Реджиста
Шрифт:
Я не силён в местном уголовном законодательстве, но мне кажется, что ближайшие пять лет Пино, Альваро и Вито точно проведут за решёткой. И самое обидное было в том, что я им ничем не могу помочь. Остаётся только надеяться, что адвокаты Толстого Альфи знают своё дело и приложат максимум своих усилий и знаний в нелёгком деле парней. Ведь одно из правил каморры гласит: «Своих не бросаем!».
От невесёлых мыслей меня отвлёк телефонный звонок. Звонила Кьяра, дочка ушлого синьора Баджо, с которой у меня с недавних пор были «горизонтальные отношения». Никаких чувств у нас не было. У меня уж точно. Так, чисто секс, хорошие потрахушки. Как говорит медицина: «Для здоровья ради». Девушке было двадцать три года. По маме полька. Довольно красивая, высокая, с хорошей фигурой, но пизд*ц как избалованная и глупая особа. Забыл сказать, она натуральная
Руководитель из неё был так себе и многие служащие ресторана её просто-напросто терпели, так как понимали, что синьор Баджо скорее избавится от работников, чем уволит свою родную дочь. В общем, в течение дня она трахала мозги мне и моим коллегам, а ночью уже я по полной отрывался над ней, удовлетворяя её сексуальные фантазии до потери пульса и онемения конечностей. Думаете, я ей таким образом мстил? Нет. Ей самой это всё нравилось. Одним словом, ненасытная деваха.
Я посмотрел на часы — половина одиннадцатого, и нажал на экран смартфона.
— Да, — устало выдохнул я в трубку и услышал словесный понос с привкусом непонятной претензии.
— Ну почему, когда я звоню, ты постоянно не берешь трубку?! Я же тебя много раз просила отвечать на мои звонки! Зачем ты вечно убираешь звук?! Ты же не на работе! А если у меня что-то срочное! Понимаешь?! И вообще ты сейчас где?! — в течение десяти секунд она выплеснула на меня все свои негативные эмоции.
Слушая её, у меня в голове сложилось мнение, что мы уже женаты как минимум лет десять и она в очередной раз на ровном месте пытается вынести мне мозги. Прервать этот словесный фонтан можно было только шокирующим вопросом.
— Слушай, а тебя давно не пороли? — спросил я и на несколько секунд в трубке образовалась тишина.
— Что?!… Что ты сказал?!
— Тебя по попе давно не били?… Руками или ремнём… А может у тебя скоро начнутся эти дни… которые критические? — выделяя слово «эти», я добавил в голос насмешливые нотки.
— Э-э-э!.. Джанни! Ты чё, вообще офигел?! Да я тебя…
— Кьяра, милая, иди в жопу! В общем, гудбай! — спокойно сказал я и, отключив мобильник, представил её ошарашенное выражение лица и от души рассмеялся.
— Ну хоть немного настроение подняла, — вытирая слёзы от смеха, сказал я вслух. — Прости, Кьяра, в постели ты конечно хороша, но терпеть твои заскоки больше нет сил. М-да… И по ходу я ещё потерял работу. Ну и хер с ней, с этой работой. Может, это и к лучшему. А то что-то я засиделся на одном месте, нужно двигаться дальше… Только вот куда двигаться? Вот в чём вопрос…
Я ещё немного полежал, поразмышлял о своих дальнейших перспективах и начал собирать вещи. Надел шлёпанцы. Затем запихнул в рюкзак пустую бутылку, убрал в кармашек смартфон и только я начал снимать с ног утяжелители, как услышал девичий крик, исходивший со стороны набережной, а чуть погодя к этому воплю присоединился и другой такой же молоденький истошный визг.
«Наверное, кого-то пытаются снасильничать или убить, — подумал я, надевая на запястья утяжелители (в такой ситуации они лишними уж точно не будут). — Придётся спасать девчонок и немного подраться. Ох, и оторвусь же я скоро на хулиганах. Мало им уж точно не покажется».
Не прошло и десяти ударов сердца, как я уже был на ногах. Закинул рюкзак за спину, застегнул фастекс, ещё раз прислушался к крикам и, поняв примерно откуда они исходят, изо всех сил рванул в сторону набережной. Пока бежал, осознал, что хочу реально кого-нибудь хорошенько отпиз*ить. Наверное, во мне проснулась частичка Джованни. И от этой мысли мне стало смешно.
Интерлюдия 3
Итальянская Республика. Область Лигурия, город Империя. Стадион «Нино Чиччоне». 20 августа 2010 года.
