Респаун
Шрифт:
— О чем вы хотели поговорить?
— Разговор будет длинным, но что бы ускорить процесс, и как-то заинтересовать я скажу лишь о самом главном. 20 сентября 2003 года что-нибудь говорит вам?
— Не пойму, о чем вы.
— Бесер, Кош, Кэф. Еще клички?
Надо было видеть лицо Андрея, удивление и страх и их ужасная смесь, будто калейдоскопом отразились в его глазах. Он не смог справиться с собой, он произнес, заикаясь:
— От-ткуда, вам об этом известно? Их не существует. — его голос снизился до шепота, так что еле слышен сквозь тихую музыку, льющуюся откуда-то
— Мы предполагали подобную реакцию.
— Мы? — его глаза чуть не вылезли из орбит. — У меня… у меня не хватает слов — он обреченно глотнул пива из кружки, его руки тряслись.
— Мы. — кивнул меченосец — Я Кирилл, Андрей, того что подселили ко мне в голову, и Феникс.
Андрей поперхнулся пивом.
— Не может быть… — долгая пауза — они все мертвы, никто не знает об этом. — бормотал он. — Этого времени даже не существует.
— Ты, не возражаешь если мы перейдем на «ты»? — продолжая хранить спокойствие сказал Кирилл — ты просто не представляешь сколько всего произошло со времени твоего дистанцирования от адептов Пропасти.
— Чего? Я не понимаю…
— Это, само собой. Когда меня втянули в это, я вообще, в истерике бился.
***
Дорога в Астрахань ничем драматическим не запомнилась, разве что у Кирилла возникло ощущение шизофрении. В попутчиках и в мыслях у него был один и тот же человек, его пугала эта ситуация. Даже не так, испуг и боязнь — это что-то не поддающееся описанию, он не мог охарактеризовать свое состояние, будто его мозг пытался отступить, дать себе отдых. Но два человека, идентичные в мыслях постоянно держали его внимание при себе, он даже не знал, чьи эмоции на данный момент испытывает. Он запутался к кому, задает вопрос при общении, и кому отвечать, если его спросили, в конце концов, он понял, что ему нужно просто вырубиться и завалиться спать, чтобы не слушать ни себя, ни остальных. Послав всех, и пожелав спокойной ночи, он улегся у себя на койке, его сознание неоднократно погружалось в сон, но мысли Андрея держали постоянную связь с Фениксом. Поэтому даже во сне ему не было покоя.
Как ни странно, Андрей, из плоти и крови, быстро ко всему привык, будто и не было рядом человека с мечом, с поделенным сознанием, а в воздухе, в качестве сопровождения не кружила огненная птица. Рассказ Феникса, о всех злодеяниях Демона Хранителя по прибытию на Землю, лишь заинтересовал его, расстроив единственным фактом, что демон убил его двойника. Когда Феникс поведал ему что необходимо его непосредственное участие в проведении экзорцизма, конечно же это не вызвало в нем восторг. И глядя на него, Кирилл пришел к выводу, что и он придерживался тех же мыслей, будь он на месте Андрея.
Более того, Кирилл, памятуя о словах в своей голове, постоянно сравнивал его с собой, и находил много общего. Это проявлялось в мелочах и незначительных поступках. В Кирилле крепла уверенность, что пообщайся они побольше и подольше, и не в сложившейся ситуации, оказалось бы, что Андрей придерживается тех же жизненных принципов, что и он сам.
— Ненавижу этот город. — сказал Андрей, как только спрыгнул со ступенек вагона на перрон.
— А я уже привык. —
— А я уже отвык.
— А у меня все только впереди… — раздалось в голове Кирилла.
— А мне все равно. — Решил вставить словечко Феникс. Хотя из слушателей его мнения был лишь Андрей, застрявший в чужой душе.
— Я хочу, есть, и спать — сказал Кирилл, направляясь к зданию вокзала.
— Поддерживаю. — резюмировал Андрей.
— Я бы на вашем месте проверил как там демон. — промыслило сознание Андрея.
— Твой надоедливый двойник, — обратился он к Андрею в реале, — советует нам проверить, как тем демон поживает, и поживает ли вообще.
— Ну пускай Феникс займется этим.
Феникс, кружащий над городом, отправил мыслеслово в голову Кирилла:
— Я уже сделал это. Он все еще валяется в морге, а необходимый артефакт уже материализовался. Сейчас покажу где это.
Незаметный, ни глазу, ни какими-либо еще человеческими сенсорными чувствами, мыслеканал наполнился образами.
— Этой ночью необходимо провести ритуал.
Дух Андрея сначала пересказал это Кириллу, а тот в свою очередь перевел это в речь.
— Типа на отдых нет времени?
— Ну конечно! Сейчас прям! Я все равно пойду и высплюсь.
— И пожрем.
— Это, само собой. А вы заткнитесь там оба, мертвецам и птицам слова не давали.
***
— Ты видел глаза водилы? — усмехнулся Андрей, обращаясь к Кириллу.
— Да. Подумал, наверное, что парочка идиотов решила прогуляться по астраханским степям в три часа ночи.
— Это точно. Неужели это так бросается в глаза? — сказал сквозь улыбку Андрей.
— Ага. Если бы он увидал еще и мой меч…
Они шагали по пустынной и темной, хоть глаз коли, степи. Кирилл глянул на небо, его несколько удивляло, что необходимый артефакт, по словам Феникса, уже явился на Землю, а ни полнолуния, ни звездопада (в крайнем случае) не было. Хотя по его собственной логике этому событию должно было что-то предшествовать, ну или сопровождать.
Таксист действительно удивился, когда они толком не смогли назвать место конечной остановки, а потом посреди дороги, покрытою ночной мглой, Кирилл тормознул.
Феникс кружил в ста метрах над их головами и указывал путь, затем, когда Кирилл и Андрей уже совсем вымотались искать нормальную дорогу в темноте, он опустился на высоту человеческого роста, и своим сиянием освещал путь.
— Долго еще топать? — спросил Кирилл.
— Еще немного. Уже скоро вы увидите зеленый свет. — прощебетал Феникс.
— Даже интересно. Ты ничего не говорил про свет.
— Это важно?
— Откуда мне знать? Мы вообще не знаем, куда идем.
— К артефакту.
— Слышал я уже это. Что он из себя представляет?
— Как я уже говорил, артефакт среагирует на седьмого элементария и тогда проявит себя. Скажу лишь одно — он уже почуял его.
— И что же?
— Он явился в образе большого зеленого пламени.
— Ты уже видишь его?
— Да.
Феникс, взлетел повыше, что бы его яркий свет не перебивал далекое свечение зеленого пламени.