Рэмбо 2
Шрифт:
Прямо перед собой Тай увидел две борозды в мокрой невысокой траве — след американца и его помощника. Он медленно двинулся вперед в сопровождении своих солдат. Не было никаких знаков, указывающих на то, что беглецы прошли по своему следу обратно. Они ушли в лес, туда, где ревел «дракон».
Тай дошел до середины поляны. Здесь все следы были уничтожены «драконом», но это уже не имело значения — направление показывал вертолет.
Чтобы не погибнуть от своих, Тай связался по радио с Яшиным и доложил, что наземная группа
Но теперь следы были глубже, их оставлял один человек. Кровь. Сердце Тая радостно забилось. Свежая кровь, ее еще не смыл дождь. Один из беглецов был ранен, и другой, по-видимому, нес его на руках. Скорее всего, следы оставлял американец.
Вперед. Вот еще след. Здесь, видимо, американец упал. Крови было еще больше.
А вот здесь он уже тащил своего друга волоком. Теперь уже недолго. Тай даже почувствовал некоторое разочарование. Погоня оказалась до смешного короткой.
24
Рэмбо отыскал защищенное место, которое, по его мнению, понравилось бы Коу. Вокруг были камни и кусты орхидей смерти, о них она когда-то говорила. Вчера утром — сто лет тому назад. Могилу пришлось рыть ножом и руками. Он понимал, что рискует, теряет драгоценное время, но не мог не похоронить ее. Ему не хотелось, чтобы над телом Коу глумились животные или люди.
Осторожно подняв ее безжизненное тело, Рэмбо опустил его в яму. Под впечатлением нахлынувших чувств он снял с ее шеи золотого Будду и повесил на свою. От платья отрезал полоску и обвязал ею лоб и затылок, как это делают индейцы.
Он начал закапывать могилу. Пропитанная дождем земля закрыла тело Коу, осталось только лицо. Но вот и его прекрасные черты исчезли под землей навсегда. Рэмбо привалил могилу камнем, прикрыл ветками. Потом стал на колени и замер, будто читал молитву.
Но колчан со стрелами, лук, грязное исцарапанное тело придавали ему вид не священника, а волка.
Все это началось так давно.
И нет ему конца.
Взгляд его затуманился. На глаза навернулись слезы. В лагере, когда его пытали, прижигали собственным ножом, он плакал, но тогда это была реакция организма на боль.
А сейчас слезы были другими.
Слезы скорби.
Ему казалось, что он уже навсегда потерял способность скорбеть.
Рэмбо поднялся, сжал пальцы в кулаки, раскинул руки в стороны, поднял голову к грозовому небу и дико, протяжно закричал изо всех сил.
Вся горечь и отчаяние, накопивщееся за последние годы, нашли выход в этом крике.
Он не просился сюда тогда, в первый раз. Ему велели прийти. У людей, пославших его, которые по ночам спокойно спали в чистых и мягких постелях, были на то свои основания. Это была не его война. Но он сражался за них.
И стал им неугоден. Потому что они знали — кругом сплошная ложь. А ложь
И во второй раз он не просился. Но ему сказали, что хотят исправить свои ошибки. Сказали, что кому-то надо освободить этих пленных, потому что те, кто спал в чистых постелях, не могли этого сделать. И он пошел. И снова воевал. Но и в этот раз все оказалось ложью и обманом.
Они не хотели, чтобы я победил, они хотели, чтобы меня не стало вовсе.
Все. Теперь я больше не воюю за кого-то. Это моя война. И я буду драться до конца. Никто мне отныне не помешает победить.
Издалека доносился шум вертолета, а рядом уже была слышна погоня.
Ну что ж, вы хотите воевать? Давайте повоюем.
И война началась.
ЧАСТЬ VII
1
Уже скоро, думал Тай, пробираясь по лесу. Отпечатки ног стали ближе друг к другу — явный признак усталости американца. Нет сомнений, что он идет из последних сил. Погоня должна закончиться буквально через несколько минут. Или даже секунд.
Но надо быть осторожным. Даже загнанный зверь защищается. Нет нужды спешить. Может быть, следует растянуть удовольствие?
Тай поднял руку, приказывая солдатам остановиться. Он объяснил, что теперь надо быть осторожными. Почему-то одного солдата не хватало. Тай помнил, что один из его подчиненных подорвался у склона холма, но все равно с ним сейчас должно быть десять человек, а их только девять.
Еще одна ловушка? А может быть, кто-то поскользнулся или оступился и подвернул ногу? Или даже заблудился?
Тай удивленно заморгал. Ему показалось, что дождь сыграл с ним злую шутку. Из груди стоявшего рядом солдата торчал какой-то предмет. Палка?.. Стрела!
Солдат повалился на спину, и тут же в грудь другого тоже вонзилась стрела.
Тай испуганно бросился на землю, ища укрытия. Вдруг закричали. Свист — и еще один солдат рухнул на землю. В панике вьетнамцы открыли беспорядочный огонь из автоматов по кустам, деревьям, лианам. Тай кричал, чтобы солдаты прекратили стрельбу, но они продолжали палить из всех стволов. В приступе бешенства он начал пинать их и толкать. Только тогда они прекратили огонь.
Рядом вскрикнули. Тай повернулся и увидел падающего солдата — стрела вошла ему в левый глаз и, пройдя сквозь череп, торчала из затылка. Что же происходит?
Тай вытер рукой пот со лба и начал лихорадочно соображать.
Еще минуту назад у него было девять человек. Теперь их осталось только пять. Лук, из которого летели такие стрелы, должно быть, очень мощный. Смерть наступала мгновенно. И стрелы были не обычными, а пластиковыми.
Где же американец мог достать лук и такие стрелы?