До конца футбольного матча оставалось около пяти минут. На старом стадионе «Нино Чиччоне», который был единственным футбольным сооружением в Империи, проходило провинциальное дерби — местные юноши принимали ровесников из соседнего Сан-Ремо. Наставник команды «Империя» U16 Давиде Гаттузо уже не переживал за итоговый результат встречи. Его ребята, контролируя ход матча, уверенно переигрывали
Давиде предупредил своего помощника, что ненадолго отлучится, и в приподнятом настроении направился на ближайшую трибуну, где его давний друг и коллега, главный тренер молодёжной команды «Торино» U19 Антонино Аста следил за непримиримым противостоянием юных футболистов.
Антонино и Давиде были знакомы двести лет. Их первая встреча произошла в далёком 1978 году в одной из детских футбольных школ Милана, когда им было по восемь лет. Они были не просто лучшими друзьями, но и родственниками. Так уж сложилось, что Антонино, влюбившись в младшую сестру своего друга, в один прекрасный день сделал ей предложение руки и сердца. Со временем пути-дорожки друзей разбежались, у каждого началась своя футбольная жизнь. В отличие от Гаттузо (полупрофессиональные команды низших дивизионов, травма колена в двадцать четыре года и переход на тренерскую деятельность), карьера у Асты была более успешной: «Монца», «Торино», «Наполи», «Палермо». В туринском клубе он и вовсе стал любимцем болельщиков и капитаном «гранатовых». И даже в преддверии Чемпионата мира 2002 года получил вызов от наставника «Скуадры Адзурры» Джованни Трапаттони, сыграв в товарищеском матче против сборной США. Однако в основную обойму национальной команды он не попал и участие в самом престижном международном соревновании не принял, о чём искренне сожалел.
Тренерскую карьеру Антонино начал в «Торино», где провёл пять замечательных сезонов. Этот клуб по-настоящему стал для него родным. Здесь его любили и боготворили болельщики, уважали и ценили руководители клуба. Одним словом, в системе «гранатовых» ему было очень комфортно. Сначала он учился на лицензию и набирался опыта в академии, тренируя маленьких детей. И спустя четыре года он наконец-то получил долгожданное повышение и приглашение возглавить молодёжную команду U19. Прошедший сезон, ставший для него дебютным в Примавере, выдался не очень удачным. В течение всего турнира его подчинённые показывали довольно неплохой футбол, но в концовке сезона их подвела эпидемия травм и дисквалификаций. Посыпались неудачи, потеря очков. В последних шести турах «гранатовые» потерпели четыре поражения. Как следствие, его команда заняла место в середине турнирной таблицы, не дотянув до зоны плей-офф семь очков. Аста понимал, что для руководства клуба этот результат не имеет никакого значения, и его основная задача на сезон — это как можно больше подготовить молодых футболистов для главной команды, раскрывая по максимуму их потенциал и поднимая их уровень индивидуального мастерства. Но молодому тренеру хотелось заявить о себе как о грамотном специалисте, умеющему добиваться высоких целей с любой командой, и постепенно перейти на более высокий уровень профессиональной деятельности. Поэтому в преддверии предстоящего сезона он настраивал себя и своих подчинённых на победную волну, которая позволит им попасть в «финал восьми» и занять одно из призовых мест в Примавере.
Несмотря на сильную загруженность в тренировочном процессе, Антонино не смог отказать своему лучшему другу, который его сильно заинтриговал, заявив по телефону: «Тони, у меня тренируется один талантливый мальчишка. Ну как мальчишка. Ему недавно восемнадцать исполнилось. В это тяжело поверить, но он чертовски хорош. Мне кажется, он мог бы усилить твою команду. Короче, тебе нужно срочно его увидеть, и ты сам всё поймёшь. Приезжай, дружище. Ты не пожалеешь. Он того стоит. Завтра в обед состоится товарищеская игра с санремасками, и этот парнишка примет в ней участие… Иначе мы оба останемся в дураках, если он уйдёт в другую команду». Аста хорошо знал своего друга и понимал, что просто так он не будет звонить и отвлекать его от важных дел, тем более в преддверии ближайшего старта нового сезона. Отпросившись у руководства своего клуба, наставник молодых туринцев прыгнул на своего четырёхколёсного друга и направился на побережье Итальянской Ривьеры. Выехав ранним утром, он проскочил двести километров за два с половиной часа и сейчас, сидя на старенькой, потрёпанной временем трибуне в окружении немногочисленных болельщиков, пристально следил за действиями только одного игрока — Джованни Руссо, ради которого сюда и приехал.