Решение
Шрифт:
Понятия не имея, кто мог сообщить Эду о том, что она разговаривала с Дэрилом, Кэрол робко присела на диван напротив и опустила глаза, до боли сжимая руки в кулаки. Она прекрасно знала, что оправдываться смысла все равно нет, это разозлит его еще больше, а вот если постараться перетерпеть его речи и при этом ни взглядом, ни словом, ни движением не вывести его из себя еще больше, то, может быть, и пронесет. Тем более ну не может же Эд ее к Диксону ревновать?
– Что теперь глаза опустила, невинность из себя корчишь? А как с мужиками всякими на пороге этой твоей гребаной школы трепаться и хихикать, так это ты впереди всех! Я-то думал, какого хрена она в школу напросилась? Ну,
– как всегда, противоречил сам себе Эд, каждый раз понимая это и все равно ревнуя ее ко всем вокруг, а потом начиная обвинять в том, как отвратительно она выглядит, и сообщать, что на нее никто и никогда не позарится, а сам он живет с ней из жалости.
– Хотя сейчас бабами перебирать не приходится, конечно. И ты, чего, решила, раз такое дело, не терять шанса? Думаешь, я слепой? Да я всегда видел, что есть в тебе это… на любого мужика броситься готова!
Поморщившись от такого несправедливого обвинения, Кэрол постаралась сдержать вздох облегчения при понимании, насколько правильно она сделала, не начав оправдываться. Ведь если бы она заговорила о Дэриле, Эд бы точно этого уже не выдержал бы. И как можно было забыть о том разговоре днем на пороге школы с отцом Лиззи и Мики – Районом? Мужчина потерял жену два месяца назад и изо всех сил старался заботиться о девочках, приходя в школу и прося у Лори и Кэрол советы по воспитанию детей.
– Ну, и чего ты молчишь? Думаешь, если посидишь тут и ковер поизучаешь, я забуду все? Чем вы там в школе занимаетесь, что к вам мужики шастают?
– обжег ее горячим дыханием Эд, тяжело поднявшийся с кресла и дернувший ее за плечо, обдавая запахом крепкого алкоголя.
– Он отец двух наших девочек – Лиззи и Мики. Он просто интересовался своими детьми. Я даже имени его не помню, - бесцветным голосом соврала в очередной раз Кэрол, пытаясь не морщиться от отвращения – пьяный муж в подобные моменты приятных эмоций не вызывал.
Впрочем, он и в остальное время давно уже ее не радовал. Разве что своим отсутствием.
Внезапно Эд ослабил свою хватку, насмотревшись на так и не поднявшую глаз Кэрол и, пошатываясь, направился на кухню, громыхая там посудой и ища питьевую воду. Он, совсем не заботясь о том, что совсем рядом уже спит, как, во всяком случае, надеялась Кэрол, дочка, громко хвастался впечатлениями прошедшего вечера. Как оказалось, Губернатор вовсе не запрещал своим помощникам употреблять найденный на вылазках алкоголь. И потому сегодня они собрались своей тесной мужской компанией, чтобы расслабиться. Звездой вечера, судя по рассказу мужа, был Диксон, и в этот раз Кэрол точно угадала – который. Не отставал от него и какой-то Цезарь Мартинес, да и Эд, по его словам, старался не уступать новым приятелям в красноречии.
Кэрол тенью ходила за мужем, отлично зная, что если она не сделает так, он придет сам, больно хватая ее за руки и обвиняя, что она его игнорирует, но не говорила ни слова, опять же по многолетнему опыту понимая, что лучше молчать. Молчать и только просяще шептать уйти в спальню, когда пьяный Эд нашел в себе силы, в очередной раз покосившись на нее, дернуть за ремень на ее штанах, не желая упускать последнего удовольствия этого вечера.
– София-София!
– перекривил он ее, но все же шагнул в сторону спальни.
– От этой девчонки все годы только суета лишняя!
Подобные фразы совсем не настраивали на романтичный лад, который, как писали в книгах, и как Кэрол помнила еще сама, иногда, правда, думая, что это не воспоминания, а фантазии, должен был предшествовать тому,
Привычный вес тела, навалившегося на нее в темноте, такие же привычные, уже изученные ею за много лет, движения, привычное пьяное сопение на ухо – это не вызывало ровным счетом никаких эмоций. Ни положительных, что она, когда мужа не было дома, исправляла минутами уединения в ванной, ни отрицательных, потому что все было в порядке вещей. Даже хорошо, можно сказать – ни тебе долгого скандала, ни испуга Софии, ни боли, ни слез, как порой бывало. Обычный семейный вечер. Такая же обычная ночь с уже успевшим всего за пару минут получить свое Эдом, откатившимся в сторону и сразу захрапевшим.
Кэрол осторожно, чтобы не разбудить, подтолкнула его, машинально повернувшегося и притихшего, и устало вытянулась под одеялом. Это был хороший день. Хороший. Хороший. А если повторить еще несколько раз, то даже поверить получится. Проверено.
***
Набежавшие тучи разогнали людей с потемневшей, несмотря на дневное еще время, улицы, и Кэрол, заходившая к Андреа после школы поболтать несколько минут, поежилась от резкого порыва холодного ветра. Как бы успеть добраться до дома, а верней, до дома Лори, где сейчас была София, до того, как начнется дождь, по всем признакам обещающий быть довольно сильным? Ведь еще к Эми нужно зайти, передавая заработавшейся девушке обед, который она забыла забрать утром, и который сильно занятая Андреа попросила Кэрол занести в соседнее здание.
И Кэрол с радостью согласилась. Во-первых, так она сможет хоть чем-то отблагодарить подругу, заботящуюся о них и выбирающую всегда только самое лучшее, как из вещей, так и из продуктов, а во-вторых, наконец, увидит загадочную лабораторию Милтона, о которой в течение этих десяти дней в городе она столько слышала. Впрочем, и остальные только слышали – никто не видел, да и не рвался особо. Милтона Мамета сложно было назвать очень коммуникабельным человеком, а Губернатор всегда подчеркивал, что мешать их ученому не стоит.
Подойдя к нужному дому, Кэрол зашла внутрь и шагнула направо, оказываясь в большой комнате, заваленной бумагами, колбами и прочими, не очень понятными ей, вещами. Ни Милтона, ни Эми видно не было, и Кэрол позвала девушку, с любопытством оглядываясь, но не решаясь ничего трогать, чтобы не нарушить царящий тут творческий беспорядок, в котором хозяин, наверное, отлично ориентируется.
Потоптавшись на месте еще немного, Кэрол поставила лоток с обедом на край одного из столов и нерешительно направилась к неприметной двери, за которой, возможно, и работала сейчас Эми. Очень тихо нажав на ручку, чтобы, если что, не помешать, она удивленно приподняла бровь, видя ступеньки вниз – здесь, оказывается, был подвал.
– Эми! Ты тут?
– позвала она, но не услышала в ответ ничего.
И, наверное, нужно было вернуться в комнату, дожидаясь хоть кого-нибудь, или написать записку и уйти, но любопытство и желание передать обед лично в руки Эми победили, и Кэрол шагнула на первую ступеньку, быстро преодолевая короткую лестницу и оказываясь в холодном, тускло освещенном подвале. Там был небольшой коридор и еще пара дверей, а вдалеке что-то громыхало. Облегченно улыбнувшись тому, что она нашла хоть кого-то, Кэрол ускорила шаг, но, дойдя до тупика, замерла на месте, прижимая ладонь ко рту и видя наяву то, что ей снилось последние две недели в кошмарных снах.