Ренегат
Шрифт:
— Я не буду слишком надоедать ему заботой, — сухо сообщил Вес.
— Как скажете, — обескуражено согласился Мигель. — Он ваш друг.
— Едва ли, — нечетко промямлил Вес, и Сюзанна надеялась, что была единственным человеком, кто расслышал и понял.
— Не знаете ли вы, куда он направился? — поинтересовалась Сюзанна, стойко выдержав мрачный взгляд Веса.
— Вдоль реки. Он поскакал в направлении вашего ранчо.
— Я обязательно предложу ему поупражняться в стрельбе, — торжественно пообещала Сюзанна.
— Спасибо. Хотелось бы избежать крови.
— Можем
— Я не знаю, — задумчиво ответил мексиканец. — Может быть, сейчас, когда вы вернулись, все и уладится, — его сорвался. — Вот если бы сеньор Марк…
— Я знаю, Мигель, — мягко остановила его Сюзанна. — Он бы способствовал воцарению всеобщего согласия, я не уверена, что хоть кто-нибудь прислушается ко мне или Весу. Вероятно, нет, если страсти в округе так накалены.
— Сеньора, так много народу погибло! Многие семьи потеряли мужчин и попали в зависимость к Мартинам, продавшись им. С теми, кто ведет себя независимо, как мы, безжалостно расправляются: угоняют скот и лошадей, разворовывают всякую живность. Многие семьи были вынуждены занимать крупные суммы денег, чтобы выжить во время войны без мужчин, ушедших на фронт, они не могли собрать урожай, а сейчас не могут расплатиться с долгами. Мартины скупают долговые расписки, — Мигель тоскливо качал головой.
Заем. Сюзанна знала, что Марк брал заем, чтобы купить чистокровных скакунов. Она знала и то, что через пару лет они могли бы продать несколько породистых экземпляров и расплатиться с долгами, но сейчас каждая особь была на учете и необходима для селекционной работы. Если некоторых уже не украли…
— Мигель, сколько лошадей мы потеряли?
— Уже десять. Поэтому Джайм распорядился каждый вечер загонять табуны в коррали.
Сюзанна задумалась над материальным положением семьи. Каждый доллар должен быть на учете. Деньги понадобятся и Весу, чтобы начать восстанавливать ранчо и продолжать разведение скота. Нельзя больше допускать краж или какого-то другого вредительства.
Сюзанна закончила завтракать.
— Пойду поищу сеньора Реддинга.
— Только не одна, — наставлял ее Вес. Женщина спокойно растолковала брату:
— Четыре года я ездила одна, без сопровождающих. Кроме того, я возьму винтовку Я обещаю тебе быть осторожной. А кстати, не хочешь ли осмотреть библиотеку?
Вес замер в нерешительности. Он был обласкан ее мягким голосом и почтительным обхождением.
— Я… право… не знаю…
В их беседу вмешался Мигель.
— Беда всегда приходит ночью, сеньор.
Вес еще раз пристально посмотрел на сестру.
— Ты обещаешь мне быть осторожной?
— Я не буду выезжать за пределы наших земель.
— Если ты не вернешься через несколько часов…
— Ты отправишься разыскивать меня, — договорила за него Сюзанна и, не давая брату опомниться, быстро пошла в свою комнату переодеваться. Мысли путались у нее в голове. Она всегда приходила в смятение не только в присутствии Реддинга, но и когда начинала думать
У себя в спальне Сюзанна облачилась в старую амазонку, лиловый цвет которой подчеркивал удивительно глубокий цвет ее глаз.
Последние месяцы Реддинг постоянно видел ее то в мужском костюме, то в помятом и потертом платье. Сюзанна с удовольствием причесалась. Вечером она вымыла волосы, а сейчас аккуратно уложила их и украсила сзади бантом. Сюзанна взглянула на себя в зеркало и осталась довольна собой. Она похудела за время путешествия, но больше не выглядела оборванкой.
Сюзанна медленно обвела взглядом спальню. Всего одну ночь провела она здесь вместе с Марком. Четыре года назад. Дух его, несомненно, обитал здесь. Она чувствовала это так же ясно, как вчера внизу, в гостиной, где она провела много времени в кругу семьи Фэллонов.
— Я сама потеряла тебя, Марк, — взволнованно шептала Сюзанна. Она остро ощущала потерю друга, но не мужа.
Женщина вышла из дому, отыскала в загоне кобылку, на которой привыкла совершать объезды ранчо. Свою дорогую Фэнси. Лошадь благодарно заржала, когда Сюзанна ласково потрепала ее за холку. Кобылка была маленькой, но очень резвой. Гнедая, цвета полночи, повадками она напоминала хорошо воспитанную леди. Кобылка была подарком Марка. У нее был необыкновенно легкий шаг, благодаря которому любая, даже самая продолжительная скачка превращалась в удовольствие. Сюзанна сама снарядила кобылку для конной прогулки, потом принесла деревянную подставку, чтобы удобнее было сесть в дамское седло. Женщина не хотела никого беспокоить. Рабочих рук было мало, работы много. Мужчин на ранчо — раз, два и обчелся. Кроме того, она привыкла все делать сама. И она не хотела вызывать ненужное любопытство. Она хотела встретиться с Райсом Реддингом, быть уверенной, что он все еще здесь знать, что он…
Она не знала точно, что. Но твердо знала, что хочет быть с ним. Ей необходимо было чувство безопасности, которое возникало только в присутствии этого странного человека.
Сюзанна пустила лошадь вдоль реки по хорошо наезженной тропинке, соединяющей ранчо Карров и Фэллонов. Семьи были тесно связаны друг с другом. Добрососедские отношения сложились еще при жизни отцов.
Сюзанна не знала, каким путем и когда будет возвращаться Райс и вернется ли он вообще. Она знала о нем ничтожно мало. О Марке она знала все, и могла предсказать любой его поступок и даже мысль. Она знала, что Марк всегда ведет себя правильно, порядочно.
Может быть, поэтому ее так очаровал Райс. Он был полной противоположностью Марку. Непредсказуем, как летняя гроза.
Добравшись до холма, на котором раньше возвышался дом Карров, Сюзанна разглядела жеребца. Его жеребца.
Он приветливо заржал, почуяв кобылку Сюзанны. Прежде чем ответить, воспитанная Фэнси повернула голову, как бы спрашивая позволения у Сюзанны. Женщина с неудовольствием подумала, что кобылка-то ничуть не лучше хозяйки: воспитание не мешает ей соблазниться первым встречным самцом.