Развод.com
Шрифт:
– Ну, это нормальные вопросы, Наташ. Ты какая-то подозрительная, – успокаивает Маша, посмеиваясь. – Квартиры в Москве недешевые, всем подряд их не сдают. Да и цены на аренду высокие, нужно убедиться, что ты платежеспособная.
– Да, я сказала, что планирую нанять няню и работать репортажным фотографом. С оплатой проблем не возникнет.
– Ну, это мы знаем, что ты у нас
– Да, наверное, так.
– Как там твой муж? – голос Маши меняется. Становится холодным и бесцветным. – Больше не объявлялся?
Телефон в руке вибрирует. Посмотрев на экран, вижу незнакомый номер.
– Подожди, Маш. Там по второй линии кто-то… Может, и правда, риелтор?
Веду по экрану, чтобы ответить.
– Да.
Еще до того, как Рома что-то скажет, чувствую – это он.
– Жду тебя внизу. Спускайся, – нагло произносит.
Я дурею от злости.
– Березовский, ты больной? Я сказала, не звонить мне. Никогда!!!
– Пять минут у тебя, иначе я сам поднимусь и такое твоему гандону устрою!.. Будет потом на памперсы себе всю жизнь сломанными руками фотографировать. Если сможет…
– Иди в задницу!.. – выплевываю.
Сбросив звонок, вытираю холодный пот со лба.
– Маш, – зову тихо. – Я, наверное, спать пойду. Прости…
– Случилось чего? – пугается она.
– Нет-нет. Пока.
Не дождавшись ответа, убираю телефон на подоконник и, привстав на цыпочки, смотрю во двор. Машина Березовского угрожающе поблескивает фарами на стоянке.
– Черт, – шепчу под нос.
Телефон снова вибрирует. Пугаюсь, но напрасно.
«Ты это видела, Наташ?» – сообщение от Дениса.
«Что именно?»
Следом приходит активная ссылка. Дрожащими пальцами отвечаю что-то дежурное и кликаю по ней, переходя на новостной сайт. Первое время не понимаю, что там делает наша с Ромой фотография, снятая когда-то на одной из презентаций его курса по изменению личности.
Читаю-читаю-читаю…
Все вынюхали. И то, что мы вместе росли в детдоме, и подробности нашей свадьбы, и даже то, как я работала у Арчи ассистентом.
«Носила в химчистку трусы, пока муж развлекался
– Это конец, – шепчу сама себе.
После такого Березовский не выпутается. По деталям понимаю, что риелтор Сергей и не риелтор вовсе. Это был журналист, которому я сама же рассказала подробности нашей личной жизни с Ромой.
Дочитав до конца, перевожу взгляд на окно и срываюсь в коридор.
Подхватив легкое пальто, совершенно не глядя сую ноги в грубые ботинки. Дверь защелкивается. Лифт бесшумно доставляет меня на первый этаж.
На улице в нос бьет холодный, весенний воздух с примесью колючего дождя.
Усевшись на пассажирское сидение, захлопываю дверь и смотрю прямо перед собой. В салоне холодно, влажно и пахнет табачным дымом, а со стороны Ромы волнами исходит такая агрессивная энергия, что хочется бежать без оглядки.
Вот только машина резко срывается с места и несется в сторону дороги. Я не нахожу в себе сил спросить, куда мы едем и зачем. Просто, потому что боюсь, что он взорвется.
Застегнув ремень безопасности, отворачиваюсь.
Названия магазинов и ресторанов на залитом вечерними огнями проспекте расплываются от слез. Я вдруг осознанно понимаю, как же мне сейчас не хватает опыта. Ни своего опыта… Нет. Его, благодаря моему мужу, стало хоть отбавляй. Чего-то другого, на что можно было бы равняться.
Дети, которые росли в полных семьях, имеют запас «настоящей жизни» за плечами. Наверняка их родители ругались, затем мирились, договаривались, ставили друг другу условия. Прощали. Или нет…
Свое видение нашей ситуации у меня есть, но правильное ли оно?
Я горько плачу, потому что чувство вины на секунду берет верх. Я не сказала о том, что у нас будет ребенок, и Рома обо всем узнал из грязной газетенки.
Это, по сути, наша первая серьезная ссора. И для меня лично он безусловно виноват. Это была измена, за которой совершенно точно последует развод. Тогда почему, черт возьми, Березовский сейчас ведет себя так, будто я предаю его?
Мамочка!.. Я тебя никогда не знала, но мне так тебя сейчас не хватает!..
Конец ознакомительного фрагмента.