Рельсовая война

Тамоников Александр

— Не подброшу, и время отдохнуть у вас будет. Иди под душ.

Вампир прошел в ванную комнату, Тахаров — на кухню.

Вскоре Кучерин уже пил крепкий кофе.

Прикурив сигарету, Тахаров сказал:

— У меня плохая новость, Анатолий.

— Что-то случилось?

— Да. Сегодня в 5 утра российский спецназ накрыл лагерь Талиба.

Кучерин отставил чашку:

— Что? Спецназ вышел на Али? Но как это могло произойти? Мало кто знал об этом лагере. И Талиб там чувствовал себя в безопасности.

— Ты

прав, об этом лагере знали немногие. Но знали. И твои люди, и люди Караджана, а также население соседнего аула. Думаю, что именно оттуда, из этого аула, и ушла к русским информация по Ак-Базару.

— Но тогда надо уничтожить этот чертов аул.

— Нет, Толя, нельзя. Да и некем.

— Извини, но откуда ты узнал о разгроме отряда Талиба? Причем так быстро?

— Али успел передать тревожный сигнал. Вместе с сигналом прощания.

— Ты уверен, что он не попал в руки спецназовцев?

— Если Талиб передал сигнал прощания, это значит, что он покончил с собой.

— А если не успел? Сигнал подал, а застрелиться не успел? Спецназ действует молниеносно и часто применяет спецсредства. Тот же усыпляющий газ.

— Согласен. Но несмотря на то, что и в части, откуда действовали русские, 27 числа был арестован наш человек, его помощник сбросил мне информацию, подтверждающую гибель Талиба.

— Черт побери! Так, значит, и «крот» спалился?

— К сожалению, мы потеряли надежного человека. Помощник его вышел из игры, и мы лишились ценного источника информации.

Кучерин допил кофе и произнес:

— И все же не факт, что Талиб мертв. А если он попал к спецам, то из него вытянут все, что он знает. А знает Талиб много. В том числе и о предстоящей акции в Черенске. Ведь именно его отряд должен был провести акцию по подрыву электропоезда и вокзала.

Тахаров затушил окурок в пепельнице, поднялся, прошел к окну. Повернулся:

— Это так. Но даже если Талиб попал в руки русских спецслужб, этот факт, как ни парадоксально звучит, играет в нашу пользу.

Кучерин удивленно взглянул на Тахарова:

— В смысле? Как арест Али может быть нам на пользу.

— А ты подумай. Допустим, Талиб у русских. Спецслужба, проводившая операцию у Ак-Базара, узнает о том, что отряд Али готовился к проведению террористических акций в Черенске. Значит, разгромом отряда Талиба угроза этих акций вроде как ликвидирована.

— Согласен.

— О твоей работе Талиб не знал ничего. Следовательно …

— Кажется, я начинаю тебя понимать. Русские, даже если и имели ранее информацию относительно наших планов, что маловероятно, теперь точно удара ждать не будут. А значит, и вести подготовку по его отражению.

Тахаров улыбнулся:

— Вот именно. Молодец. Сумел просчитать ситуацию.

— Но тогда и мы не сможем провести акции в электричке и на вокзале. Одновременно с главной

акцией. Нам просто не собрать за короткое время нужные для этого силы.

— А мы не будем их собирать. Но акции проведем. Все три.

— А вот сейчас я плохо тебя понимаю.

— Используем смертников. Результат от их применения будет не менее эффективным.

Кучерин еще больше удивился:

— У тебя есть подготовленные смертники? Или их Караджан из Турции пришлет?

— Нет, смертников подготовишь ты.

— Я?

— Ты, Толик!

— Но как, Тахар?

— Одна кандидатура — твоя любовница, Алиса Розина. Вторая — ее щенок, учащийся технического лицея. Не зря же мы тратим на них наркоту? И неплохие деньги. Вот и отработают долг.

— Вот ты о ком…

— Что, жалко Алису?

— Нет!

— Так что тебя смущает?

— Удастся ли полностью подчинить их себе? Наркота искажает восприятие реальности, подавляет волю, но на каждого героин действует по-разному. А нам нужны послушные роботы. Вот и думаю, получится ли у нас превратить их в роботов. Как рассчитать дозу? Переборщим — получим трупы, а не смертников.

И вновь Тахаров улыбнулся:

— А разве я говорил, что мы станем доводить эту парочку до нужного состояния с помощью героина? Наркота помогает держать их под контролем, не более того. А когда наступит время применения Алисы и студента в качестве смертников, мы воспользуемся другим препаратом, который полностью лишит их способности соображать и заставит тупо выполнять любые приказы.

— И у тебя есть такой препарат?

— Есть, Толя. У нас много что есть.

Сработал сотовый телефон Тахарова. Тот удивился:

— А это еще кто такой? Я не ждал звонка… Алло? Адам? Ты? Что случилось? … Что? Когда? … Так! И что он рассказал? … Вот как?! … Он уверен? … Ясно. Ты вот что, передай мельнику приказ доставить этого бойца в Грозный! Срочно доставить. Хотя подожди …

Тахар потер переносицу, видимо, принимая какое-то решение:

— Нет, пусть остается на месте. А ты вышли к мельнику пару своих людей. Пусть они перепроверят информацию бойца. И уберут его. Он нам не нужен. Да и опасен как свидетель. Все… Работай!

Тахаров выключил телефон.

— Что еще произошло? — спросил Кучерин:

— Еще одна новость! На этот раз неплохая. На старую мельницу час назад вышел Алим Валиев.

— Кто такой?

— Рядовой боец отряда Талиба. Он во время штурма спецназом усадьбы Али нес службу на посту. Русские его обезвредили, но не убили, оставили в живых. Валиев видел, как спецназ разнес усадьбу. Они нанесли по базе Талиба массированный гранатометный удар, что предопределило исход штурма. Люди Талиба не смогли организовать сопротивление. Валиев утверждает, что русские уничтожили всех, в плен никого не брали.