Реквием
Шрифт:
— Сидеть! — Я толкнула её обратно.
Удар пришёлся Ульяне по макушке, и она с грохотом упала обратно на дно, залившись плачем. Я вытащила из земли лопату, которой ранее и создала этот уютный домик для неё, и начала медленно засыпать яму землёй. Ульяна снова попыталась вылезти, но на этот раз получила по голове лопатой.
— Лена! — Сквозь слёзы закричала Ульяна. — Не надо! Я больше не буду!
— Всё хорошо, Уля, — я улыбнулась ей. — Теперь всё будет хорошо.
— Я больше не буду тебя разыгрывать!
— Я же говорила, что тебе понравится сюрприз, — засмеялась я.
Ульяна сидела на дне, держалась за расшибленную голову и кричала. Земля всё падала и падала, засыпая девочку всё больше. Вот из виду пропали её ноги, туловище также почти скрылось под сырой червивой землёй. Свободной осталась лишь голова.
Заткнутый за пояс нож оказался в моей руке, я присела рядом с заплаканным и наполненным ужасом лицом Ульяны и провела остриём по её губам, отчего она испуганно заскулила.
— Ты что такая грустная? — Спросила я слегка раздражённо. — Тебе что, не нравится?
— Л…Лен, — земля толстым слоем лежала на грудной клетке Ульяны, отчего ей становилось трудно дышать.
— Я делала этот домик так долго, а ты не рада! — Я что есть силы сжала нож в руке. — Ты должна быть счастлива! Все вы должны радоваться! Разве не так?!
С особой яростью и усердием я принялась вырезать ей улыбку. Струящаяся по моим пальцам кровь, непереносимый визг Ульяны и её глаза готовые вот-вот вылезти из орбит, всё это заставляло с особым рвением отнестись к своей работе.
На лице Ульянки улыбка смотрелась гораздо прекраснее чем на остальных, теперь её детская радость всегда будет с ней, даже в этом уютном домике. Девочка хрипела, а земля вокруг неё обагрилась кровью, которая «ручьями» бежала из её рта.
— А теперь осталась крыша, — я снова схватилась за лопату и начала засыпать и голову Ульяны.
Когда работа была окончена я удовлетворённо села на бугорок земли и блаженно закатила глаза, готовая раствориться в лёгком летнем воздухе. Я сделаю счастливым всех. Они должны быть счастливы! Иначе зачем им вообще быть?!
***
Она убивает меня изнутри, мне трудно отделять её от себя настоящей. Её холодная серая кожа, налившиеся кровью глаза и этот вечный оскал не оставят меня в покое. С каждым новым убийством, с каждым новым кошмаром она становиться всё сильнее, словно питаясь моими страданиями.
Я всё ещё сидела на лавке, безвольно свесив голову. Ноги не чувствовала, потому и боли не было, на её место пришла пустота и забвение. Холодная серая рука легла мне на плечо, послышался нервный смешок.
— Теперь ты понимаешь, что только я могу тебя вытащить? — Она провела рукой по моей голове — Только я тебя люблю.
— Хватит… остановись, — шёпотом ответила ей. — Это всё неправильно.
— Ты меня придумала, сама меня звала, — она схватила
— Я не хотела.
— Врёшь! — Взревела она. — Хотела! Ты только и мечтала, чтобы они все сдохли! Ты!
Я молчала и болталась в её руках как поплавок во время шторма. Вот-вот и она сорвётся, и прикончит меня.
— Неблагодарная скотина! Думала, все будут бегать вокруг тебя?! — Она поднялась, и я увидела этот нечеловеческий хищный взгляд. — Бедная и несчастная Леночка, все её обижают, никто её не любит! Не будут тебя жалеть. Ты всего лишь вечно ноющая, инфантильная дура!
— Да, — я приложила много сил чтобы кивнуть.
— Ты беспомощная, эгоистичная тварь!
— Верно, — я кивнула ещё. — Но я — не ты.
— Мы одно целое, — она села на корточки передо мной. — И рано или поздно, ты это поймёшь.
Пионерка оскалилась и растворилась в стоящем вокруг меня тумане. Меня начала мучать жажда и пустота в желудке, но при попытке встать с места нога подвернулась, и я повалилась на землю. Мой взгляд устремился в затянутое тучами серое небо.
— Не могу, — прошептала я. — Не хочу.
Минуты шли, и жажда взяла своё, я с трудом поднялась и волоча ногу за собой, поплелась в сторону умывальников. Я начинала забывать цель моего здесь пребывания, причины по которым я до сих пор не ушла.
Я уже не верила в то, что Семёна удастся найти, не верила и в то, что он всё ещё жив. Я потеряла ту тонкую нить, которая хоть как-то связывала меня с реальностью. Меня точно бы и не было. Все уже и забыли, что Лена существует. Оно и к лучшему.
Я прилипла к крану и не отставала, пока боль в зубах стала нестерпимой. Идти куда-то уже не было сил, и я осела, оперевшись на умывальник. Ни о каких мыслях в моей голове не было и речи, я глупо уставилась на голый осенний лес.
Передо мной вновь появилась эта улыбчивая пришибленная дура, она раздражала меня своей счастливой улыбкой, бесила! В этот раз она села на против и уставилась прямиком мне в глаза.
— Давай, — я ухмыльнулась. — Что ты ещё хочешь мне показать?
Она слегка смутилась, покраснела, но тут же пришла в себя. Пионерка достала из-за пазухи книгу и прикрыла ей голову, притворяясь, что спасается от дождя.
— Молодец, — скривив лицо, я отвернулась. — Ты спряталась.
Она подползла ближе и взяла меня за руку. Её ладони оказались сухими и тёплыми, а сама она излучала волшебное, необыкновенное спокойствие. Я не могла ей сопротивляться, да и не хотела.
— Помоги мне, — жалобно выдавила я. — Умоляю.
Пионерка спешно закивала головой и закрыла мне глаза ладонью. Я слышала её спокойное размеренное дыхание от которого становилось невообразимо спокойно, она вгоняла меня в сон… в очередной сон.