивала Бурому кожу на спине. — Я же должна понимать, что всё правильно делаю!
— Да шипел уже, когда рвалась шкура, сейчас-то приращивается всё. Чего тут шипеть?! — он улыбнулся и добавил. — Ты всё правильно делаешь. Штопай не спеша.
— Я так понимаю, нам нужно будет его шлёпнуть, если что-то не так пойдёт? — Надежда вернула всех к теме собрания.
— Он человек-одиночка. В таком раскладе событий дурить не будет. Просто уйдёт и всё. Но тут есть вероятность, что захочет кому-то из наших отомстить за обиду, о которой мы не знаем. Поэтому ваша задача продумать свои позиции так, чтобы держать на прицеле весь его путь от хаты до ворот. Постарайтесь уйти от мёртвых зон, перекрывая друг друга. Продумайте все возможные для этого варианты смены собственных позиций. Рации вон лежат, на стуле. Одна будет у меня.
— И как нам понять, бить зверя или нет?! — возмутилась Надя.
— А тут никак, — Олег внимательно посмотрел им в глаза. — Пристально следите за его поведением и всё. Помните, что он волк-одиночка, и первым делом хочет свалить отсюда, — тут он ещё задумался секунду и добавил. — А может и лютовать, мести жаждать. Так что ребята внимательнее.
— Так пристрели его сейчас, да и дело с концом. — вставила своё слово фельдшер, откусив нитку от свежего шрама.
— Спасибо, Настя. Ты закончила там? — он начал шевелится в стремлении размять затёкшие мышцы тела.
— Стой!!! — вскрикнула та. — Ты куда!? Здесь ещё вон сколько! Сиди!
— Ну, так ты не отвлекайся, пожалуйста, ладно? Время сейчас ценное очень.
— Поняла я уже. Сиди тогда ровно! — заворчала женщина. — Вон, кровь опять смывать, залил всё по новой.
— Так что, ребята, задача ясна? — Бурый вернулся к теме. — Времени на соображения мало, но делать нужно сейчас и всё чётко.
— Так, когда он пойдёт? — Надя продолжала вытягивать конкретику.
— Ну, кто ж его знает, зверя этого? Пока в отключке. Очнётся, может сразу пойдёт, может поест, а потом пойдёт. Может поест, поспит, а потом пойдёт. Мешать ему не станем.
— И что же, нам его так и неделю, не срамши, стеречь в окуляры?! — возмутилась девушка.
— Максимум до заката. Там я уже сам включусь. Рации берите. И да! Молчун, мне в любом раскладе нужна от тебя обратная связь! — Олег значительно акцентировал эту фразу на равнодушно стоящего рядом с Надей паренька. — Чтоб я не думал за то, что ты там, и как меня понял!
— Ладно, — человек вообще не выделялся ничем и никак, если бы он замер и перестал дышать, его просто никто совсем бы не замечал.
— Если вопросов нет, ступайте.
— А видно его сейчас? — Надя продолжала пытать подробности. — Говорили, что он лежит на полу.
— Пока молотишь языком, он уже встанет и умоется… — усмехнулся Бурый. — С серебряной башни должно быть видно через окно, что там внутри. Всё, детки мои, приступайте. И скажите, чтобы мигом сюда Бикуню ко мне! Сами же своими делами тут же занимайтесь.
— Так тута я, Олег Вячеславович, — в дверном проёме появился проворный Бикуня. — Отпускай уже бельчат по дуплам.
— Вот лисья морда, — через улыбку хмыкнул Олег. — Всё, ребята, за работу, — он дождался, когда шаги молодых стихнут и продолжил. — Дед Захар что решил? Говорит что?
— А как ты и придумал, так он и тоже… Ну, то есть он так и говорит, как ты говорил.
— Ты чего белиберду плетёшь? Говори понятнее.
— Ай… — отмахнулся тот. — Ну короче, он всё одобряет и пошёл уже туда во двор корзины плесть. Как ты и хотел. Бабёнки уже туда прутья натаскали. Ох и злятся они на тебя Олег Вячеславович.
— Обижаться ума много не надо. Пускай, — вновь улыбнулся он. — Главное, дело сделано, а после судить будут, когда дело сладится.
— Сладится, — перебила их женщина, закончившая штопать спину вождя. — Давай вставай, обмотать надо теперь.
***
Он очнулся от резкой головной боли. Тошнота и лёгкий запах крови, исходящий как будто бы изнутри самого носа, говорили о сотрясении мозга. Матёрый волк уже переживал такое состояние несколько раз и потому хорошо знал, как следует теперь себя вести. Перевалившись на бок, он потихоньку сел и осмотрелся, вспоминая все последние события. Заметны были изменения в этом срубе, но сбитое обоняние, серьёзно раздражало его. Ещё раз оглядывая новые предметы в комнате, Серый тщетно старался вслушиваться в окружение за стенами. Монотонный писк в его голове мешал и этому.
— Кабанье дерьмо! — вырвалось вслух, когда он вставал с мягко застеленной широкой скамьи.
Голова кружилась недолго, и заключённый стал спокойно двигаться к раскрытому окну, по дороге захватив с собой с накрытого стола кружку с водой. По привычке не выходя в свет самого окна, он сначала пытался пронюхать и прослушать улицу, но поняв, что сейчас это не получится, на короткое время выглянул за него, насколько позволяла оконная решётка. Месяц назад его перевели из подвала в это сруб, но за всё это время окно открылось только сегодня. За окном уже вечерело, а вырубился он ещё в первой половине дня, и, судя по всему, ему «спалось» часов пять может и больше. На появившемся столе, помимо повседневных пирогов и рыбы, добавилось вяленное мясо, отваренные куриные яйца и глиняная крынка с зауженным горлышком. Пройдя мимо всего этого, он направился за печь, где обычно стояло ведро для естественных нужд, но обнаружил там вместо того своё личное вооружение и экипировку. Не прикасаясь к вещам, Серый внимательно осмотрел всё и возвращаясь к столу, проверил дверь — она была не заперта.