Рецепт счастья
Шрифт:
– Мирослава, я поеду оформлять документы на опекунство, а ты общайся с этими психами.
– Хорошо, Саша. Надеюсь, мы подружимся.
– Я тоже.
Саша ушёл.
– Давайте поближе познакомимся?
– Давай. Мирослава, сколько тебе лет, где живёшь, когда уходишь, где ключи оставляешь? Расскажи про себя всё.
– Мне пятнадцать лет. Родителей нет с десяти лет. Всё произошло ужасно. Я подружилась с Лёшей в семь лет. Мы влюбились друг в друга. Часто вместе гуляли. В один ужасный день… Так получилось... Я поцеловала его «по-взрослому». Все соседи были в шоке. Про нашу семью стали ходить ужасные
– Вы с Лёшкой так давно общаетесь?
– Нет. После того поцелуя я увидела его в апреле этого года.
– Когда у тебя день рождения?
– Скоро.
– Когда?
– Четырнадцатого октября. Мне будет шестнадцать.
– Через три дня.
***
Теперь я стала милой, воспитанной и душевной. Но никто бы не подумал, что в той самой душе творится.
Зажарим личность №3. Теперь она моя навсегда… надолго.
Сейчас я сижу дома и собираюсь рассказать о «душевно больных».
Евгения Майорова – гитаристка группы «Душевно больные». Ей девятнадцать лет. Учится в Гнесинском училище заочно. У неё нежно-голубые глаза, волосы до талии в длинном хвосте. Брюнетка с бледно-розовыми губами. Носит светлые неброские цвета. Коммуникабельная девушка с дивным характером. Любит рок.
Егор Белявский – клавишник нашей группы. Ему двадцать лет. Учится вместе с Женей. У него карие глаза. Брюнетик со слегка закрученными волосами. Носит чёрный цвет. Любит общение и получает от него кайф, как нарик подзаборный J. С мягким характером. Рок не переваривает в отличие от нас Женькой.
Анна Лебедева прекрасно владеет барабанными палочками и педалью на установке. Ей девятнадцать лет. Учится в медицинском институте на хирурга в Москве заочно. У неё серые глаза, волосы до плеч. Рыжая девушка с яркими губами. Носит салатовый цвет, иногда с деталями горчичного. Не любит общение, но ей приходится страдать на пресс-конференциях. Балдеет от .
Странный Кирилл Захаров учится в одиннадцатом классе. Солист нашей группы. У него очень красивый голос. Ему восемнадцать лет. У него ярко-синие глаза и светлые волосы. Любит общение со стройными ногами и объёмной грудью девушек. Хозяйки этого богатства его не интересуют. Любит нашу родную музыку.
Я всё рассказала о своих новых знакомых…
Ко мне приходил Кирилл.
***
– Мирослава…
– Я в тебя давно влюблён.
– Вы все сговорились? Почему я всем так нужна?
– Мне нужно только ты.
Он схватил меня за талию, прижал к стене и начал целовать. Я вырывалась, но он оказался сильнее. Он убрал руки с талии и отстранился от меня, а я скатилась по стене на пол. Мне хотелось плакать от безысходности, но ничего не получалось. Не могла выдавить из себя звука… Я встала и написала ему
«Оставь меня в покое. Я выбрала свою судьбу. Моя жизнь чётко распланирована. Я буду с Лёшей. Прости меня. И передай остальным «душевно больным», что я ушла из группы. Я больше не могу петь.»
– Мирослава, скажи что-нибудь, - он начал дёргать меня за плечи.
Но я молчала. Я потеряла дар речи. Я больше не могу говорить. Я больше не могу петь.
Моё сердце подсказало мне пойти к Маше Сурковой.
Я пришла к ней, но никто не открывал. Я сама зашла в квартиру. И … о, ужас. В комнате для ритуалов я обнаружила Куклу Вуду (в горло были вставлены булавки. Вдруг это я? Фу… не надо думать о плохом!). Я прошла в спальню. Там лежала Маша, обсыпанная таблетками. Рядом лежала записка примерно такого содержания:
«В моей смерти прошу не винить никого. Я люблю Лёшу Иванова. Мирослава Алова ещё настрадается. Теперь она не может говорить. Ми – сучка. Она уничтожила мою жизнь. Пусть мой любимый будет счастлив с этой деспотшей. Я больше не могу страдать.»
Мои руки задрожали. Я вызвала скорую помощь, но Маша была уже мёртвой, когда те приехали.
Ну вот… я виновата в третьей смерти. Маша, что ты сделала?
Я вытащила булавки из горла своей Куклы Вуду… голос моментально появился и я решила набрать номер Кира.
– Алло, Кирилл. Кир. Кир. Кир.
– Мирослава? – проговорил хриплый голос вокалиста очень тихо.
– Я – ещё тише ответила я.
– … - услышала я молчание и начала думать, что ему сказать. Может, извиниться перед ним?
– Кир, прости меня.
– За что? Это я должен извиняться.
– Нет. Я была груба с тобой.
– Я не должен был навязывать свои чувства.
– Кир, я виновата. Не бери в голову.
– Мирослава, что ты написала мне тогда о группе?
– Я голос потеряла. Оказалось, что на меня наводила порчу одна девушка, а потом свела счёты с жизнью.
– Кто это?
– Мария Суркова.
– Это же сестра Егора…
– Что?
– Егор… Егор, Машка покончила с собой, - услышала я голос Кира горазда громче, чем обычно.
– Милая, я позже тебе перезвоню, - его слова были наполнены нежностью и любовь. Он отбился.
Я поехала домой, после того, как Машу забрали в МОРГ. По дороге я начала думать о смерти. Мне стало очень жалко Суркову. Глупая… Зачем?
– Неужели, он искренен… его чувства искренны. Он правда влюблён в меня?.. Ага. Размечталась!.. Ну мало ли? Вдруг… Ми, перестань нести себе чушь, - начала я разговаривать с собой. Я подошла к цветам, которые подарил мне Кир. Постояв рядом с ними, я услышала стук в дверь. Я открыла. Пришёл Лёша.
– Мирочка, привет, - в хорошем настроении пришёл мой милый. Ничего… сейчас я тебе его испорчу.
– Привет, Лёш, - своей грустью я испортила ему настроение.
– Мира, что случилось?
– Помнишь Машу?
– Да. С ней что-то случилось?
– Она свела счёты с жизнью из-за тебя и навела на меня порчу.
– Нельзя так говорить про мёртвых.
– Милый, это правда, - и я рассказала ему о записке Марии и Кукле Вуду.
– Не переживай. Всё будет хорошо, - он обнял меня и заглянул куда-то глубоко в мои зелёные глаза. Бог ты мой, у него нет глаз. У него два глубоких синих озера.