Реальность
Шрифт:
— У меня совершенно сухие ноги. Я стою на тротуаре, — объяснила я. — Ты в Лос-Гатосе? Я думала, мы пойдём домой.
— Миссис Боуэн пригласила нас на ужин, — сказал он. — Я думал, ты захочешь пойти…
— Я думала, мы идём на рынок, — сказала я. — Всё так запутанно, Пол, я начинаю немного уставать
— Я тоже, пожалуй, я сыт этим всем по горло, — сказал он. — А как же ужин для миссис Боуэн? Она будет ждать — берегись!
Последние слова он выкрикнул и сильно толкнул меня. Это отбросило меня прямо с тротуара на проезжую часть. Машина успела затормозить вовремя, так как я упал прямо перед ней. Отовсюду сбежались люди, в том числе и полицейский.
— Он толкнул её… я видел это… он толкнул её прямо под ту машину, — наперебой твердили они.
Полицейский помог мне подняться. У меня была повреждена рука, и я понимала, что у меня сильное растяжение запястья, но я попыталась быстро всё объяснить, пока у Пола не возникли проблемы.
— Мне не больно, — сказала я. — Совсем не больно. Он не толкал меня. Я бросилась через улицу, перейти проезжую часть, а он попытался оттащить меня назад. Он мой муж. Уж я-то знаю, толкнул ли он меня! Это была только моя вина. Я не должна была пытаться переходить дорогу посреди квартала.
И как раз в тот момент, когда вроде как все начали мне верить, Пол увидел опасность и начал кричать:
— Гремучая змея! Гремучая змея! Держитесь от неё подальше!
— Он всё-таки толкнул её, — сказал один из мужчин, стоявших на улице. — Похоже, у него белая горячка. Видит змей и всё такое…
Офицер отпустил мою руку так внезапно, что я чуть не потеряла равновесие, и направился к Полу. Но тут появилась Энн Боуэн, с тяжёлой тростью, которую
— Нашла, — объявила она, пока мы все стояли, разинув рты. — В этих лесах всё ещё слишком много гремучих змей. Но, убив ещё одну, мы сделаем только лучше.
— Что здесь происходит? — спросил полицейский.
— Шериф, я увидел гремучую змею, — объяснил Пол.
— Он толкнул её, — снова сказал кто-то из толпы.
— Конечно, он толкнул её, — сказала миссис Боуэн. — А вы бы не толкнули свою жену, если бы увидели, что она вот-вот наступит на гремучую змею?
— Тогда почему она сказала, что он этого не делал? — спросил полицейский. — Я не видел никакой змеи. Я не верю, что она вообще была.
Никто не смел так разговаривать с Энн Боуэн, да ещё на её собственной земле. Она мгновенно вспылила, и вот мы все оказались в окружении собирающейся толпы: Пол и я бок о бок — он в Лос-Гатосе, а я в Окленде, — городской полицейский и деревенская женщина, каждый на своей территории в пятидесяти милях друг от друга, пытающиеся переспорить друг друга.
Я почувствовала, что с меня достаточно, более чем достаточно.
— Профессор! — прошептала я, и Пол кивнул.
И на этом, конечно, все приключения закончились. После такого опыта мы оба были очень довольны тем, что приняли объективную реальность физического мира со всеми ограничениями, налагаемыми им на нас.
— Что потом стало с миссис Боуэн? — спросила я.
— Она не упоминала об этом, — сказала миссис Токкин. — И у меня никогда не хватало смелости спросить у неё.