Респаун

Кранч Полина

Просто ради прикола он кончил ей на лицо, ему хотелось увидеть реакцию — конечно, был шок, визг обида. Потом разговор, причем он вообще не извинился, так как он сказал ей что — это все в порядке вещей. Он рассказал ей про свой опыт, и как было с девушками, и что он с ними проделывал. Больше всего ее поразил групповой секс, когда одна на троих. Он умел рассказывать, и преподносил это все как само собой разумеющееся. Он с усмешкой всматривался в ее расширенные глаза. Ему казалось, что он видит в них понимание того насколько ее познания поверхностные, насколько она ошибалась

в себе. Такое бывало уже не раз, после чего секс проходил на ура. Не со всеми конечно, но некоторые старались. С другими было все намного тяжелее, это тот сорт людей что ни за что не будут меняться, секс для них просто не важен. А вот для него был важен, и, причем банальщина его и вовсе отпугивала.

Может еще, поэтому он один, может еще поэтому он не может забыть своих жен…

А еще может он не в том городе живет? Эта мысль так же часто посещала его. Конечно, нельзя все мерить сексом, но так уж получилось, что секс в его жизни занимает одну из главенствующих прерогатив. И это было плохо. Он чувствовал.

А также, чувствовал, что после очередной девушки, в доме становилось спокойно. То неуловимое ощущение чьего-то присутствия исчезало на некоторое время. Хотя, он склонен был думать, что это лишь его очередной виток шизофрении и мании преследования, но это правило как-то сложилось в его мозгу. Он будто утолял чье-то нездоровое любопытство.

Ну, или что-то в этом роде…

— Может, еще выпьем? — спросила она, лежа на правом боку и подперев рукой голову.

— Мартини закончилось, — напомнил он. Перед встречей она сказала, что подсела только на мартини, и ничего другого не признает. Он только хмыкнул в ответ и купил 0,7 Бьянки.

— А что есть?

— Пиво. Водка, пол пузыря. Ммм… коньяк.

— Может коньяк?

— У меня нет закуски. Лимона тоже нет. И ни колы, ни пепси.

— Сок?

— Осталось чуть-чуть яблочного.

— Подойдет.

Они переместились на кухню, пока он сервировал «стол» вышеизложенными яствами, она пошла в ванну, и задержалась там минут на 15–20. Он, устав ее ждать опрокинул рюмочку и пошел курить на балкон. Наконец она вышла, укутанная в его полотенце.

— Когда ты купишь халат?

— Я им не пользуюсь.

— Ну, вот на такой вот случай.

— Ты права, все время забываю.

— Я куплю, и принесу сюда. — Сказала она уверенным тоном. «Сюда?» — тут же подумал он — «Принесешь? Ты сюда больше не вернешься.»

— Договорились. А пока давай выпьем.

— За что будем пить?

— Я не умею говорить тосты.

— Ты только о сексе можешь говорить — сказала она, ничуть не улыбнувшись и вполне серьезным тоном.

— Может мне рассказать, что у меня на работе?

— Хм… ты мне про нее уже говорил.

— Вот именно, мы же совсем по иному поводу собрались. К тому же, мы столько болтаем — что это вполне сойдет за тост. — сказал он сквозь улыбку.

— За секс? — спросила она, вскинув брови.

— За секс.

Они чокнулись, он выпил одним глотком и в целях экономии не стал запивать. Она сделала то же, и не поморщилась, хотя до этого утверждала, что не может спокойно пить ни

водку, ни коньяк. Он хоть и отметил сей факт, но виду не подал, он уже ждал, когда они наконец лягут спать, она не то что бы утомила его, просто он уже удовлетворил свои физические потребности, на что-то более интересное — с ней он не рассчитывал.

— Между первой и второй… — молвила она загадочно — на брудершафт?

Она целовалась хорошо. На миг ему вспомнился демотиватор: «Научилась целоваться на помидорах и думаешь, что, готова к жизни? Ничего подобного, практикуйся на бананах». Он усмехнулся этой мысли. Они выпили и поцеловались. Что-то было не так, губы были ее, но разница все же ощущалась, будто он целуется с другой девушкой, раньше ее поцелуй был очень нежным, и он вмиг перехватывал инициативу — а сейчас… Сейчас она перешла в решительную атаку, раньше была страсть, но какая-то пассивная, будто податливый пластилин — если возможно подобное сравнение. А теперь, это она пытается смять его своими губами и языком, конечно же завязалось нечто противоборства, член у него вмиг напрягся.

Она внезапно отстранилась.

— Наливай — сказала она сквозь улыбку, с задором.

— Как-то быстро.

— А чего тянуть, потом покурим.

— Ты же не куришь.

— Хочу попробовать.

— Никогда не поздно начать, и все такое?

— Ну типа того.

Он наполнил рюмки, поднял стопку и прежде чем чокнуться заглянул к ней в глаза, обдумывая всю ситуацию целиком. Возможно ли, что его откровения по поводу секса так подействовали на нее? Почему бы и нет. Ну, ничего, она большая девочка, переживет.

— За тебя, — сказала она и сама чокнулась об его рюмку, прежде чем он успел отреагировать, она опрокинула содержимое в себя, и выпила остатки сока. Она поражала его все больше и больше, он уже стал сомневаться в своем опыте общения с девушками, потому как в мыслях он предполагал, что знал к какому виду и категории отнести эту особу. Даже стало интересно, какие она таит в себе сюрпризы.

Они вышли на балкон, он протянул ей сигарету, затем выудил из пачки себе и поднес к ней горящую зажигалку. «Сейчас будет дикий кашель, она захочет воды…. а у меня только коньяк, хе-хе». Нет, ну конечно, у него была кипяченая… или нет, не было. Он часто забывает, что нужно сливать с чайника. Она прикурила и затянулась, спокойно выдохнула дым, лишь легонько прочистив горло, она сделала вторую тягу. Он тоже закурил.

— Ты говорила, что не куришь?

— Это правда. Я не курю.

— Ну не знаю, все указывает на тот факт, что куришь, или когда-то курила.

— Возможно, — сказала она сквозь улыбку, одновременно беря его за руку и направляя его ладонь к себе на поясницу. Она отпустила его в районе талии, не сразу, он начал двигаться ладонью вниз, мокрое полотенце обтягивало ее ягодицы, он медленно вел рукой вниз, пока не забрался под полотенце. Его пальцы знали, чего там искать и ожидать, но не того что он нащупал. Из ее ануса торчал какой-то круглый, твердый предмет. По ощущениям из стекла, он выпирал из ее плоти где-то на сантиметр, все остальное было внутри.