Развод с адвокатом
Шрифт:
— Лариса, вы вообще слушаете? — Вяземский обращается ко мне. — Важные вещи обсуждаем.
— Разумеется, — отвечаю я.
— Отлично. Тогда продолжим, — он опускает взгляд на наручные часы, а затем подходит к главному: — Я бы хотел избежать суда. Ну это по возможности. Сейчас основная задача — провести расследование и выловить крысу, которая меня подставила.
— Денис, а вы уверены, что ваша корпорация работает чисто? — с вызовом спрашиваю я в надежде, что Вяземский в итоге откажется от меня. Глядя на этого человека,
— Иначе и быть не может, — широко улыбается он, а я непроизвольно задерживаю дыхание. Этот мужчина красив как бог, но меня это не должно волновать.
В течение следующих десяти минут Денис посвящает нас в некоторые детали, а потом снова смотрит на часы.
— Мне уже пора. Завтра меня не будет в городе. Послезавтра с вами свяжусь, назначим встречу, — деловито произносит он.
— Тогда, Ларис, ты можешь идти. Завтра с утра зайди ко мне, обсудим основную стратегию, — говорит Рязанцев. — Денис, тебя на два слова.
— У меня есть одна просьба, — произносит Вяземский. — Пусть в ближайшие несколько дней все останется в тайне. И само дело, и имя адвоката по моему делу.
— Конечно, — киваю.
Я забираю верхнюю одежду, которую повесила на вешалку, и, попрощавшись, выхожу из кабинета. Медленно бреду к лифту, нутром чуя, что в деле Вяземского не все чисто. Нажимаю на кнопку и терпеливо жду, гоняя в голове разные мысли.
— Вас подвезти? — раздается над ухом голос, который я теперь не спутаю ни с чьим.
— Нет, благодарю, — я жму кнопку первого этажа.
— Я буду в городе послезавтра вечером. О времени и месте сообщу в тот же день.
— Перенесем встречу на дневное время, — уверенно произношу я, не глядя на мужчину.
— Пока такой роскоши как встречаться днем нет, — отрезает Денис.
— Но я так не работаю, — отрицательно качаю головой.
— Мне это не подходит.
— Денис Александрович, вы можете взять другого адвоката, — спокойно говорю я. — Нам должно быть комфортно вместе, для того чтобы процесс выгорел. Но уже начинаются трудности в коммуникации.
— Мне нужны вы, Лара, — его голос, наполненный уверенностью, задевает невидимые струны где-то глубоко внутри.
Двери кабины разъезжаются, и Вяземский пропускает меня вперед. Затем мы вместе выходим на улицу.
— До встречи, Лара, — хитро улыбается Денис.
— До свидания, — роняю я и, развернувшись, иду в противоположную сторону, затылком ощущая взгляд моего новоиспеченного подзащитного.
Глава 3
Настоящее время
Мое утро начинается с ужасной головной боли, и я едва ли могу подняться с кровати. Такое ощущение, что это я вчера праздновала успешное окончание сложного процесса нашего общего друга Миши, а не мой муж.
Кстати говоря, о нем. До прошлой ночи я и
Тянусь к своему мобильнику и смахиваю по экрану — от мужа ни единой весточки: ни звонка, ни сообщения. Я не расстроена. Именно к этому мы и шли на протяжении этих лет. Одна скупая слеза скатывается по щеке, и я быстро смахиваю ее. Мне жаль лишь потраченного времени.
Хотела ли я уйти раньше? Да, но надежда на то, что все изменится, что это всего лишь трудный жизненный период, не покидала до последнего. Теперь для меня все кончено. Это жирная точка. Но с Романовым нужно действовать осторожно, иначе меня могут ждать не самые приятные последствия.
Я сползаю с кровати и иду прямиком в душ. Времени нет так много, чтобы привести себя в порядок и избавиться от головной боли. И вот уже спустя полчаса я смотрю на силе отражение в зеркале — выгляжу вполне обычно, будто сердце и не разбито на мелкие осколки.
По дороге в офис я получаю сообщение от Рязанцева. Он просит перенести нашу рабочую встречу на полчаса. Непроизвольно закатываю глаза — ненавижу, когда все идет не по плану. Хотя с другой стороны, я успею позавтракать в кафе, здание которого как раз примыкает к зданию, где находится наша палата.
Спустя некоторое время я переминаюсь с ноги на ногу у кабинета Виталия Андреевича, откуда доносятся мужские голоса. Рязанцев и его собеседник говорят на повышенных тонах, что крайне удивляет меня. Дело в том, что я ни разу не слышала от начальника ни одного плохо слова и, уж тем более, крика. Виталий Андреевич славится удивительным спокойствием и ангельским терпением. И каждый из сотрудников об этом знает.
— Разговор окончен, — доносится совсем рядом, а затем открывается дверь кабинета, откуда выходит мой супруг.
Наши взгляды встречаются, и ничего хорошего в глазах Вадима нет — только ярость и отчаяние, и, кажется, я знаю, с чем это связано.
— Что ты здесь делаешь? — рявкает муж вместо слов приветствия.
— Доброе утро, Вадим, — сдержанно здороваюсь. — У меня встреча с Виталием Андреевичем.
— Не может быть, — он резко отшатывается. — Вы выбрали ее для этого дела?
Вадим издает смешок, в котором слышится издевка, и переводит свой тяжелый взгляд на Рязанцева. Ему нет необходимости отвечать на вопрос, заданный Романовым, по выражению лица становится все понятно.
— И вы считаете, что она выиграет процесс по делу Вяземского? — язвительно спрашивает он. — Женщина не годится для такого дела.
— Это не тебе решать, Вадим, — грозно отвечает Виталий Андреевич.
— А ты, Лара? — он замолкает. — На кой черт тебе сдался Вяземский? Хочешь провалить еще одно серьезное дело?