Разврати меня
Шрифт:
Я ходила по залам, не торопясь, глядя на каждое произведение искусства.
Новое заявление в прессе с моей фотографией, сделанной на последней вечеринке компании, станет главной сплетней к моему возвращению в офис. Мое лицо будет оштукатурено на обложке каждой крупной газеты в стране. Как только это достигло Европы, мама позвонила между стаканами мартини, пытаясь не поперхнуться оливкой, когда бормотала поздравления.
В первых числах месяца я решила сломать старые стереотипы. Мы разделили множество хороших и плохих моментов в течение многих лет. Этот день отличался обеими категориями, располагаясь
Ароматный ликер словно поджигал моё горло. Интересуясь каждой выставкой, я допила оставшуюся часть ликера, так как одну третью опустошила ещё в офисе. Я вышла из-под контроля и сделала это в стиле Ринальди.
Дедушка ждал обвинительный акт о снятии с должности. Я обдумывала разные варианты, чтобы предложить ФБР для удовлетворения их голода. Но ничего в списке не спасало Луку от тюрьмы.
Я вытащила телефон, так как отчаянно нуждалась в нем. Я покачиваясь вышла из музея, чуть не врезавшись в входную дверь, дошла до Икинс Овал ( круговое движение вокруг памятника Джорджу Вашингтону; находится возле музея искусства) и села на верхнюю ступеньку, прямо под монументом Вашингтону, который стоял в центре. Я смотрела, как машины проезжают мимо и сигналят друг другу.
После моих нескольких пьяных сообщений Лука появился в джинсах и чёрной рубашке. Его волосы были уложены гелем, который удерживал его непослушные волны. Он улыбаясь покачал головой и сел рядом со мной на ступеньку.
– Как тебе удалось справиться со всем этим трафиком в таком состоянии? Ты могла убиться. Люди едут по этому кольцу так, будто они на автобане.
Я пожала плечами напротив его груди и положила на неё голову. Он пах апельсинами и супом.
Он обернула руки вокруг моей талии.
– Как много ты выпила, малышка?
Моё молчание, видимо, расстроило его, и тон сменился с “любящего парня” на “угрожающего босса мафии”, которым, как я знала, он мог быть.
– Скажи мне Иззи. Что, черт возьми, происходит?
– Я новый исполнительный директор Ринальди Холдингс. Дед признался мне всем, прежде чем правление проголосовало сегодня днем. Он сделал это, Лука. Он, чёрт возьми, сделал это для моего, для нашего наследия. – Со слезами, льющимися по лицу, и всхлипами мои слова были непонятными.
– Двадцать один год, а у меня в подчинении тридцать тысяч человек. Но это меня не пугает. Ему семьдесят два и он проведёт остаток своей жизни в какой-то федеральной тюрьме загородом. И он сделал это и глазом не моргнув. Вот пример того, как мужчины в нашей семье упрямы и глупы. Я не готова. Я не смогу это делать без него.
– Я могу сообщить им некую информацию, - сказал он, приглаживая мои волосы. – Это поможет немного отвлечь от него SEC.
– Нет! – закричала я, но потом понизила голос до шепота.
– Ты не попадешь в тюрьму из-за преступления, которое он совершил.
– Это не то, что я имел ввиду. Возможно мы можем придумать что-то, найти лазейку,
– Я перебрала все сценарии. Нет ничего, что бы помогло ему без угрозы для твоей свободы, и ты не бросишь меня.
– Он кивнул. – Теперь, когда ты моя, я тебя никогда не отпущу.
Я втянула его нижнюю губу, а после поцеловала. Углубляя поцелуй, я запустила руку в его волосы и прижала его ближе. На короткое время я забыла, что мы были в середине одного из крупнейших кругов движения в Филадельфии. Когда нас окружали шум машин и музыка, доносившаяся из динамиков, мой разум переместился в другое место. В этом мире не было ничего важнее нас двоих. Наши языки работали в лихорадочном темпе, моё тело с каждым разом реагировало всё больше.
– Ты мне нужен, Лука, - пробубнила я напротив его губ. – Когда мы порознь, это похоже на то, что я разрываю свое сердце пополам и не могу дождаться, когда верну назад эту половинку. Сейчас ты моя семья. Довольно скоро у меня не останется ничего, кроме тебя.
Дедушка проведет остаток своей жизни в тюрьме. Моя жизнь пойдет под откос и это увидим весь мир. Сильвия планирует уехать в Калифорнию. Без Луки у меня ничего не остается, кроме компании.
– Ты уже и так часть моей семьи. Всё, что нужно, чтобы устранить твою боль, - его рука легла мне на сердце, - я сделаю.
–Забери меня отсюда, - пробормотала я.
–Я знаю одно место, - сказал он.
– Конечно, ты знаешь. Ты же Лука чёртов Марчес.
21 Глава
Лука
Когда лифт открылся, Иззи вышла с трепетом от того, что её окружало. Её каблуки стучали по кафельному полу, а звук отходил эхом от высоких потолков. Она была одета в чёрное платье, которое облегало её прекрасные изгибы. Я пошёл за ней, тем самым разглядывая её великолепную задницу. Её ноги были худыми, но с мускулами. Всё, о чём я мог думать, был вид моего лица между ними. Но ей нужно было отоспаться, так как она была пьяна.
Она вошла в гостиную с открытой планировкой, смотря в пол и тряся головой. Её глаза поднялись вверх.
– Ты не только живешь в пентхаусе, но тут так же есть импортные полы и … - она указала на живопись на стене. – Это настоящее, так?
– Я кивнул и она продолжила. – Тебе принадлежит это место?
– Это апартаменты моего отца, но он долгое время не использует их.
Она осмотрелась по сторонам, взглянула на окна, которые охватывали весь первый этаж.
– Я обожаю это. Вид на набережную Камдена невероятен.
– Я рад, что тебе понравилось, принцесса. – Я переплёл пальцы с её и повёл по винтовой лестнице к последней двери слева. Я открыл дверь в мою спальню с высокими потолками, плиточным полом, приватным балконом и с невероятным видом на набережную.
Без единого слова Иззи пересекла комнату и плюхнулась на королевского размера кровать, зарываясь лицом в подушки. Она сбросила каблуки и стянула платье, прежде чем залезть под одеяло.
– Поспи со мной, Лука. – Иззи похлопала по месту рядом с ней. Её ленивый взгляд говорил о том, что мы действительно будем спать.