Рестарт
Шрифт:
Я давно понял, что Игру следует не перезапустить, а уничтожить. Видеообращение Создателей лишь подтвердило мои мысли на этот счет. Сколько бы ни было рестартов или версий Игры, людская злость, алчность и безразличие всегда одерживали верх, перенося эту чуму из эпохи в эпоху вместе с выбранными счастливчиками. Вновь начинались распри, предательство, войны. Вновь сильные пожирали слабых, считая это нормой и все, кто ими не был уничтожен говорили, что таков мир, ибо без жертв
Мультистрайк пробил брешь в стене, и в комнату ворвался огненный вихрь, сжигая все вокруг. Моя игра закончилась, как и сама Игра. Пусть люди сами разбираются со своей судьбой, а не ожидают некоего вмешательства свыше. Будь то Игра, или боги. Короткая вспышка боли и тьма приняла меня в свои объятья. Лена, я иду к тебе.
Эпилог
Шарда медленно шел по застывшему миру. Тишину города разрывали редкие гудки машин, на клаксон которых рухнули водители, или ошалелый лай собак, не понимающих, отчего их хозяева превратились в статуи. То тут, то там взрывались целые миры, лишенные управления. Шарда лишь мельком смотрел на информационное табло перед глазами, двигаясь к своей цели. Миром больше, миром меньше – это были производственные потери. Куда интересней было то, что он собирался сделать. Ярополк ошибся – с уничтожением Игры овощами стали не только игроки, но и все НПС. Игра управляла всеми разумными существами Вселенной.
Робот с искусственным интеллектом, контрабандой доставленный на Землю, крутил головой, пытаясь подстроиться под внешние обстоятельства, но не понимал, что ему нужно делать. Замирать, как все остальные? Продолжать действовать? Искусственный интеллект не управлялся Игрой, поэтому остался работоспособным.
Шарда улыбнулся, вспомнив о паладине. Ему удалось воспитать достойного игрока, как бы Герхард не хотел приписать это достижение себе. Не он останавливал
Третья версия Игры обладала совершенной защитой от любого вмешательства. Для того, чтобы полностью ее перезагрузить, сбросив настройки в значение «по умолчанию», участники рестарта должны не только пожертвовать собой и своей сущностью, но также и уничтожить текущий накопитель данных. В противном случае выходил не сброс, а простая перезагрузка, при которой оставались все выработанные поведенческие алгоритмы. Активируй Ярополк ядерную боеголовку и покинь пункт управления, ничего бы не вышло. Обязательным условием всегда было самопожертвование. Ярополк сделал правильный выбор и заслужил награду.
– Дай-ка сюда кристаллы, – Шарда поравнялся с роботом и требовательно протянул руку. Ни одно творение еще не воспротивилось своему Создателю, потому Шарда получил, что хотел.
– Жди, – приказал Шарда и уселся на землю. Робот покорно превратился в статую, удовлетворенный тем, что теперь его алгоритмы нашли правильную модель поведения. Есть хозяин и его нужно слушаться. Чем не радость для того, чей смысл существования в повиновении?
Теперешний хозяин занимался модернизацией. Вставив кристалл Арчибальда в корректор сознания, Шарда удалял всю информацию о личности каторианца. Не стоит новой Игре помнить о прошлом. Знаний будет более, чем достаточно. Те же манипуляции Шарда проделал и с кристаллами Клариссы и Ярополка. Когда-то Ректор Академии назвал Ярополка Мерлином. В целом, старик оказался прав, хоть и ошибся в небольшой, но существенной детали. Ярый действительно Мерлин. Но не этого рестарта, а следующего. Арчибальду суждено и впредь быть его наставником и занять роль своего хозяина, Безымянного, ну а из Клариссы выйдет прекрасная Мадонна, способная в любви возродить новый мир. В рестарте всегда задействованы трое, двое из которых любят друг друга. Так было всегда, так было и с самими Создателями.
Шарда, в бесконечности прошлого имевший имя Мерлин, закончил с кристаллами и вернул их роботу. Автоматическая система Игры восстановит чистый накопитель данных через двадцать четыре часа. Игра должна продолжиться.