Рестарт
Шрифт:
– Давай, Ярополк, удиви меня, – подбодрил меня Герхард, и я едва не подскочил. Так ухмылялся и произносил эту фразу Арчибальд, зная наперед, что я не подведу.
– У меня есть смутное подозрение относительно Арчибальда, – начал было Степан, но я оборвал свое подсознание. Сейчас не время.
Что я знаю о Мерлине? Согласно пророческим снам Веснина, это некое двуликое существо, в последнее время страдающее от диареи. На Мерлина работает Высший вампир Малтурион, каким-то образом с ним связан Координатор нашего сектора, Мерлин не любит темных игроков и… и это,
– Я бы выбрал Бернарда, – неожиданно подключился Степан. – Я тут анализ сделал. Не такая он и неподходящая фигура.
– Мы его кандидатуру с Арчибальдом рассмотрели со всех сторон. Не он!
– Не торопись говорить «нет». Смотри. Мы с тобой точно знаем, что Бернард Кальран говорил о том, что он знает, где искать Мерлина. Это первый факт. А теперь вспомни наше с ним знакомство! Он тебе сказал, что это «эхо», но чем это не двуликий, как и говорил Веснин? Это второй факт. Дневник Мадонны находился в библиотеке Бернарда. Третий факт. Малтурион работал на Бернарда. Четвертый факт. Во время визита к нам на квартиру Бернард был бледным, чем не признак диареи? Пятый факт. Кларисса сказала, что Бернард не смог бы скрутить Арчибальда, а вот Мерлин вполне! Ну а нелюбовь к темным, так же переменчива, как и любовь. Не аргумент!
– Но Игра подтвердила, что Бернард не знает, где находится Мерлин, – настаивал я. – Это разбивает всю твою версию.
– Верно, – Степан не спорил. – А теперь ход конем. Представь, что Кальран это не Кальран, а сам Мерлин. И всегда им был. А Кальран это то «эхо», которое появилось в первую встречу с Координатором? Это как после воплощения Мадонны в Долгунате, личность друидки запихнули в глубины подсознания. Сечешь?
– Твое время вышло, Проводник, – заявил Советник. – Либо ты называешь имя, либо мы принимаем решение, что ты не справился со своей задачей.
– Бернард Кальран, – мне ничего не оставалось, кроме как ухватиться за протянутую Степаном соломинку. – В его теле находится Мерлин.
– Принято, – произнес Император, отправляя Советника за Бернардом. Мадонна, свыкнувшаяся с вынужденной немотой, пантомимой показала мне уровень моих умственных способностей. Но в следующую секунду, ее глаза, как и мои, округлились.
Игрок Мерлин возродился.
Рестарт Игры запущен.
Несколько секунд томительного ожидания и в комнате стало на одного игрока больше. Сейчас его личность не вызывала сомнения – вначале шла подавляющая волю аура, за ней двигался Мерлин. Осмотревшись, Мерлин фыркнул:
– О, рад тебя видеть, дорогая! Такой фасад тебе больше подходит. Всегда считал, что женская внешность должна отражать внутреннее содержание. Герхард, ты зачем на нее Безмолвие повесил? Убери, повеселимся напоследок.
– Как скажешь, – Герхард щелкнул пальцами, и Мадонна издала какой-то крякающий звук. Прокашлявшись, «Великая» выдала:
– Это не можешь быть ты! Я проверяла!
– С тебя бутылка
– Спорный момент, – не согласился Мерлин. – Мне пришлось отдать этой дуре любимого слугу. Малтурион опечалился и требует компенсации.
– Мерлин, ты в своем уме? У тебя уже домашние питомцы компенсацию требуют! Тень в этом плане выигрывает. Согласен?
– Да, но что мне предложить Императору за Тень? Себя?
– Мы всегда можем это обсудить, – напомнил о себе Император, заставляя меня вновь рухнуть на пол. Решив, что здесь мне будет комфортнее, я дополз до Долгунаты и похлопал ее по щеке. Друидка по-прежнему была без сознания.
– Хватит! – взъярилась оскорбленная полнейшим игнорированием Мадонна и припечатала всех мощнейшим заклинанием. Вернее, хотела припечатать, но в присутствии Императора все игроки находились в разных пространственных плоскостях. Навредить кому-либо Мадонна не могла.
– Как скажешь, дорогая. Никогда не мог тебе отказать, – Герхард резко раскрыл ладонь и Мадонну отбросило назад к стене. О как! Герхард имел возможность взаимодействовать с игроками и Императором!
– Как ты смеешь поднимать на меня руку, похотливое животное! – удар только разозлил Мадонну, и она попыталась ответить. Комната наполнилась огнем, дымом, молниями, но не в нашем пространстве.
– Ничего, в следующей эпохе я за все отыграюсь! – осознав, что использование силы не приносит результата, Мадонна скатилась до банальных угроз. Мерлин повернулся к Герхарду:
– Дорогая, не утомилась? Ставлю вторую бутылку на то, что Ярый не пояснит нашей взбалмошной девочке ее заблуждения. Ой, сволочь, опять…
Раздался неприятный булькающий звук, и лицо Мерлина побелело.
– С облегчением, – зло произнес я. – Что касается Мадонны, то тут и объяснять нечего. Она не вспомнит о том, что сейчас происходит.
– Да, но почему? – Герхард подключился к нашему разговору, в то время как Мадонна жадно вслушивалась в каждое слово.
– А самому слабо признаться бывшей возлюбленной? – смотреть снизу-вверх на сильнейших игроков всех эпох было несколько утомительно, поэтому я поднялся.
– Нет не слабо. Утомительно, – усмехнулся Герхард. – Да и интересно выслушать твою версию. Не зря же я так долго с тобой возился.
– Знаешь, у меня уже нет подозрений относительно Арчибальда. У меня полная уверенность.
– Если великий Мордор желает, я повинуюсь, – произнес я, театрально склонив голову. Повернувшись к Мадонне, с тем же напыщенным пафосом начал: – О Великая. Ты не сможешь навредить или отомстить сим двум господам по той простой причине, что в следующей эпохе Мадонна будет уже другой. Чистой, непорочной и без вживленного кристалла памяти. Твоя же душа умрет здесь и сейчас.
– Верно, но это не все, – Мерлин оправился от приступа боли. – Герхард и я хотели услышать полную версию!
– То есть вы решили слить меня?! – Мадонна услышала только то, что ей хотелось услышать и вновь комнату залил огонь. Герхард покачал головой и вновь наложил на жрицу Безмолвие. Мало того, Мадонну вновь отбросило к стене, но на этот раз оттуда выросли стальные зажимы, обездвижив женщину.