Реликварий
Шрифт:
– А как же та статья в «Пост», где сказано, что подземные жители образуют сообщества? Журналист не представил их столь опасными.
– Это под Центральным парком, лейтенант, а не под Вестсайдской сортировочной станцией, – ответила Хейворд. – Некоторые районы спокойнее, чем другие. Но не забудьте, что в статье упоминается еще кое о чем. Там ведь, насколько мне помнится, говорится о каннибалах? – И она очаровательно улыбнулась.
Уокси открыл было рот, но ничего не сказал, а только громко сглотнул.
Они молча двинулись по путям. Д’Агоста вдруг заметил, что бессознательно поглаживает пальцами
Лестницу, до которой они наконец добрались, защищала дверь, висевшая в раме под каким-то совершенно нелепым углом. Хейворд распахнула ее и отступила в сторону. Д’Агоста переступил через порог. Глаза мгновенно заслезились. В ноздри ударил резкий запах аммиака.
– Я пойду первой, лейтенант, – сказала Хейворд.
Д’Агоста отошел в сторону. Спорить в такой ситуации не имело смысла.
Покрытая слоем извести лестница привела их на площадку, а затем сделала поворот. В глазах началась резь. Вонь усилилась неимоверно.
– Что за чертовщина? – спросил он.
– Моча, – очень по-деловому сообщила Хейворд. – Главным образом. И еще кое-что, о чем бы вы не хотели знать.
Позади них слышалось пыхтение Уокси. Его одышка становилась все более заметной.
Через исковерканный дверной проем они вышли в темное сырое пространство. Хейворд поиграла своим фонарем, и д’Агоста увидел, что они находятся в конце похожего на пещеру старого тоннеля. Рельсов здесь не было. Под ногами – голая земля, лужицы масла и воды да остатки небольших костров. На этом, с позволения сказать, полу валялись самые разнообразные отбросы: старые газеты, пара изодранных штанов, один старый ботинок и лишь недавно запачканные детские подгузники.
Д’Агоста слышал, как за его спиной хрипит Уокси. Странно, что капитан перестал ныть. «Может быть, это из-за вони?»
Хейворд направилась к ведущему из пещеры коридору.
– Сюда, – сказала она. – Тело было обнаружено в нише, недалеко отсюда. Остерегайтесь труб.
– Труб? – переспросил д’Агоста.
– Именно. Кто-то подкрадывается к вам сзади в темноте и лупит обрезком трубы по голове.
– Но я никого не вижу, – возразил д’Агоста.
– Они здесь, – ответила Хейворд.
Уокси дышал с огромным трудом.
Полицейские медленно шагали по тоннелю, время от времени Хейворд обводила фонарем стены. Примерно через каждые двадцать футов в камне были вырублены прямоугольные ниши. Хейворд сказала, что сто лет назад в них хранились инструменты и материалы ремонтных бригад. Сейчас во многих из них валялись грязные подобия постелей. Среди отбросов мелькали растревоженные светом огромные коричневые крысы, неторопливо, с чувством собственного достоинства покидавшие освещенные участки. Однако никаких признаков присутствия людей видно не было.
Хейворд остановилась, сняла форменную фуражку и заправила за ухо выбившуюся из прически влажную прядь.
– В докладе говорилось, что тело обнаружили в нише напротив рухнувшего металлического помоста, – сказала она.
Д’Агоста попытался дышать, прикрыв рот и нос ладонью, а когда это не помогло, ослабил галстук и, вытянув
– Здесь. – Она указала фонарем на груду искореженных металлических конструкций. Затем повела лучом по стенам тоннеля, отыскивая нужную нишу. Внешне ниша ничем не отличалась от других. Пять футов в поперечнике, три фута в глубину и два фута над уровнем земли. Д’Агоста подошел поближе и заглянул внутрь. Смятое подобие постели было испещрено обильными следами высохшей крови. Стены также были забрызганы кровью и еще какой-то субстанцией, о происхождении которой д’Агосте не хотелось думать. Здесь же валялась неизбежная картонная коробка – перевернутая и слегка раздавленная. Пол был застлан газетами. Вонь не поддавалась никакому описанию.
– Этого парня тоже нашли без головы, – пояснила Хейворд. – Его идентифицировали по отпечаткам пальцев. Шашин Уолкер. Список преступлений подлиннее вашей руки. Серьезный тип.
В другое время д’Агосте показалось бы сущей нелепицей, что полицейский говорит шепотом. Но сейчас он был почему-то этому рад. Д’Агоста при помощи фонаря обследовал внутренности ниши. Все молчали.
– Голову нашли? – наконец спросил он.
– Нет, – ответила Хейворд.
В грязной берлоге не было никаких признаков того, что в ней вообще что-то искали. Страстно желая оказаться в другом месте и заниматься любым другим делом, д’Агоста протянул руку в нору, захватил кончик засаленного одеяла и резким движением откинул его.
Из складок выкатился округлый бурый предмет и остановился на краю ниши. То, что осталось на лице от рта, навсегда замерло в последнем крике.
– Полагаю, они здесь не особенно надрывались, – заметил д’Агоста, прислушиваясь к тому, как за спиной негромко постанывает Уокси. – Ты в порядке, Джек? – Он оглянулся.
Уокси молчал. Его лицо напоминало бледную луну, плавающую в зловонной тьме.
– Придется вызывать команду, чтобы провести полный осмотр. – Д’Агоста снова осветил голову и потянулся к радио, но вовремя вспомнил, что оно здесь не работает.
– Лейтенант? – шагнула вперед Хейворд.
– Слушаю, – не сразу откликнулся д’Агоста.
– Кроты оставили это место только потому, что здесь кто-то умер. Все они ужасно суеверны. Но как только мы уйдем, подземные жители очистят нишу и избавятся от головы так, что нам ее ни за что не отыскать. Больше всего они ненавидят полицию.
– Но как они узнают о нашем посещении?
– Я не устаю твердить, лейтенант, что они все время рядом с нами. Слушают.
Д’Агоста повел вокруг себя фонарем. Коридор был тих и пуст.
– Итак, что вы предлагаете?
– Если вам так нужна голова, придется прихватить ее с собой.
– Ну и дерьмо! – не сдержался д’Агоста. – Что ж, сержант, в таком случае будем импровизировать. Тащите-ка сюда вон то полотенце.
Выступив из-за спины Уокси, Хейворд взяла грязное, пропитанное водой полотенце и расстелила его на мокром бетоне рядом с головой. Затем, натянув рукав мундира на пальцы, закатила голову на полотенце.
Д’Агоста со смешанным чувством отвращения и восхищения наблюдал за тем, как сержант, взявшись за концы полотенца, ловко завязала его узлом. Он заморгал, стараясь прогнать вызванную гнусными запахами резь в глазах.