Реджиста
Шрифт:
Николо стоит слева от мяча и всем своим видом показывает, что именно он будет исполнять штрафной. Я, словно вспомнив что-то срочное, подбегаю к нему, шепчу на ухо всякую хрень, что лезет в голову, и глазами показываю на верхний угол ворот, который прикрывает «стенка». Приятель, сдерживая смех, понимающе кивает. Я отхожу на свою позицию и готовлюсь к удару. Я решил пробить на силу во вратарский угол.
Рефери недовольно поглядывает на нас, и спустя несколько секунд по стадиону повторно раздаётся громкая трель её свистка, призывая нас к немедленному исполнению штрафного. Мы с Николо переглядываемся и слегка улыбаемся, и я
После объятий и поздравлений мы всей командой возвращаемся на свою половину поля. Я смотрю на трибуну и в скоплении зрителей замечаю знакомого агента из Генуи, с которым познакомился несколько дней назад. Он следил за тренировкой команды и остался доволен моей игрой в двусторонке. Синьор Коццо оставил мне свою визитку и пообещал, что обязательно будет присутствовать на сегодняшнем матче. И он меня не обманул. Правда, пришёл с небольшим опозданием, но это ему простительно. Главное — он пришёл, и теперь у меня есть шанс оказаться на просмотре в каком-нибудь профессиональном клубе. Своей игрой я был доволен. Надеюсь, и Альфредо Коццо остался под впечатлением от матча в целом и моих индивидуальных действий на поле. Чувствую, что после окончания матча нам будет о чём поговорить.
Оставшееся игровое время прошло в обоюдоострых атаках. Играли без центра поля. Сопернику уже было нечего терять, а мы действовали на кураже. На последних минутах матча я удостоился предупреждения за срыв атаки соперника. Счёт матча так и не изменился, но игрокам обеих команд и немногочисленным зрителям было очень весело. Финальный свисток арбитра известил всех присутствующих на стадионе «Нино Чиччоне» о нашей уверенной победе со счётом 4:1.
Обменявшись с игроками «Сан-Ремо» рукопожатиями и объятиями, я не забыл поблагодарить милую рефери и её помощников за отличное и объективное судейство. После чего двинул в сторону подтрибунного помещения. Проходя мимо скамейки запасных, я услышал, как кто-то выкрикивает моё имя:
— Джованни! Джованни Руссо!
Повернув голову вправо, увидел улыбающееся лицо агента.
— Отличная игра, парень! Позвони мне, как освободишься, — крикнул он и приложил к уху правую руку, жестом показывая телефонный звонок.
Я широко улыбнулся, кивнул и, показав ему поднятый большой палец кверху, слился в потоке ребят, устало идущих в раздевалку.
— Это тот агент, про которого ты говорил? — поинтересовался Николо, кладя свою руку мне на плечо.
— Да, он самый. Хочет пообщаться, — поделился я с другом приятной новостью.
— Я бы не спешил этого делать, — начал он. — Я на трибунах видел своего дядю Тони. Его батя вызвонил и пригласил ради тебя, — смеясь, закончил он.
— И что?! — в недоумении я уставился на его жизнерадостную физиономию. Не сговариваясь, мы немного замедлились и через
— Мы с батей тебе не говорили, но дядя Тони уже второй год тренирует молодёжную команду «Торино».
— Ну ты даёшь, малой! — улыбнувшись, возмутился я. — У вас целый родственник работает в структуре «Торино» и ты об этом молчал! Ещё друг называется!
— Э-э-э… Хорош обижаться. Меня батя попросил молчать. Какой смысл ему было связываться с дядей раньше времени. Он ведь не сразу понял, что ты футбольный талантище. Не смотри на меня так. Я просто передаю слова бати, которые слышал при телефонном разговоре с дядей. Это его мнение, и я с ним абсолютно согласен. Ты феномен! И вообще, это ведь я рассказал бате, что к тебе уже подкатывал какой-то мутный агент из Генуи. Вот он и засуетился, срочно вызвав сюда дядю. Так что если ты ему приглянулся, то можешь смело собирать свои вещи и ехать в Турин.
— Всё ясно с вами, конспираторы. Могли бы и рассказать. Ты ведь прекрасно знаешь, что я хочу попасть в какой-нибудь клуб и начать карьеру профессионального футболиста. Но если честно, то я даже и не мечтал сразу оказаться в «Торино» или другом топовом клубе. Мне кажется, это пока не мой уровень.
— Это уже мой дядя решит, какой у тебя уровень и чего ты действительно стоишь. Но чуйка мне подсказывает, что эту ночь ты уже точно проведёшь в Турине.
— Было бы классно. Кстати, а почему ты в его академию не переберёшься? С его связями ты мог бы и там тренироваться.
— Батя сказал, что и здесь сделает из меня настоящего футболиста. Да и, по правде говоря, я и сам пока не хочу покидать дом. Тут семья, друзья и всё такое.
— Понятно всё с вами, молодой человек. А у вас случайно других родственников в национальной сборной нет? А то я с большим удовольствием и за «Скуадру Адзурру» поиграл бы, — сквозь смех сказал я, чем вызвал широкую улыбку у друга.
В раздевалку мы заходили в отличном настроении. В особенности я. Совсем скоро должна решиться моя судьба.
Тренерский штаб поздравил всех игроков с победой, отметив мой вклад в победу. Было приятно слушать похвалу в свой адрес. Хотя я понимал, что играл против пацанов, которые не только младше меня на пару лет, но и уступают в уровне мастерства многим своим сверстникам из других академий. Поэтому особой радости внутри себя не ощущал. Но своим выступлением и результативными действиями был доволен.
Стоило Давиде Гаттузо и его помощникам закончить петь дифирамбы своим игрокам, как ко мне подошёл отец Николо и попросил ненадолго выйти в коридор. Видимо, он не хотел, чтобы предстоящий разговор слышали его игроки и коллеги. Я понимающе переглянулся с другом, и мы с тренером вышли из помещения.
— В общем слушай, Джанни, — прислонившись спиной к стене, начал Давиде. — С тобой хочет поговорить Антонино Аста. Он мой друг и родственник. Если быть точным, то муж моей сестры, а также наставник молодёжки «Торино», — я сделал вид, что эта новость мне не знакома, восхищённо округлив глаза. — Это касается твоего дальнейшего развития и как футболиста, и будущей карьеры. Тебе нужно расти и тренироваться в более сильных командах. Моих ребят ты уже перерос. Ты это и сам понимаешь. Так что иди, сынок, в душ и будь готов к серьёзному разговору. Антонино тебе сам всё расскажет, — улыбнулся мужчина и по-отцовски меня приобнял.