Ребут
Шрифт:
— Она была такой уродиной.
— Ты не была уродиной, — сказал он. — Посмотри на себя. Ты была миленькой. Не особо счастливой, но миленькой.
— Она никогда не была счастливой.
— Меня бесит, что ты говоришь о себе в третьем лице.
Улыбка расплылась у меня на губах.
— Извини. Я больше не чувствую себя человеком.
— Ты и не человек. — Он снова посмотрел на снимок. — Я никогда не думал об этом раньше, но я рад, что ты не человек. Это странно, да?
— Нет. Я тоже рада, что ты не человек. —
— Подожди, — сказал он, вынимая камеру из своей сумки. Он приблизил ее к фотографии и щелкнул.
— Тебе нужна хотя бы одна ее фотография.
Он убрал камеру, взял меня за руку и мы направились в город. Дорога стала шире, когда мы проходили мимо рынка и магазинов. Центр города тянулся по длинной прямой дороге, и я сравнила его с центром Розы.
Это было не одно и то же. Все деревянные здания были раскрашены, словно они принадлежали богатым людям, которые экономили деньги. Но они не были окрашены в обычные цвета, такие как белый или серый. У них был тщательно разработанный дизайн — огромные розовые цветы, оранжево-красное пламя, извергающееся через двери, броские красочные скелеты, скачущие по бокам зданий.
— Здесь лучше, чем в Розе, — с удивлением сказал Каллум.
— Вот Тауер Апартментс, — сказала я, показав на трехэтажный комплекс в конце улицы.
Он сжал мою руку. Мы добрались досюда быстрее, чем я ожидала. Я была удивлена, что выбрала правильное направление почти тотчас же.
— Они… могли быть хуже, — сказал Каллум, посмотрев на них.
Они могли бы быть хуже. Кто-то нарисовал солнце в верхней части здания, маленькие деревья и небо между окнами квартиры. Я не помнила ничего подобного, только то, что трехэтажное здание считалось самым высоким в трущобах Остина.
Мы подошли к двери и Каллум изучил список размещения людей, прикрепленный к стене.
— Квартира 203, — сказал он, показав на имя Рэйс.
Он толкнул главную дверь, но она была заперта. Он дернул сильнее, пока замок не поддался, и мы не проскользнули через нее.
Я поплелась вверх по лестнице за ним на второй этаж. Стены были простыми, выцветшими и белыми, а бетонные полы грязными. Я услышала приглушенные голоса людей, и Каллум прижал ухо к двери с номером 203.
Он рукой помахал мне подойти поближе, но я продвинулась вперед всего на несколько футов, страх поселился прямо в моем животе. Я должна поддержать его в этом деле.
Он мягко постучал, и я услышала, как голоса по ту сторону двери замолчали.
— Мам? Пап? — прошептал он.
Из квартиры донесся грохот и Каллум подскочил. Я хотела закрыть глаза руками, спрятаться, пока все не закончится, но я оставалась твердой.
Дверь приоткрылась. Я никого не увидела, но Каллум улыбнулся. Дверь осторожно открылась шире.
Мужчина, держащий ее приоткрытой, был очень похож на Каллума. Он был высоким и долговязым с темными лохматыми волосами,
Его рот в шоке открылся, тело задрожало. Его глаза лихорадочно бегали вверх и вниз по Каллуму, как будто что-то ища.
Из-за его спины вышла женщина с темными волосами, зачесанными назад в неряшливый пучок. У нее был такой же оливковый цвет лица, как у Каллума, но ее человеческая кожа была немного темнее, и хотя ее глаза были похожего темного цвета, они были расширены и безумны. Она прижала руку ко рту, из которого донеслись странные, животные звуки.
— Все хорошо, это я, — сказал Каллум, его улыбка увяла.
Я на мгновение задержала дыхание, надеясь на лучшее.
Слезы могли означать то, что они были счастливы видеть его.
Шок мог означать то, что они не ожидали снова увидеть его.
Они собирались обнять его и сказать, что скучали по нему.
Его отец испустил сдавленный всхлип и зажмурил глаза.
Он не мог смотреть.
— Это все еще я, — сказал Каллум с отчаянием.
Мама завыла, и я украдкой огляделась вокруг. Человек из квартиры по ту сторону коридора выглянул из своей приоткрытой двери.
Я шагнула вперед и дотронулась до руки Каллума. Истерика его родителей еще больше усилилась, когда они увидели меня.
— Пошли, — мягко сказала я.
— Мама! — воскликнул Каллум. Он был на грани слез. — Ты не… — Он схватил ее руку. — Это все еще я, видишь?
Она закрыла своей рукой лицо и заплакала сильнее, пытаясь вырвать другую руку из его захвата. Он ощущался холодным для нее. Мертвым.
— Пап, посмотри на меня, — сказал он, отпуская руку мамы и отчаянно стараясь встретиться взглядом с отцом. — Просто посмотри!
Никто из них не смотрел. Его отец начал отчаянно размахивать руками. Его взгляд метался по коридору, пока он пытался прогнать своего сына.
— Уходи. — Его голос был низким и сдавленным, когда он заталкивал жену себе за спину. — Если они увидят, что ты здесь…
КРРЧ арестовали бы его родителей, если бы нашли Каллума здесь.
— Но… — Каллум судорожно вздохнул, когда его глаза нашли что-то позади них.
Я встала на цыпочки, чтобы посмотреть, что находилось за его мамой. Черноволосый мальчик стоял рядом с диваном. Дэвид, как я предположила.
Его взгляд был устремлен на Каллума, но он не двинулся в сторону своего брата.
— Уходи, — повторил отец, делая шаг назад в квартиру.
Он захлопнул дверь.
Глава 27.
Разочарование ударило в мою грудь, когда Каллум уставился на место, где только что стояли его родители. Может быть, я подумала, он был прав насчет них.
Я протянула ему руку, но он был один в другом мире и забыл о моем существовании. Я просунула свою руку в его, и он подпрыгнул.