Рэдсон
Шрифт:
— Очень плохо, если только у каждой не по девятнадцать мужей.
Он покачал головой.
— Горгульи собственники. Они не станут делить женщин. Значит, мужчины будут драться друг с другом насмерть, чтобы завоевать расположение перспективной партнерши. А здесь было много одиноких женщин-ликанов, поскольку большинство неспаренных мужчин не пережили войну.
— Я поняла, к чему ты ведешь.
Рэд кивнул.
— От данного союза выиграли обе стороны. Ликаны искали убежище и тех, кто мог бы защитить их от нападков вампиров. Горгульям нужны были женщины, чтобы продолжить род.
—
— Не совсем, — Рэд покачал головой. — Горгульи их не принуждали. Все лишь на добровольных началах. Неспаренных мужчин-горгулей знакомили со свободными женщинами-ликанами. Если они испытывали взаимное влечение, тогда рождался новый союз. Вот так появились гар-ликаны.
— Но вы все еще партнеры, верно? Союзники? Так почему нет доверия?
— Сейчас у нас нет разногласий, но долгое время отношения были довольно напряженными. Им не нравился тот факт, что женщины оказались беременными или уже имели отпрысков от вампиров. Вамп-ликанов. Настоящие горгульи невзлюбили нас, полукровок, из-за наличия вампирской крови. А мы в свою очередь опасались их предрассудков.
— Но ведь их дети тоже полукровки. Наполовину ликаны, наполовину горгульи, верно?
— Ага.
— Но это же глупо.
— Согласен…, но у горгулий есть большой недостаток. Они ненавидят все, что связанно с вампирами, и привили данную неприязнь своим детям. В Европе горгулии и вампиры воюют уже на протяжении тысячи лет. Хотя недавно один гар-ликан спарился с женщиной, которая наполовину вампир, наполовину человек. Но мы пока не понимаем, как это повлияет на остальных гар-ликанов. Пока что они по-прежнему отказываются спариваться с женщинами наших кланов. Вампирская родословная не может запятнать драгоценное наследие горгулий. Впрочем, сейчас у них опять дефицит женщин, поэтому, возможно, скоро правило будет скорректировано. У нас не осталось чистокровных женщин-ликанов.
Эмма тяжело сглотнула.
— А ты не мог бы отстраниться? Почему я вообще в таком положении?
— Я не пытался контролировать твой разум.
— Но твои глаза светились. Я знаю данную силу.
— Верно. Только ты забываешь, что я вамп-ликан.
— И что это значит?
Он опустил взгляд на ее грудь.
— Глаза светятся, когда я возбужден.
«Ох, черт».
Она опять сглотнула. Новая информация вызвала у нее ускоренное сердцебиение.
— У тебя есть девушка. Отпусти меня.
На его лице промелькнуло раздражение.
— Она не моя девушка.
— Ты говорил, что не занимаешься сексом с девушками, живущими в городе. В настоящее время я получила право на постоянное проживание. Поэтому вынуждена отказаться. Я не любитель одноразового секса. Опусти. Меня.
Рэд не сдвинулся с места.
— Ты не квалифицируешься как местный житель. Всего лишь гость.
— Рэд…? Отойди, — на секунду ее пронзил страх. Что, если он не отступит? Что, если он не такой благородный, каким показался на первый взгляд? До всех этих действий и сияющих глаз Эмма считала, что была в безопасности. — Я не хочу, чтобы мне снова причинили боль.
— Я никогда бы не прибег к насилию.
— Речь о разбитом сердце. Никакого
Он нахмурился.
— Так вот как ты это видишь?
— Меня привлекают серьезные, длительные отношения. Может я и не знакома с расой вамп-ликанов, то ваша трактовка пары звучит довольно надежно. Если ты встретишь пару, то сразу бросишь меня, верно? Зов природы и все такое. Спасибо, меня это не устраивает. Я взрослая девочка и во многом разбираюсь. Пусть мое сердце останется на своем месте вместо того, чтобы валяться в грязи.
Рэд фыркнул.
— Я бы никому не позволил причинить тебе боль.
— Данное высказывание касалось эмоций. Но я рада, что ты не позволишь своей девушке убить меня только за то, что я оказалась в твоей берлоге. Она по любому захотела бы надрать мне задницу.
Выражение его лица смягчилось.
— Ты нравишься мне, Эмма.
— Взаимно. Но это не прямой путь к сексу, — хотя на самом деле Эмме очень хотелось нарушить свои принципы. Ее никогда ни к кому не влекло так сильно, как к Рэду. Она могла бы легко влюбиться в него при первом же намеке на сближение. — Пожалуйста, отвали. Я не вынесу разбитого сердца.
Он медленно опустил ее. Эмма с облегчением вздохнула, когда он отошел к плите, увеличивая расстояние между ними. Пока Рэд открывал шкафы и доставал посуду, Эмма изучала его широкую спину.
— Будет трудно.
Девушка нахмурилась.
— Что именно?
— Желать тебя и не иметь возможности держать дистанцию.
— Тебе, вроде, нужно было уйти, чтобы купить припасы. Возможно, стоит заняться этим именно сегодня. Уверена, за пару часов твоего отсутствия со мной ничего не произойдет.
— Согласен. Свежий воздух пошел бы мне на пользу. Сейчас я чувствую только твой запах.
— Что-то типа жажды крови и чувства голода?
Рэд повернул голову и пристально посмотрел на Эмму.
— Я хочу трахнуть тебя. А не съесть, — его взгляд опустился к области между ее бедер. — Боже, — Рэд отвернулся. — Вру, я бы съел тебя, но не так, как вампир питается женщиной. Я бы с удовольствием зарылся лицом между твоих ног и попробовал на вкус.
По ее телу разлилась тепло. Рэд говорил об оральном сексе. Она была готова поспорить, что в этой игре он был хорош. Навряд ли такой мужчина делал что-то наполовину. Тепло распространилось к низу ее живота, достигнув клитора.
— Тебе действительно стоит сходить за продуктами.
Он повернулся лицом к кухне.
— Так и поступлю, но сначала мы позавтракаем.
— Хорошо.
Она наблюдала за его движениями, отмечая внушительные мускулы на руках, затем ее взгляд сместился на мускулистую задницу, обтянутую джинсовой тканью. Рэд был сосредоточен на своей задаче, поэтому не замечал пристального внимания со стороны Эммы. Она представила, как проводит ногтями по его спине, а затем прижимается к вамп-ликану всем телом. Желание прикоснуться к нему стало почти непреодолимым.