Реквием
Шрифт:
— Ну, он тебе нравится?
— Не то, чтобы нравится, — Мику прикрыла глаза. — Он очень милый.
— Милый, — в очередной раз подтвердила я. — Очень.
— А почему ты спрашиваешь?
— Мне кажется, ты мало улыбаешься в последнее время, — я подошла ближе к девочке. — Тебе стоит улыбнуться.
Я попыталась ударить её, но что-то меня остановило. Её глаза невинно смотрели на меня — такие искренние и чистые, какие бывают у новорождённых детей. Она отличалась от всех тех, кто был до неё, не знаю, чем.
—
Раздался звонкий смех, от которого меня покоробило. Я пришла сюда, чтобы сделать её счастливой! Почему она ведёт себя так естественно?!
— Давай… давай поиграем в игру, — я неуверенно села, напротив.
— Давай, — Мику радостно подпрыгнула на месте. — В какую?
— В гляделки, — я была нацелена на её глаза.
— Я тебя победю, победу побежду, — японка задумалась. — Как правильно? А, выиграю!
Мы сидели друг на против друга, а она так и не моргнула, мои же глаза начали слезиться. Происходило что-то странное, необъяснимое я не могла сделать то что хотела.
— Ура! — Мику толкнула меня в плечо. — Я же говорила!
Я и не заметила, как моргнула. Мир вокруг меня начал рушится, стало невыносимо страшно. Мою волю словно сковывал кто-то невидимый, чья-то рука держала меня, вжимала в стул. Мику всё также продолжала улыбаться и глупо хлопать ресницами.
— Что ты делаешь?! — Заорала я. — Прекрати!
— Лена? — Мику прекратила смеяться и выпучила на меня глаза. — Ты что?
— Ты должна быть счастлива!! — Я поднялась со стула, но снова не смогла ничего причинить ей. — Я должна была сделать тебя счастливой!
— Лен не пугай меня, — Мику также встала и попятилась к роялю.
— Я убила их всех! — В глазах темнело, а руки судорожно дрожали. — Я задушила Алису, Славю прирезала как свинью, отправила Ульяну кормить червей, а Ольгу Дмитриевну, я. Слышишь? Я! Превратила в угли!
— Лена, хватит! — Мику схватила табуретку и наставила её на меня. — Что ты такое говоришь?!
— Ты должна была быть следующей! — Я бросилась на неё.
Тяжёлая табуретка опустилась мне на голову. Перед глазами всё поплыло, из носа пошла кровь, ноги подкосились, и я с шумом повалилась на пол. Перед тем как полностью отключиться, я увидела лишь убегающие в сторону выхода ноги.
========== Глава V ==========
Строчка за строчкой, я погружалась в этот знакомый мир, который любила больше чем настоящий. Летняя жара расслабляла, пальцы переворачивали приятные на ощупь бумажные страницы. Сегодня на площади не было никого, такое редко случается.
Правда, я ждала кое-кого, ждала искренне и с глубокой надеждой. Не уверена конечно, что он торопится ко мне, но всё же до холода в руках надеялась,
Тот танец на пристани был столь странным и необычным, словно меня вырвали из моей жизни и поставили кого-то другого. Он тоже боялся, но не меня. Надеюсь, что не меня.
— Сидишь? — Послышался голос из-за спины.
— Наверное, — дрожащим голосом, я попыталась изобразить увлечённость книгой.
— Скоро обед, — Семён сел рядом.
— Угу.
— Не хочешь на пляж сходить? — Он говорил очень аккуратно, будто боялся сказать лишнего.
— На пляж? — Я наконец оторвала глаза от текста. — Купаться?
— Ну, наверное, — он устало улыбнулся.
— В купальнике? — Мне вдруг стало страшно.
— Если ты хочешь без него…
— Что? — Я чувствовала, как сгораю изнутри от стыда.
— Извини, — Семён провёл руками по лицу. — Не нужно было ничего говорить.
— Ничего страшного, — я опустила взгляд, пытаясь не выдать страха.
— Идём обедать.
Семён казался мне другим, не таким как Электроник, Шурик, или кто-то ещё из моих знакомых. Его манера двигаться, говорить и даже шутить были словно не из этого мира, не из этого времени. И всё же, несмотря на всё это, иногда он пугал меня, пугал своим рвением, своей энергией.
Я боялась и любила, любила, и боялась — это было невыносимо. Иногда мне хотелось рассказать ему всё, излить свои чувства, расплакаться перед ним, но я слишком часто ошибалась, чтобы повторить это в очередной раз.
Он шёл по правую руку от меня и совершенно безучастно смотрел по сторонам, словно он никогда ни о чём не думает и его совершенно ничего не беспокоит. И если я не решусь сегодня, то не смогу решится уже никогда.
— Я согласна, — выдавила я из себя.
— Что?
— Я пойду на пляж, — неуверенно, запинаясь на каждом слове, повторила я.
— Замечательно, — он обезоруживающе улыбнулся. — Тогда после обеда у Генды.
— У Генды, — я кивнула головой и попыталась улыбнуться в ответ.
Мы вошли в столовую набитую пионерами и сели за один из свободных столиков. Я даже не обращала внимания на то, что я ем и что пью, мои мысли были уже у моря, на пляже. Я прокручивала в голове своё признание, подбирала слова.
Я закончила есть быстрее Семёна, ковыряющего пюре вилкой и недоверчиво косившегося на холодную котлету. Он заметил мою пустую тарелку и ускорил темп поглощения пищи. Нелепо набив рот, он поспешно встал с места, и мы наконец-таки выбрались из столовой.
Вновь обменявшись улыбками, мы разошлись по домам, готовится к встрече на пляже. Сердце у меня заходилось, дыхание перебивалось, будто я пробежала кросс на три километра. Я бегом ворвалась в дом и начала разгребать завалы своей одежды в поисках купальника.