Редаманс
Шрифт:
Я поднимаю брови.
— Модница?
— Она смеется надо мной, а не над тобой, — поспешно вмешивается Том и закатывает глаза в сторону Джейни. — Потому что каждая девушка, с которой я встречаюсь, в сто раз моднее меня.
— Он клянется, что он скромный фермерский парень со Среднего Запада, — добавляет Джейни. — Но все девушки, которых он приводит, всегда носят Chanel, Loro Piana и YSL. — Ее взгляд опускается на мою темно-бордовую водолазку. — Как и
Том со смехом отметает это замечание, качая головой, но от меня не ускользает блеск в глазах Джейни.
Кто-то определенно решил, что я им не нравлюсь.
— Ну, я не уверена, что водолазка, колготки и юбка делают меня модницей, — говорю я тем же слегка насмешливым тоном, что и она. — И вообще это винтаж из «Anthropologie», а не Шанель.
— Видишь? — Том ругает Джейни. — Я говорил тебе, что Поппи не такая. Ее не интересуют все эти материалистические вещи - она художница. Ее волнует исключительно ее творчество.
Ну, я никогда этого не говорила.
Мне было бы гораздо интереснее, если бы у меня были деньги, чтобы позволить себе дизайнерскую одежду прямо сейчас.
Эти дополнительные пять тысяч от Адриана - хорошая подушка безопасности - и больше денег, чем было на моем сберегательном счете за последнее время– но мне понадобится почти каждый пенни для переезда.
— Хорошо, хорошо. Я беру свои слова обратно, — Она закатывает глаза, но по ее тону видно, что она не берет свои слова обратно. — Харрисон как раз сейчас должен накрывать на стол, так что, надеюсь, вы двое проголодались.
— Умираю с голоду, — говорит Том, и я киваю в знак согласия.
Между сегодняшними экскурсиями по квартирам и обсуждением размещения произведений искусства с одним из ассистентов Оушен в галерее мой желудок пуст, если не считать протеинового батончика со вкусом мела, которым я подавилась в метро.
— Отлично, — Джейни хлопает в ладоши. — Ты можешь сесть рядом со мной, Поппи. Я хочу знать о тебе все.
Я внутренне стону.
У меня в сегодняшнем списке «бинго» не было пункта «враждебно настроенная подруга», но ничего страшного. Всё в порядке. Совершенно нормально.
Это всего лишь одно свидание.
Я ведь смогу выдержать пару часов такого общения, правда?
***
В любом случае, у меня уже есть минимальные ожидания от большинства первых свиданий, но этот званый ужин устанавливает рекордно низкий уровень.
— Ты едва притронулась к своему супу, Поппи. — Джейни, сидящая прямо напротив меня, смотрит на мою почти нетронутую тарелку. — Тебе он не нравится?
— Я не обижусь, если нет, — добавляет ее муж Харрисон. — Мне говорили, что гороховый суп здесь, в Штатах, не в моде. — В отличие от Джейни, я не слышу никакого осуждения в его голосе - хотя, возможно, он просто маскирует сильный
— О, дело не в этом, — вру я. — Очень вкусно. Просто сытнее, чем ожидалось. — Мой желудок протестует против этой мысли, но я с усилием проглатываю ложку, просто чтобы успокоить друзей Тома.
Из всего, что мне могли подать сегодня вечером, это должен был быть гороховый суп.
Честно говоря, гороховый суп Харрисона намного вкуснее, чем пресный, кашеобразный гороховый суп, который обычно готовили в Лайонсвуде, но все же. Даже просто запах угрожает вызвать у меня рвотный рефлекс.
Прямо сейчас я бы убила за кусок пиццы стоимостью в доллар.
— Хорошо, — кивает Джейни. — Я волновалась, что ты одна из тех девушек, которые не едят глютен, боятся употреблять углеводы или что-то в этом роде. Вот это был бы идеальный вариант для Тома.
В частности, я бы убила Джейни за этот кусочек пирога.
Я не хочу защищаться от этой колкости - если она хочет считать меня какой-то заносчивой жительницей Манхэттена, потому что я покупаю винтаж в «Anthropologie» и не люблю гороховый суп - тогда ладно.
Но ее комментарий действительно вызывает у меня любопытство.
— Откуда вы, ребята, все друг друга знаете? — Спрашиваю я. — Вы познакомились, когда Том переехал в город?
Перевод: что за странная динамика здесь имеет место? Заботливые друзья детства? Бывшие? Двоюродные братья, живущие отдельно?
Последнее меня бы не особо удивило. Если присмотреться издалека, то, вероятно, я приняла бы светлые волосы Харрисона, голубые глаза и квадратную челюсть за Тома.
— Вообще-то, — отвечает Том. — До этого я учился в колледже с Джейни. Мы жили на одном этаже.
— А потом Тому просто пришлось последовать за мной в Нью-Йорк, — поддразнивает она, самодовольно улыбаясь. — Не смог бы жить без меня.
Он закатывает глаза.
— Да, точно.
— Точно так же, как ты не мог жить на втором курсе без голубого «Гейторейда» (популярный бренд изотонических (спортивных) напитков, который производится компанией PepsiCo), — добавляет она, и они оба разражаются смехом.
Слева от меня Харрисон наклоняется и шепчет:
— Не волнуйся. Ты привыкнешь ко всем этим шуткам.
Смогу ли я?
Мой телефон вибрирует в кармане, и я незаметно смотрю на экран.
Что ты делаешь сегодня вечером?
Мне почти неловко - то, как у меня сразу поднимается настроение. Я чувствую себя одной из собак Павлова, пускающей слюни даже при поверхностной, платонической светской беседе с Адрианом.
И почему он хочет знать, что я делаю?
Это любопытство ради разговора или он надеется, что у меня ничего не происходит, чтобы он мог...