Ренегат

Осадчук Алексей Витальевич

Ей почти удалось. Она почти меня зацепила. На полпальца правее — и мой щит принял бы удар на себя, полностью меня демаскируя. Но я был быстрее. Длинным перекатом уйдя в сторону, я рванул по широкой дуге, обходя разбушевавшуюся Змею со спины.

Тем временем Эгберт и Галлия, наконец, сошлись в бою. Тела Железнокожего и повелительницы гномов превратились в два сияющих золотом и сталью сгустка. От обилия используемой этими двумя магической силы рябило в глазах. Пещеру ощутимо потряхивало. Каменные стены, и без того пострадавшие во время штурма, начали покрываться сетью трещин.

На бегу, краем

глаза наблюдая за этой эпической схваткой, я контролировал каждое движение Сато и Альрака. То, что они пока не вмешиваются, ничего не значило. Хотя кое-что они все-таки делали…

Пока Галлия тянула энергию из Горнила Истинного Пламени, старый маг и лич выполняли роль магических источников, но только для Стального короля.

Я, если честно, не совсем понимал, зачем Эгберту захотелось лично прикончить восставшую против его власти королеву. Ну, покричала немного. Ну, обозвала несколько раз трусом. И что с того? Пусть себе кричит, надрывается. Пусть тратит энергию и использует заклинания, сражаясь с нежитью. Неужели этого тщеславного урода, уже давно считающего себя императором, оскорбили слова гномы? Если это действительно так, тогда я ничего не понимаю в этих аристократических играх.

Единственное адекватное объяснение - это трофеи. Раньше я никогда бы не подумал о таком банальном поводе. Но сейчас, когда мои характеристики достигли максимума, я понимаю, что бой с такой сильной соперницей, коей является Галлия, Эгберту, явно достигшему своих максимумов, пропускать не с руки. Кроме того, стальной король, похоже, полностью уверен в своей победе. Раз уж Альрак и Сато не вмешиваются в схватку их господина, это значит только одно - Галлия обречена. Они все уверены в победе Железнокожего. И как только гнома умрет, Первоисточник окажется в полном распоряжении нового императора. Он активирует свою корону, и тогда справиться с ним будет непосильной задачей.

Осознание этого факта еще сильнее подстегнуло меня ускориться.

Дюжина темных стрел, прилетевших сзади и вонзившихся в щит хаоса, были для Нуре-онна сюрпризом. Ярко-лиловое полотно кокона, обволакивающего тело Змеи, несколько раз мигнуло и исчезло. Последний, особо сильный толчок темной энергии заставил магистра рухнуть на пол и несколько раз перекатиться по острым камням, торчавшим из-под земли.

– Не вздумай ее калечить!
– предупредила меня Кера.

Яростно шипя и скалясь, Нуре-онна свернулась в тугой узел, прикрывая свое туловище чешуйчатыми кольцами. Она вертела головой во все стороны, при этом пробуя воздух длинным раздвоенным на кончике языком, пытаясь обнаружить меня по запаху. На ее губах и подбородке была кровь. Несколько колец в спазме раздвинулись, на мгновение приоткрыв часть спины магистра.

Лучшего момента и не придумаешь. Зачерпнув ярости из темного источника, я активировал рывок и в одно мгновение оказался за спиной у Змеи. Она в это время безуспешно расстреливала лиловыми сгустками пространство перед собой, превращая камни, окружавшие ее, в кипящую смолу. Воздух буквально звенел от того немыслимого количества силы, что она выплеснула. Находись я сейчас где-то там, где бушевала магия хаоса, мне бы пришлось несладко. Но я на беду разбушевавшейся Змеи находился у нее за спиной.

Резкий взмах — и жертвенный нож,

легко пробив змеиную чешую, вонзился прямо в сердце последнего магистра Хаоса.

Нуре-онна приглушенно охнула и запрокинула голову. Ее тело вздрогнуло и выгнулось дугой. Когтистые лапы, бессильно разрывая воздух, попытались дотянуться до рукояти ножа, застрявшего в ее спине. Змеиные кольца резко сжались, а потом, спустя несколько ударов сердца, обмякли.

– Да!
– победно объявила Кера, в голосе которой чувствовалось нешуточное волнение.
– А теперь призови меня, жрец!

Глава 40

– Я, Эрик Бергман, жрец богини Керы, Порождения Мрака и Ночи, пользуясь своим правом, данным мне Великой Системой, призываю мою покровительницу в этот мир!

Заранее заученный текст, который мне надиктовал Смельчак, я произносил полушепотом над ухом лежавшей у меня на руках Нурэ-онна. Ее змеиный аватар уже исчез, и теперь она была именно той самой женщиной, которую я впервые увидел в Цитадели Хаоса. Помнится, я тогда чуть было в штаны не наложил. Уж больно она похожа на свою погибшую сестру Паучиху. М-да… Еще одна легендарная первородная, можно сказать - персонаж из страшных сказок, погибла от моей руки. Кстати, ни ее сердца, ни крови, я не получил. Видимо, Нурэ-онна еще не до конца мертва. Кхм… Если это так, тогда я ей не завидую.

В следующее мгновение перед моими глазами возник текст.

– Внимание! Вы воспользовались правом жреца на призыв богини (1/3).

– Предупреждение! Своими действиями вы только что нарушили одно из положений древнего договора, заключенного между Орденом Рыцарей Разлома и богами Пяти Пантеонов «о запрете призыва богов»!

– У вас есть 24 часа на то, чтобы исправить ситуацию!

– В противном случае, по истечении отведенного на поиск решения времени, указанный выше договор будет считаться недействительным.

– Внимание! До появления Разлома осталось 23:59:55 часов.

Я невольно сглотнул. Я заранее знал, на что иду, но, когда это наконец случилось, меня здорово встряхнуло.

– Ну и дел мы наворотили, - прошептал я, вглядываясь в лицо Нурэ-онна, которое, кстати, уже заметно изменилось. Кера захватив «оболочку» уже вовсю стремительно трансформировала ее под себя. Нос слегка заострился, подбородок вытянулся, лоб стал выше. Тонкие синие губы Нурэ-онна налились кровью и порозовели. А еще спустя мгновение магистр хаоса, или уже теперь Кера, открыла глаза, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Но это еще не все. Великая Система не осталась в стороне. Перед моим взором маячила короткая, но информативная надпись:

– Внемлите, смертные сего мира! К вам пришла богиня Кера, Порождение Мрака и Ночи!

А вот о таком меня никто не предупреждал. Я ожидал, что это событие будет отдавать пафосом, но никак не рассчитывал на всемирную славу. Но судя по содержанию оповещения - этот текст появился перед глазами каждого смертного нашего мира. Меня всего передернуло, словно пришлось проглотить мерзкого червя.