Реликтор

Тайниковский

– Я тоже это чувствую, - по щекам девушки потекли слезы.
– Это трудно объяснить, но я знаю, что оно страдает…

Лица эльфов помрачнели.

– Вальгорт, ты вообще ничего не ощущаешь?
– спросил меня Скиталец, и я отрицательно покачал головой.

– В любом случаем, мы должны что-то сделать!
– голос лучника звучал уверенно, как никогда.

Мы прошли еще немного вперед, и все началось…

– Готовьтесь! Сейчас будет жарко!
– лучник шепнул пару магических слов, и наконечник его стрелы покрылся инеем. Он отпустил тетиву, и стрела взметнулась высоко в небо, после

чего, пролетев по высокой дуге, упала в самую гущу подступающих к нам монстров, которых исторгло из себя дерево.

– Вперед!
– командует он, и я взяв небольшой разбег, использую рывок, и врубаюсь в толпу монстров, после чего сразу же использую огненное кольцо, и начинаю рубить тварей направо и налево.

Вскоре все монстры закончились…

– Как-то все слишком быстро произошло, - отменяя призыв мистических доспехов, поделился я своими мыслями с эльфами.

– Это была лишь первая волна, - задумчиво произнес Лэлголас.

– Думаешь будут еще?

– Сто процентов, причем я также уверен, что мы должны выполнить какое-нибудь определенное условие, чтобы завершить эту миссию, - ответил он, смотря куда-то вдаль.
– Идут!
– глаза эльфа сузились, и он молниеносным движением достал стрелу из колчана, и наложил ее на тетиву.
– Ты готов?
– спросил лукарь, и я кивнул.

– Мы тоже готовы!
– ответили эльфы. Призываю мистический доспех огненного ифрита, и все повторяется заново.

Четыре часа спустя.

– Еще пара волн, и нам крышка!
– лунный суммонер тяжело дышит, а по его лицу градом стекает пот.

– Я не часто с ним соглашаюсь, но кажется, он прав, - девушка тоже выглядит очень уставшей, но все равно продолжает поддерживать баффы на нашей группе.

– Лэлголас сказал, что ему нужно выиграть время, и мы не можем его подвести, - отвечаю я эльфам, и сажусь прямо на один из трупов нежити, который зарубил буквально несколько секунд назад.

– Ты уверен, что он вообще еще жив?!
– Скиталец устало сел на землю, и достал из инвентаря флягу, после всего сделал несколько больших глотков.

– Если бы он был мертв, то мы бы уже узнали об этом, - девушка протянула руку, и лунный суммонер отдал ей фляжку.

– Тем более, вы сами согласились на то, чтобы мы разделились! Я изначально был против этого плана, - я тоже достал бурдюк с водой, и за несколько секунд осушили его чуть ли не на одну треть.

Оба эльфа потупили взгляд.

– Да все будет нормально, чего вы приуныли-то?
– попытался подбодрить я ребят. Дело в том, что после третьей волны мобов, эльфы почувствовали, что на самой верхушке этого дерева, есть что-то живое, и оно очень страдает. Так как только Лэлголас у нас имел специализированные навыки, позволяющие ему быстро передвигаться по любым поверхностям(даже вертикальным), то было решено отправить его на разведку одного, а не идти туда скопом. Только вот дело в том, что прошло уже больше четырех часов, а от эльфа не слуха не духа. Самое неприятное в этой истории было то, что волны мобов продолжили атаковать нас, но при этом мы лишились основного ДД.

– Волна!
– эльфийка вдруг резко подскочила, и вынула из-за пояса несколько кинжалов.

– В этот раз, даже

отдохнуть нормально не получилось, - Скиталец тяжело вздохнул, и достал одноручный меч и щит. Маны у эльфов осталось немного, поэтому приходилось им сражаться более варварскими методами…

Призываю доспех огненного ифрита, и встаю в защитную стойку. Когда мобы оказываются на расстоянии рывка, использую его, и врезаюсь в их неровный строй. Использую огненное кольцо, и становлюсь эпицентром мощного взрыва. По врагам ударяет волна яростного пламени, а я в свою очередь, начинаю вовсю орудовать огненным мечом.

– Осторожно!
– слышу я голос Скитальца, и резко отпрыгиваю назад. Как оказалось, сделал я это вовремя, ибо в то место, где я только что стоял, ударяет вражеское заклинание. Хммммм, среди них начали появляться маги?
– успеваю подумать я, как вдруг, я начинаю чувствовать, как мои жизни начал кто-то вытягивать.

– Вы видите магов?!
– кричу я эльфам, прикрывающих мою спину и фланги.

– Нет! Ай!
– девушка громко вскрикивает.
– Из меня кто-то качает жизни!

– Из меня тоже!
– доносится голос Скитальца.

– Ищите мага!
– кричу я эльфам, а сам использую рывок, и прорубаю себе путь дальше. Если маг здесь и есть, то он точно должен стоять за спинами основной массы монстров.

Бинго! Вижу странное существо очень похожее на сатира, но при этом измененное магией смерти, практически до неузнаваемости. Враг замечает меня, и вскинув руку в моем направлении “выстреливает” черным лучом. Успеваю закрыться щитом, но это не помогает. Получаю некротический урон, и какое-то проклятье, но не обращая на это внимания, бегу в сторону сатира. Когда до него остается не так много шагов, у меня откатывается рывок, и я тут же использую его. Ударяю врага щитом, и использую прием оглушение. Удар получается настолько сильным, что сатира отбрасывает от меня на несколько метров, и он падает на землю.

– ВАЛЬГОРТ!
– слышу я громкий крик сзади, и до меня доходит, что я оставил эльфов практически без защиты. Тьма!
– ругаюсь я про себя, и резко развернувшись на месте, бегу в сторону ребят.

Спасать мне их не пришлось. Яркая вспышка, и мощный взрыв разбрасывает толпы монстров в разные стороны. Такое мог провернуть только один человек. Поворачиваю голову назад и вижу невдалеке фигуру Лэлголаса. Возвращаюсь к оглушенному магу, и добиваю его.

Справиться с остальными монстрами, остается только делом времени.

– Ты нашел, то, что искал?
– когда с последним мобом было покончено, спросил я у лучника.

– Да, - на лице эльфа появилась улыбка.

– И чем же это оказалось?
– спросил Скиталец.

– Интересный вопрос, - эльф разжал кулак, и на его ладони оказалось пульсирующее яйцо, с полупрозрачной скорлупой, через которую проглядывалось маленькое тельце эмбриона.

– Что это?!
– спросила лунная танцовщица.

– Понятия не имею, - Лэлголас пожал плечами.
– Но как только я вынул эту штуку из гнезда порчи, дерево начало медленно разрушаться, - мы одновременно повернули голову назад, и увидели, что Темнодрево, действительно, начало потихоньку рассыпаться, становясь все меньше и меньше, пока совсем не исчезло.