Репортаж о вредине

Джонс Аллан Фревин

Мама заправила за уши волосы и опустилась на диван.

– Идите сюда и сядьте рядом со мной, – велела она.

Даже до Аманды дошло, что сейчас произойдет что-то серьезное. Мы сели по обе стороны от нее.

– Я уже давно думаю об этом, – сказала мама. – Сэм подрастает. И я считаю, пора нам выделить ему отдельную комнату.

«И где же мы ее возьмем?» – подумала я. И тут в моей голове мелькнула страшная догадка…

– Но у нас нет свободных комнат, – сказала я вслух.

– Нет, – согласилась мама. –

При том, как комнаты распределены сейчас. Поэтому я хочу, чтобы вы обе подумали о том, что вам придется переселиться в одну комнату.

– Что-о-о?!

Не знаю, кто из нас крикнул громче.

Мои мысли закрутились на повышенных оборотах. Моя комната для двоих слишком мала – если, конечно, не начать спать по очереди. Значит, предложение мамы означает, что я переезжаю к Аманде.

– А что в этом такого? – продолжала мама. – Многим девочкам приходится жить в одной комнате.

– Мам, ты шутишь? – Аманда, казалось, не верила своим ушам.

– Почему бы нет? – пожала плечами мама. – Твоя комната достаточно большая, чтобы вы обе там разместились.

– Совсем даже не большая! Там мои-то вещи с трудом помещаются. Мама, зачем ты так? Ты не можешь так со мной поступить! – взвыла Аманда. – Это слишком суровое наказание.

– Это не наказание, – строго сказала мама. – Я просто не вижу другого решения проблемы. И я не требую от вас ответа сиюминутно. Я просто хочу, чтобы вы над этим подумали. Договорились?

Что касается меня, думать мне было не о чем. Ни за что на свете я не соглашусь жить в одной комнате с Амандой. Лучше я сбегу из дома и буду спать на садовой скамейке. Лучше спать в сточной канаве!

* * *

Моя милая комнатка! Я стояла в середине и смотрела на свои вещи. Мои любимые постеры. Мои игрушечные поросята и лягушки, которых я коллекционировала много лет. Толстяк Тед, мой самый любимый поросенок. Его сшила для меня мама из лоскутков. Он спал в ногах у меня на кровати.

Мой лягушачий оркестр на подоконнике. Все мои книжки. Шкатулка с танцующей балериной, которая кружится и кружится, если ее завести, под музыку песенки «Загадай желание, когда падает звезда».

А где теперь будет жить Бенджамин? Аманда никогда не пустит его к себе в комнату. Бенджамин привык спать со мной, и я не смогу заснуть, пока не почувствую, как он свернулся клубочком возле моих ног.

Проклятье! Я могла потерять все. Это как конец света! От такого даже каменные статуи расплачутся. Что уж говорить обо мне? Я села на кровать, прижала к себе толстяка Теда, и крупные горькие слезы потекли по моим щекам. Как только могла мама додуматься до такого?

Бенджамин понял, что со мной что-то происходит, и попытался отвлечь меня. Он потерся о мою ногу, легонько куснул за щиколотку. По какой-то причине Бенджамин неравнодушен к носкам. Дайте моему коту погрызть ногу

в носке, и он будет наверху блаженства.

– О, Бенджамин! – Я соскользнула с кровати и, усевшись на полу, взяла кота на руки. – Ну как мне объяснить тебе, что здесь должно случиться? С чего начать? Не знаю.

– Му-р-р, – сказал Бенджамин. – Му-р-р…

– Да, ты это уже говорил.

Послышался стук в дверь. Я была слишком расстроена, чтобы ответить. Может, это пришли рабочие, чтобы запихнуть все мои вещи в ящик и оттащить их на чердак? Ну нет, только через мой труп!

Из-за двери показалась голова Аманды:

– Нам надо поговорить.

Вид у нее был такой же несчастный, как и у меня. Похоже, она тоже плакала – судя по ее красным распухшим векам.

Аманда села на кровать.

– Слушай, я подумала и решила…

Неужели Аманда умеет думать? Хотя, конечно, все когда-нибудь случается в первый раз.

– …нам нужно объединить усилия, – продолжала меж тем Аманда.

Я посмотрела на нее в упор:

– Ты хочешь сказать, заключить перемирие?

Она кивнула.

– Временное перемирие, до тех пор, пока не найдем выход.

– Хорошо, – согласилась я.

– Тогда пожмем друг другу руки, – сказала Аманда и протянула мне свою ладошку.

Я серьезно пожала ее.

– Так. Теперь давай решать, что будем делать. Надо что-то придумать, чтобы мама отказалась от этой глупой идеи. Мы ведь не можем жить в одной комнате, правда?

– Правда, – кивнула я.

– У меня просто не хватит места для твоего барахла. – Аманда с отвращением оглядела мою комнату.

– Это не барахло! – обиделась я. – Это твоя комната забита барахлом.

Не хватало еще, чтобы мои животные слушали, как их обзывает Аманда.

– Посмотри на вещи реально. – Аманда, похоже, не искала со мной ссоры. – Мы ведь обе не хотим этого. Меньше всего мне хочется, чтобы орава твоих подружек превратила мою комнату в детский сад.

– К твоему сведению, я лучше буду спать стоя в стенном шкафу, чем жить с тобой в одной комнате, – заявила я.

– Меня это вполне устраивает. – Аманда начинала терять терпение. – Надо будет попросить маму, пусть повесит на чердаке перекладину, чтоб ты могла спать вниз головой, как и положено противной летучей мыши, какой ты и являешься.

– Не утруждай себя, лучше я подыщу для тебя большой камень на заднем дворе, чтобы ты жила под ним со всеми остальными мокрицами.

– Жить с мокрицами просто рай после жизни в одном доме с тобой.

– Тебе виднее, – ухмыльнулась я. – Учитывая, что все твои подружки мокрицы!

– Не смей так говорить о моих подругах! – не выдержала Аманда.

– Черил – гиена! Натали – крысиные зубы, а Рейчел – макака длиннохвостая! – Я тоже дала волю своим эмоциям.

Комментарий профессора Стейси Ван Аллен: