Реконструктор
Шрифт:
Так и не придя ни к какому выводу, схожу с дороги и устраиваюсь около кустов. Здесь хороший обзор и, что немаловажно, слышимость. Увижу и услышу любого, кто только ни пойдет по дороге. Или поползет по лесу, что в моем положении тоже весьма актуально. Здесь меня с обеих сторон не любят. С одной, советской, явно и откровенно. С другой, немецкой, пока еще не так явно, но в будущем, несомненно, будут желать мне всяческих неприятностей. И от всей души.
Стоп!
Это что за звук такой?
Движок?
Точно, мотоциклетный.
Один?
Пока
Приложив руку к глазам, всматриваюсь в даль.
Ага, фигу тебе, родной!
Один…
Мотоцикл-то один, это да. А вот грузовик, что за ним идет, за треском мотоцикла совершенно не слышен. Так что облом, лезем в кусты. Почему? Да потому что я не знаю, кто там, в этом грузовике. Машина тентованная и едет относительно легко – пустая? Или с солдатами в кузове? И так может быть, и эдак. Но рисковать не хочу. Положим, обоих мотоциклистов я срежу из автомата – не вопрос. А сколько солдат сидит в машине? В кабине-то один или два, а в кузове? Человек пятнадцать – двадцать – вполне возможно. И с ними мне уже не совладать…
Стало быть, родной, сиди тихо и не отсвечивай.
Нет, все-таки чутье у меня есть!
С солдатами грузовик! Сзади тент свернут, и у заднего борта видны сидящие люди в военной форме. Немецкой, разумеется. И на двери кабины нарисована какая-то эмблема, но не стандартный германский орел, а щит с зеленой окантовкой и тремя диагональными полосами – снизу белая, посредине черная, а сверху – голубая. Это еще кто такие? Память подсовывает мне картинку – унылая колонна пленных советских солдат и конвоиры, ее охраняющие. С точно такими же эмблемами на левом рукаве.
Угу…
Так это, надо думать, едет смена охраны в тот самый лагерь. Или не смена, а очередной конвой, который кого-то оттуда поведет. Тоже, кстати говоря, вполне возможный вариант. И куда же они свернут?
Налево.
Мотоцикл и грузовик свернули туда.
Интересная деталь – а солдаты-то с трехлинейками! Или я рыжий…
Кто это такие? То, что они охраняют пленных (во всяком случае, их конвоируют), я видел своими глазами.
Не немцы – факт. Тут точно орел бы присутствовал, а у них на форме его нет. Не СС. Но кто? Что-то я таких эмблем не помню.
Ладно, пока что один вопрос ясен – идем налево.
Еще пара часов ходу по лесной дороге – и мне стало ясно, что искомая цель где-то совсем неподалеку. На обочинах дороги стали попадаться многочисленные следы, явно оставленные армейскими сапогами. Советскими – рисунок их подошвы сильно отличался от немецких. А поскольку советским солдатам в это время тут взяться (особенно в таком количестве) было просто неоткуда, то единственный возможный ответ – это те, кого вели в лагерь. Или оттуда. Потому что следы вели как туда, куда я шел, так и оттуда. Значит, вход в это место один – один оттуда и выход. Так?
Не совсем.
Выходов (равно как и входов)
Сейчас поднимусь на пригорок, а оттуда и обзор лучше.
Ветер дул мне в спину, и поэтому звук мотора слышен не был. Мотоцикл совершенно бесшумно вынырнул из-за бугра и в мгновение ока оказался совсем рядом.
Вот те и здрасьте… А где грузовик?
Его не было.
Эти ребятки что, в одиночку тут рассекают?
Опрометчиво…
Автомат висит у меня на груди, и руки лежат поверх него. Останавливаюсь и поднимаю вверх правую руку. Мол, притормозите, камрады, есть у меня к вам вопрос. Поза самая мирная, та рука, которая обычно лежит на спусковом крючке, сейчас поднята вверх – выстрелить я не смогу.
Мотоциклист сбрасывает обороты и подруливает ко мне.
Останавливается и, убрав одну руку с руля, поднимает вверх очки.
– Что случилось?
В коляске, прикрывшись прорезиненным пологом, сидит пассажир – я вижу только его голову в… фуражке.
Офицер!
– Прошу прощения, герр…
– Лейтенант, – произносит вместо него мотоциклист.
– Виноват, герр лейтенант! – прищелкиваю, насколько это возможно на сырой лесной дороге, каблуками. Отпускаю оружие и принимаю стандартную строевую стойку. Ладони прижаты к бедрам – все как положено.
Мотоциклист выключает мотор.
– Что случилось, старший стрелок?
– У герра гауптмана сломалась машина! Меня послали за помощью!
– Гауптмана? – опускает вниз полог офицер. – Какого гауптмана? Кто вы такой? Документы!
– Яволь! – вытаскиваю из-за пазухи зольдбух и протягиваю его офицеру.
Он просматривает документы и смягчается.
– Держите, – протягивает он мне зольдбух. – Четыреста пятый полк, второй батальон. Я знаю вашего командира батальона. Кто он?
– Майор Рихард Бохентин, герр лейтенант!
– Да-да… Так в чем дело, старший стрелок?
– По приказу командира роты я сопровождал машину с гауптманом Фюртцем, герр лейтенант! В километре отсюда у машины заглох мотор. Герр гауптман послал меня за помощью.
– Откуда он?
– К нам он прибыл из штаба полка. Больше я ничего не знаю.
А следом за мотоциклом так никто и не появился… стало быть, они тут и вправду одни.
– Куда направлялась машина?
– Не знаю, герр лейтенант. Нам было приказано ее сопроводить до места назначения и вместе с герром гауптманом возвратиться в расположение части.