Ред Винг, Миннесота

Коэн Итан

Я сидел под деревом, стояла холодная осень. Дыхание замедлилось. Я хотел, чтобы момент покоя длился вечно, момент перед тем как продолжатся мысли в голове. Был мир, и дыхание, и момент.

Потом будет только боль. С обеих сторон меня обступал страх, нужно было удержаться внутри момента. Когда-то мы были молоды и влюблены. Она была скромной девочкой из Айрон Рэнджа. А теперь ее голова лежала возле меня в листве. Самое время немного подумать.

Я не знаю, сколько длился момент. В нем было свое время, поскольку время остановилось. Потом момент кончился, время и страх вернулись.

Я снова бежал через лес. Я подумал: «Может быть, я смогу остаться у Кайла, в Твин-Ситиз». Потом засомневался. Смогу ли я жить в его квартире, сидеть на диване, знакомиться с его юными голубыми друзьями, пить вино и обсуждать новости? Будет ли это уместно? Принести ли мне голову его матери? Нет, это совсем в ее духе. Нельзя так обременять ребенка.

Да, теперь я помню. Сразу после я выбросил топор. Он улетел в лес. Тогда, наверное, я побежал.

Наши

жизни были сплетены. Я сделал это не для того, чтобы разделить их. Конечно, это было сумасшествие. Не для того, чтобы отделиться. Это совершенно ясно, когда я иду, все еще держа ее, по лесу. Я объяснил бы ей, если бы она могла слышать. Как когда растение оплетает палку, их невозможно отделить друг от друга. Нет, не кто-то из нас растение, а кто-то палка. Как два растения сплетаются, и одно другое душит. Они не разделяются, просто одно задыхается, а другое стискивает его сильней и сильней. Или, может быть, они, отяжелев, упали на землю, в тень. И вокруг них растут новые деревья, которые вытягиваются из тени на свет. Это, наверное, Кайл. Я только не знаю, как с этим у голубых.

Может быть, я думаю об этом, потому что иду по лесу среди вытянувшихся деревьев. Наступили сумерки, стало прохладно. Я просто иду и не знаю, как это закончится.

О боже, я чувствую себя таким потерянным.

Перевод Николая Бабицкого.