Ректор
Шрифт:
— И входишь в его клан, — покивал император. — Получается, что его слушаешься. Ну что ж, хорошо, пусть будет так, — он жестко улыбнулся, а потом стремительно вышел.
Коршунов старший решил, что бедняжку использует в своих целях ее глава клана и с ним-то договориться окажется просто. Следует лишь понять, чего тот желает. А вот Сухарева, на «деревянных» ногах доковыляла до ближайшего кресла и рухнула в него. Она пожалела, что прибыла во дворец, хотя и не понимала, как могла отказаться от приглашения.
— И все же, следовало найти Александра Ивановича, он бы что-нибудь придумал, — провела ладошкой по лбу Натали, ощутив, как начинает выступать запоздалый пот.
Защитная сфера
— Надо бы отсюда сбежать или господину Воронову сообщить, где нахожусь. Без его поддержки меня тут точно сожрут и не подавятся, — сделала очередной вывод девушка и прикрыла глаза.
Ей необходимо успокоиться и помедитировать, как учил наставник. Да и энергию в источнике пополнить, почему-то ее остались совсем крохи. Плетение наставника оказалось слишком затратно и при случае она врачевателю пожалуется, чтобы тот подкорректировал защиту.
Повествование от лица господина Воронова.
Госпожу Емельянову проводил, проверил, как ее устроили. Ну, девушка этому не очень-то оказалась рада. Прямым текстом сказала, что ночью мужчине в ее спальне не место. На этот намек никак не отреагировал, сделал вид, что временно оглох. Меня интересовало нечто другое, какую гостья выставила защиту и насколько у нее сильные артефакты. Точнее, захотел убедиться, что Александра не актриса, а обычная девушка, на которую свалилось множество бед и несчастий, в том числе и подстраховать ее необходимо. Или что-то еще меня в ее покои потянуло? Все возможно, но разбираться в собственных эмоциях не стал. Да и в апартаментах Александры пробыл недолго. Не обнаружил ничего стоящего, мелкие бытовые артефакты не в счет, защитные слабенькие, есть парочка боевых, но стандартных, такие чуть ли не в каждой лавке продаются. Зато успел увидеть, как Емельянова, стараясь держаться невозмутимой и неприступной, умеет краснеть и смущаться. А ведь играя роль певицы она обязана контролировать свое состояние. И было бы из-за чего! Увидел в кресле чулки с подвязками, да пижаму. Правда, сам чуть не рассмеялся, очень забавные на ней хомячки с морковкой.
— Посмотрели?! — спросила Александра, красная как маков цвет и метая из глаз молнии, разумеется, условно говоря. — Простите, но не могли бы вы пойти вон! — девушка в раздражении ткнула пальцем в сторону двери.
— Все хорошо, — успокаивающе произнес я. — Вашему только что приобретенному дару ничего не угрожает. Обязательно поставьте рядом с кроватью графин с водой и при первых признаках жажды сразу пейте. Если же почувствуете себя плохо, то не стесняйтесь и зовите.
— Так вы обо мне беспокоились? — озадаченно произнесла графиня.
— Дар стихии способен причинить вред тому, кто его получил. В вашем случае ничего не должно произойти, — успокаивающе ей улыбнулся, а потом направился на выход. Возле двери задержался, обернулся, взгляд почему остановился на кресле. — Спокойной ночи, — произнес и поспешил удалиться, очень уже хомячки забавные и милые.
Александра Ивановна в ответ что-то неразборчиво пробормотала. Вроде бы обозвала меня наглецом, хамом и пожелала убираться к черту. Ну, она в своем праве, засмущал девушку. Настроение отличное, даже какой-то веселый мотивчик под нос стал напевать. И это при том, что проблем множество. Начиная с непонятной суеты вокруг университета и заканчивая Анной, с которой неизвестно что делать. Изначальный
— Итак, что у нас тут? — зашел в кабинет, когда-то принадлежащий отцу.
Увы, от былой роскоши мало что осталось. Управляющий тут знатно похозяйничал. Стены истыканы чем-то острым, в нескольких местах вскрывались полы, а судя по царапинам на паркете, то передвигалась мебель. Защитных и сторожевых плетений в этом помещении не осталось, если не считать обрывки магических заклинаний. Нетрудно догадаться, тут что-то искали и не один раз. Разумеется, тайники здесь есть, да не один, в том числе и сейф присутствует. Последний на виду и его дверца приоткрыта. Как и ожидал, ничего интересного, не считая пыли не обнаружил. Бегло просмотрел документы о текущем состоянии поместья, расходы превышают доходы и это печально. Еще следует учесть, что предстоит потратиться, дабы нормально тут жить.
— Интересно, сколько получает ректор? — потер я висок, но так и не вспомнил, что Максимилиан сулил.
Зато в библиотеке есть чем поживиться, имеются древние книги, с которыми очень хочется ознакомиться, чем непременно займусь, когда с делами утрясется. В любом случае, теперь в поместье предстоит жить. Следовательно, зря я Натали попросил отсрочить переезд. Работать в Петербурге мне нравилось, но теперь предстоит все заново начать в столице. Разумеется, тут перспектив больше, но конкуренция выше. Еще предстоит заново получать всевозможные одобрения и согласования. Ничего, опыт уже имеется, останется запастись терпением. Эх, как бы не хотелось, а еще предстоит довести дело с университетом. Если не получится, то с чистой совестью расскажу наследнику империи и пусть он сам решит, как поступить.
Только устроился отдыхать, как ко мне в покои постучала графиня Емельянова. Аура у девушки мечется, внутри полыхает жар, она явно не в себе.
— Что случилось? — открыв дверь спросил я и подхватил падающую Александру.
Увы, надежда на то, что добровольно отданный дар стихии не доставит девушке проблем, не оправдалась. Как она сумела дойти? Еще и подавила в себе скромность, отправилась в пижаме и босиком.
— Помогите, — прошептала графиня, по щекам которой скатываются две крупные слезинки.
— Держись, — коротко ответил и подхватил Сашу на руки.
Ноги и руки графини словно из желе, шея и та, как гуттаперчевая. Неужели водный дар пытается перестроить ее тело? Этак ведь убьет свою же хозяйку! Чем думал водный элементаль?! Встречу — поджарю на стихийном огне, дабы так больше не поступал!
— Все будет хорошо, — несу к кровати госпожу Емельянову, а та распахивает глаза и краснея шепчет:
— Только не туда, я не согласна.
— Что не так? — спрашиваю, осторожно опуская девушку на пододеяльник. — Не переживай, сейчас будет легче.
— Мне стыдно, — прикрыв веки, отвечает моя пациентка.
— Я врачеватель, стыдиться нечего, лежи смирно, — сказал и убрал с ее лица локоны волос. — Внутри ощущаешь пожар, сильную жажду, так?
— Да, и одновременно такое ощущение, что в легких вода и дышать сложно.
— Терпи, — коротко ответил, подумал и расстегнул на ее груди пару пуговок. — Сейчас нанесу руну и направлю в тебя временное плетение. Оно исчезнет, как только придешь в норму. Возможно, пару дней будешь себя чувствовать плохо. Но это у всех так происходит, кто получает дополнительную силу, — говорю, а сам осторожно вожу пальцем по ее гладкой и бархатной коже.