Ренегат

Поттер Патриция

Нельзя сравнивать. Райс Реддинг — расчетливый хищник, ястреб, вольное создание природы.

Бежать. Надо бежать от него, как будто за тобой гонится дьявол.

Она знала, что надо, но ноги сами приросли к земле. Марк был ее искренним другом, но желанным мужем — никогда. У нее никогда не было потребности прикоснуться к нему, приласкать его, как Райса. Она никогда не испытывала таких вулканических толчков, какие совершало ее лоно, когда рядом был Райс, ни беспредельной нежности, как к своему ночному ястребу.

Райс заставил ее познать и последовательно пережить взаимоисключающие чувства: доверие

и страх, безопасность и ужас, мягкость и грубое желание, которые проникали в самые тайные, священные уголки ее существа.

Бежать. Она взглянула на него. Он следил. Выжидал. Одна половина рта вызывающе усмехалась.

И Сюзанна… сбежала. Сюзанна, которая одна несла на себе груз по присмотру за двумя ранчо, которая одна пересекла разорванную войной страну и вырвалась из двух окружений, которая в одиночку сражалась с Мартинами, совершила то, что она поклялась никогда не делать. Сюзанна, которая гордилась собой за то, что никогда не отступает, сбежала.

В реальности внутреннее отступление и паника выразились в том, что она резко развернулась и направилась к месту привала.

Это было самым тяжелым испытанием в ее жизни.

ГЛАВА 8

Следующее утро было очень трудным для Сюзанны. Как противостоять тому, чему противиться невозможно? Даже когда ты знаешь, что должен сопротивляться.

После бурного вечера с поцелуями Сюзанна провела бессонную ночь. Она уже подумала о том, чтобы пересесть к Весу. Это было бы самым благоразумным. Но после некоторого раздумья женщина отвергла эту мысль. Райс приторочил к седлу Веса костыли и саквояж, вещи, которые они раньше по очереди держали в руках во время дневных переходов. На лошади брата Сюзанне места не оставалось.

В конце концов она решила, что не стоит впутывать Веса в свои амурные дела и оставила все, как было.

По правде говоря, Сюзанне трудно было бы оставаться благоразумной и отказаться от тех сладостно-болезненных, пронзительных мгновений, которые сулило ей соседство с Реддингом. Вновь и вновь она уверяла себя, что справится с собой, сможет держать себя в руках.

Наутро женщина обнаружила, что в отличие от нее капитан совершенно не был взволнован. Он провел утро, насвистывая сентиментальную песенку, и во взгляде, которым он одарил Сюзанну, не было и тени вечерней страсти и нежности. Забавляясь, он оценивающе разглядывал женщину, натянувшую брюки. Они были тесноваты в бедрах и подчеркивали ее чувственную женственность.

В брюках ей было удобнее и вольготнее, чем в платье.

— Очаровательно, — произнес Реддинг так, что Сюзанна не поняла, сарказм это или восхищение.

Но что бы это ни было, Сюзанна почувствовала себя так, как будто патока заструилась по позвоночнику.

Когда Райс помогал ей взбираться на лошадь, он задержал ее руку в своей на секунду дольше, чем обычно. После минувшей ночи Сюзанна значительно острее чувствовала силовое поле, которое возникало между ними всякий раз, когда они находились рядом. Любое прикосновение к его телу вызывало в ней возбужденное покалывание. Нет, не покалывание. Жар. Жар и пламень. Теперь их объединял теплый поток, где были свои приливы и отливы. Достаточно было самого малого толчка, чтобы они слились в этом беспредельном, всепоглощающем

потоке.

Сюзанна наблюдала, как в титаническом напряжении немела спина Райса, когда она обхватывала его за талию. Не зная точно, чего он хочет, она с уверенностью могла сказать, что Райс Реддинг лежит сейчас распластанным у ее ног в тревожно-радостном ожидании.

Сюзанне казалось, что брат обо всем догадался. Теперь Вес взбирался на лошадь и спешивался без помощи капитана. Он избегал разговоров с Реддингом, но глаз с него не спускал. Было похоже, что полковник Весли Карр копил силы для ответного сокрушительного удара.

Сюзанна, Вес и Райс были в пути все утро, и все утро между ними ощущалась натянутость. Она разделяла их, обрекая на одиночество. Даже брата и сестру, которые раньше были так близки.

Сюзанна не могла разорвать оболочку горечи и самосожаления, которой отделил себя от жизни Вес.

Интересно, долго ли может сохраняться напряженность в отношениях без того, чтобы не разрешиться сильным взрывом?

Понимая состояние брата, Сюзанна даже подумать не могла о том, чтобы предложить Райсу Реддингу покинуть их. Именно благодаря его предприимчивости, изворотливости, уму и обаянию они значительно приблизились к дому. Ей не к лицу было забывать об этом.

Райс был виртуозным лжецом. Сюзанна удивлялась, с каким совершенством он манипулировал словами и людьми. Но ведь и она не брезговала ложью. Чтобы выжить Чтобы помочь Весу. Чтобы помочь Райсу Реддингу. Чтобы помочь самой себе. Чтобы попасть домой, в Техас.

Только бешеный темп скачки, навязанный Райсом, удерживал женщину от опрометчивых поступков, не позволял ей полностью отдаться чувствам, которые с каждым днем становились все сильнее.

Иногда Реддинг производил на Сюзанну впечатление человека, за которым гонится дьявол. Иногда ей приходила в голову мысль, что он хочет побыстрее избавиться от бремени, которое взвалил на себя. Чувство самосохранения заставляло женщину придерживаться последнего объяснения, хотя оно было обидным для нее. Реддинг действительно причинял ей боль, заставляя страдать. Господи помилуй!

Два дня спустя путешественники узнали, что Авраам Линкольн убит… Застрелен в театре. Эту новость им сообщили в маленькой деревушке, расположенной около самой границы с Северной Каролиной.

Путники пересекали гористую местность, где на пологих склонах холмов или в невысоких равнинах ютились деревеньки. Одну из них они облюбовали с вершины холма. Сверху были видны разбросанные по равнине строения, школа, церковь, кузница, мельница и продуктовая лавка. Здесь не было солдат, военная форма не бросалась в глаза, и Сюзанна неожиданно для себя предложила купить в поселке овса для лошадей, яиц и муки для них самих. А если удастся, то бекона и кофе.

Она вынуждена была назвать Реддингу сумму, которой владела: тридцать долларов золотом и две тысячи ценными бумагами Конфедерации, совершенно бесполезными.

Утром Сюзанна переоделась в платье и устроилась впереди Райса, по-дамски свесив ноги на одну сторону. Такая посадка означала, что она вплотную прижималась к мужчине, почти сливалась с ним, но Сюзанна знала, что война не меняет сельских обычаев, и если чужестранцы рассчитывают на помощь местных жителей, следует строго соблюдать традиции.