Решение
Шрифт:
«А я тогда еще разозлилась на Чернушку за непрошенные советы! — виновато подумала предводительница. — Но если бы не она, кто знает, как все сложилось бы!»
В последнее время Бурозуб чувствовал себя намного увереннее, он перестал вздрагивать от каждого шороха и чуть что втягивать голову в плечи. Шагая в патруле, Листвяная Звезда с удовольствием смотрела, как спокойно и невозмутимо черный кот перебирается на другую сторону ущелья. Он внимательно обследовал каждую метку, тщательно принюхивался, проверяя, нет ли где чужих запахов, а один раз послал Чернушку исследовать черную нору, зиявшую между корней старого дуба.
— Ничего,
Постепенно Листвяная Звезда успокоилась, и к ней даже вернулось хорошее настроение. Густая зеленая листва укрывала котов от свирепой жары, сырая лесная земля трава приятно охлаждала лапы, а высокая трава гладила их по шкурам.
Как хорошо! Было бы так всегда…
Неожиданно Бурозуб резко остановился, насторожив уши.
— Я что-то слышу, — сказал он.
Покрутив головой, Листвяная Звезда заметила дуплистое дерево, стоявшее за границей племени. Пчелы с жужжанием кружили вокруг дупла, расположенного высоко над землей. Видимо, они-то и насторожили Бурозуба.
— Ой, пчелы! — воскликнула Гречка, возбужденно шевеля усами. — Мед отлично заживляет воспаленные раны. И еще помогает закрепить мазь на шерсти, чтобы она не стекала.
Не удержавшись, Листвяная Звезда покосилась на Чернушку, ожидая, что та придет в бешенство. Но черная кошка лишь устало закатила глаза. Может быть, Гречке, в самом деле, суждено стать ученицей целительницы, и теперь даже Чернушка это понимает?
— Нет, Гречка! Вернись!
Громкий вопль Бурозуба заставил Листвяную Звезду подпрыгнуть на месте. Обернувшись, она увидела, что Гречка уже лезет вверх по стволу дерева, не сводя глаз с вожделенного дупла. Повелительный возглас Бурозуба напугал ее, так что ученица, вздрогнув, едва успела ухватиться за ближайшую ветку.
Раздался громкий треск. Ветка, за которую держалась Гречка, подломилась, и незадачливая ученица кубарем покатилась по земле. Мерное басовитое жужжание пчел разом превратилось в злой пронзительный гул. Все новые и новые рассерженные насекомые валом повалили из дупла, как будто черная длинная лапа потянулась к котам по воздуху.
— Бежим! — завизжала Листвяная Звезда.
Она пихнула оцепеневшую от страха Гречку вперед, и коты понеслись в ущелье. Сердце Листвяной Звезды бешено колотилось в груди, полосатые насекомые плотным роем кружили над ее головой, и бедным котам ничего не оставалось, как мужественно приготовиться к жалящим укусам.
Пчелиный рой грозовым облаком висел над бегущими котами, время от времени то одна, то другая пчела вырывалась из строя, чтобы вонзить свое жало в кого-нибудь из несчастных беглецов. Чернушка оглушительно взвыла от укуса в нежное ухо и замахала хвостом, отгоняя кусачих пчел.
Когда преследуемые патрульные подбежали к Камнегруде, разомлевшие от жары Небесные коты разом вскочили со своих места. Трилистница с испуганным визгом очнулась от сна, Колтун и Гнилушка выпустили когти, будто готовясь отразить атаку врагов. Эхо вихрем выбежала из своей палатки и, вся распушившись, задрала голову к небу.
— В воду! — провизжала Листвяная Звезда. — Быстрее!
Как только ее лапы коснулись нагретого песка под Камнегрудой, она налетела на растерявшихся Колтуна и Гнилушку и погнала их к реке. Колтун издал свирепый вой, превратившийся в громкое бульканье, когда Гнилушка
Листвяная Звезда последовала их примеру и присела на дно реки, оставив на поверхности только нос и уши. Дрожа от холода, она едва не упала, подхваченная сильным течением. Слава Звездному племени, что почти все коты были в патрулировании! И что Меднолистая с котятами оказались в детской, а не на поляне.
Пчелы свирепо жужжали над водой: видимо, неожиданное исчезновение дичи не на шутку их раздосадовало. Они кружили над заводью, опускаясь к самой поверхности воды, но нападать было не на кого, поэтому пчелиный задор постепенно стал стихать. Наконец — эти мгновения показались Листвяной Звезде целой вечностью — пчелиный рой с недовольным гулом отправился восвояси.
Листвяная Звезда встала на ноги. Ее мокрая шерсть отяжелела от воды, взбаламученная глина чавкала под лапами. Ее товарищи медленно брели к берегу. После нежеланного купания все они выглядели тощими и жалкими, словно скелеты, облепленные редким мокрым мехом.
— Ты что, утопить меня хотела? — сварливо набросился Колтун на Гнилушку.
— Такая, значит, вышла мне от тебя благодарность? — напустилась на него старуха. — Ладно, в следующий раз пускай тебя пчелы хоть до смерти закусают, я и хвостом не шевельну!
Онемевшая от изумления Эхо, вытаращив глаза, смотрела на мокрых котов. Листвяная Звезда нахмурилась. Обычно целительница первым делом бросалась на помощь, что же сейчас ее останавливает?
— В чем дело? — раздался громкий вопль с противоположного берега реки. Повернув голову, Листвяная Звезда увидела Харвимуна и Макгайвера, которые только что выбежали из Шепчущей пещеры с полными пастями свежего мха, и застыли у воды, непонимающе тараща глаза на своих промокших до шерстинки соплеменников.
— Пчелы одолели, — проворчал Колтун.
— Пчелы? — переспросил Харвимун, выпучивая глаза. — Да откуда они здесь взялись?
— Это произошло случайно, но теперь все позади! — коротко ответила Листвяная Звезда, желая поскорее положить конец этому глупому разговору. — Отнесите мох Меднолистой, она уже заждалась! И заодно передайте ей, чтобы держала котят в детской, на случай, если пчелы до сих пор кружат где-то поблизости. Я скоро сама к ним загляну.
Когда Харвимун и Макгайвер убежали, Листвяная Звезда снова оглядела своих соплеменников и убедилась, что почти все они пострадали от нападения пчел. Под глазом у Трилистницы грозно вспухал здоровенный волдырь, и бедная кошка терла его лапой, поскуливая от боли. Чернушка кружила на месте, пытаясь вырвать жало из спины, а Бурозуб в бессильной ярости кусал себя за переднюю лапу, но никак не мог подцепить маленькое жало зубами.
Листвяная Звезда подошла к Эхо, продолжавшей в остолбенении стоять на берегу.
— Тебе не кажется, что котам нужна помощь? — недовольно спросила она, подталкивая целительницу плечом.
Эхо вздрогнула, словно очнулась от сна.
— Да, конечно. Прости, Листвяная Звезда. — Она бросилась вперед и замахала хвостом, подзывая к себе соплеменников. — Встаньте в очередь, сейчас я извлеку жала и смажу волдыри, чтобы облегчить боль, — скомандовала она. — И прекратите расчесывать укусы, от этого будет только хуже! Гречка, у тебя есть жалобы?