Ренегат
Шрифт:
– Магия перемещения, - прокомментировал произошедшее Смельчак, все это время не проронивший ни слова.
Я, громко выдохнув, опустился на камень и хриплым голосом произнёс:
– Неожиданно…
Чувствовалось, что дух намерен разразиться целой тирадой. Видать, накопилось у него за это время эмоций. Но он не успел. Системное оповещение, появившееся у меня перед глазами, заставило его заткнуться:
– Внемлите, смертные! Шха-рас покинул этот мир!
Затем, с небольшой задержкой, появилось еще одно оповещение, но уже лично для меня.
–
– Помни! Время на исходе!
– Пора!
– сказал я и открыл портал.
Первым, как уже повелось, в арку нырнул Смельчак. Он отсутствовал меньше минуты, которая показалась мне целой вечностью.
– Поторопись, - произнес он, появившись из портала, и сокрушенно добавил: - Эта тварь почти все уничтожила. Тела големов исчезли. От них остался лишь пепел, как и от тел Стального короля и его подручного Сато. Вот-вот случится обвал. Она зовет тебя.
Я сделал шаг, но остановился.
– Потерпит. Ты сказал: почти всё?
– Первоисточник цел, - ответил дух и добавил: - А еще вот это…
После его слов в моей ладони появилась стальная корона. Я сдавленно кашлянул. Та самая. Из-за которой погибло столько народу.
– Остальные божественные артефакты уничтожены, - грустно вздохнул Смельчак.
Я провел ладонью по глазам и, тяжело выдохнув, забросил опаснейший артефакт в свой рюкзак. Уж лучше бы он тоже исчез в темном пламени, призванном Керой. Если кто-то узнает, что корона у меня… Нет! Никто не узнает!
– Смельчак, - холодно произнес я.
– Чтобы ни одна душа…
– За кого меня принимаешь?
– с обидой в голосе возмутился он.
Я, не обращая внимание на духа, повел плечами и, набрав побольше воздуха в легкие, нырнул в арку портала.
В пещере было темно, холодно и сыро, словно в могиле. Истинное Пламя погасло, но в пространстве еще ощущались уже использованные магические эманации. Если меня даже от них выворачивает наизнанку, то боюсь представить, что здесь происходило еще несколько минут назад.
– Жрец…
Я вздрогнул. Тихий голос. Почти шепот. Я начал озираться.
– Жрец… - зов повторился, но уже слабее.
Вот ты где! Кера или, вернее, то, что от нее осталось, лежала на острых камнях у дальней стены пещеры.
Три длинных прыжка - и я склонился над обрубком тела моей покровительницы. А если быть точным - то ее оболочки. Левая рука отсутствовала, равно как и все, что было когда-то ниже пояса. Из разорванного брюха на камни вывалились сизые кишки.
Она лежала в луже темной крови и улыбалась. Ее лицо было похоже на восковую маску. В нем угадывалось что-то от облика Керы, а что-то от Нурэ-онна. Я смотрел на нее и узнавал, и не узнавал одновременно.
– Я снова победила его, жрец… - шепотом и, продолжая улыбаться, произнесла она. Из ее рта и по подбородку текла кровь.
– Жаль только, что он успел сбежать после гибели своей оболочки… Гаденыш!
– Ты все равно молодец, моя повелительница, - ответил я.
На какое-то мгновение я даже пожалел
– Поторопись, жрец, - прошептала она.
– Эта оболочка умирает. Я кое-как поддерживаю в ней жизнь, но ей осталось недолго.
Я протянул к ней руки, чтобы поднять.
– Будь осторожен с ножом, - предупредила она.
– Он не должен покинуть сердце, пока мы не проведем ритуал жертвоприношения. Повторно в полудохлую оболочку я уже не смогу вселиться. В этот раз ты уже не отвертишься. Мне нужен твой харн!
Ее глаза блеснули опасной чернотой.
Я напрягся. Удавить ее сейчас? И что тогда? Все, чего добьюсь - окончательное умерщвление тела Нурэ-онна. Чтобы прикончить Керу - у меня попросту силенок не хватит. Не тот уровень. А вот она, освободившись, обязательно отомстит за мое предательство. И плевать ей на всякие ограничения и древние договоры. Тем более, что осталось меньше суток до возникновения Разлома.
Пришлось брать себя в руки и действовать по заранее составленному плану, который за все время пришлось кроить уже десятки раз.
– Да, моя повелительница, - склонив голову, произнес я. Хорошо, что она в тот момент не видела моих глаз.
– Хороший жрец - покорный жрец!
– удовлетворенно произнесла она.
– Запомни это, смертный! А теперь неси меня к алтарю… Будем спасать эту оболочку. Она мне понравилась.
Когда мы оказались в нижнем зале храма, я бережно положил Керу на алтарь и, опустив голову, сделал несколько шагов назад. Встречаться взглядом с богиней мне не хотелось. Она в любой момент может почуять неладное.
– Хорошо, - прохрипела Кера, закрывая глаза.
На ее окровавленных губах играла счастливая улыбка. А еще я заметил, как постепенно восстанавливалось ее тело. Страшные раны затягивались прямо на глазах. Такими темпами она за час и ноги отрастит. Богиня тянула энергию из алтаря.
– Призови своего харна, жрец, - приказала она, не открывая глаз.
– Мне понадобится много энергии.
– Может быть, обойдемся сердцами и кровью первородных?
– сделал я мнимую попытку.
Сейчас главное - отыгрывать того, кем я был для нее все это время. Если я быстро соглашусь, Кера тут же навострит уши.
– Так и знала, что начнешь юлить и клянчить!
– покачала головой она.
– Нет, жрец! Я же сказала! В этот раз ты не отвертишься! Мне нужна эта жертва!
Я молчал. Я медлил, намеренно заставляя Керу гневаться.
– Жрец!
– зарычала она, открыв глаза.
– Ты намерен пойти против воли своей богини?
После недолгого молчания я выдавил из себя.
– Нет, моя повелительница. Но…
– Никаких «но», жрец!
Я почувствовал, как мое тело сжали невидимые тиски. Кера пыталась надавить, напугать, но принудить не могла. Ни один бог не может. Для проведения Ритуала Воплощения нужна только добровольная жертва.