Развитие Души
Шрифт:
Очень важна игра: свет — тень, смешение черного и белого. Именно этим и отличается мир человека от мира ангелов. Мир ангела — это прямой, плоский мир. Ведь ангел — это сам свет, без малейшего пятна тени, он весь — правда, без пятнышка лжи. Он весь — послушание, без малейшего собственного желания.
Человек же — наоборот, ему предопределено жить в мире с размытыми границами, в мире подъемов и спусков. Тесто нашего мира замешано из непросеянной, грубой муки, муки пополам с отрубями. Творец дал человеку мир для того, чтобы он отделил добро от зла. Чтобы он нашел тот тонкий луч света, скрытый во тьме.
— Стань похожим на Творца! Как Он — так и ты! Как Он — Творец находится
7.57 Путь ученика
— Этот путь неверен! — сделал вывод рабби Мордехай Йосеф, — путь нашего рава не годится для обычных людей. Он чувствовал, что контакт между рабби Мендлом и его хасидами с каждым днем ослабевает. Более того, возникла перегородка между ним и хасидами.
Его мир далек от их мира. Рабби Мендл изгоняет из головы любую мысль, касающуюся потребностей человека в повседневной жизни. Он видит в таких мыслях лишь препятствие на пути духовного продвижения. Это путь, по которому идет рабби. Рабби стоит на страже с мечом в руке и внимательно следит за тем, чтобы пыль случайных прохожих не скрыла эту дорогу.
Тот, кто хочет идти вместе с равом, должен оставить все склонности, которые тянут человека вниз. Рав требует всего человека, все его существо, он приказывает тому, кто хочет быть с ним, очистить свои мысли от всего постороннего и сосредоточиться лишь на одной точке — на Творце.
А его хасиды, которые слились с ним, все же не выдерживают давления материальной жизни. Рабби Мордехай Йосеф видит, как все больше разверзается пропасть между рабби Мендлом, который находится на небе, и его хасидами, прибитыми к земле.
Рабби Мордехай Йосеф знал истинные возможности обычных людей, их ограниченные силы и пришел к выводу, что духовный руководитель, которому Творец дал высшее предназначение, обязан спускаться к другим людям.
Спускаться — чтобы поднять других. Он обязан иметь связь с ними, чувствовать их земные проблемы, даже если эти проблемы выглядят в его глазах ничтожными. Еще рабби Мордехай Йосеф пришел к выводу, что его рав, рабби Мендл, единственный, у которого желание и возможность совпадают, а у других смертных возможность меньше, чем желание.
Сущность человека — вечная борьба между желанием и возможностью. Поэтому рабби Мордехай Йосеф выбирает более легкий путь, более понятный, соответствующий требованиям хасидов и их способности постичь духовное. Вместо узкой нехоженой тропинки, усеянной многочисленными острыми камнями, режущими ноги идущих, он предлагает широкую мощеную дорогу, продвижение по которой безопасно. Эту дорогу проложили наши предки: Тора, «Шульхан Арух», хасидизм — без углубления в его внутренний смысл, в Каббалу, — словом, путь приятный и дающий уверенность в сердце.
Постепенно эти пути разошлись. Рабби Мордехай Йосеф чувствовал все больше и больше, что перегородка, отделяющая его от рабби Мендла, растет, превращаясь в непреодолимую стену, намертво отделившую его от рава. Хасиды, в чьих сердцах угнездились сомнения, начали постепенно переходить на новый путь рабби Мордехая Йосефа.
В то время, когда рабби Мендл уединился в своей комнате, уйдя в свой духовный мир в одиночку, хасиды начали собираться вокруг рабби Мордехая Йосефа. Они жаждали поддержки от кого-нибудь сверху. Сначала только единицы осмеливались приходить к нему, но постепенно, по мере того как атмосфера в Коцке становилась
Рабби Мордехай Йосеф умел красиво говорить. Он любил гулять с хасидами по берегу реки, беседуя с ними. Он создал отдельный постоялый двор, где накрывался стол, там проходили трапезы, и рабби Мордехай Йосеф сидел вместе с хасидами, поднимая их дух речами из Торы. Слова рабби Мордехая Йосефа маслом разливались в душах хасидов, истосковавшихся по общению с рабби. Снова в Коцке были слышны песни, снова начались танцы. Веселье вернулось в Коцк.
(Примечание переводчика: Только куда этот путь ведет? Он затем и привел выдающихся учеников и начинающих уже каббалистов к простому, обычному массовому хасидизму. Отметим, что есть очень эффективный каббалистический путь, более «мягкий», чем путь рабби Мендла, не менее правильный, а более мягкий, потому что предназначен для нашего поколения, нисходящих сегодня душ — путь Бааль Сулама, рава Й. Ашлага, переданный им своему старшему сыну, рабби Баруху Ашлагу. Методика этого пути получена от рабби Баруха Ашлага его учеником и секретарем, равом Михаэлем Лайтманом и применяется в наше время в действии в каббалистической группе «Бней Барух».)
7.58 В Коцке нет места для компромиссов
Рабби Мендл, будучи человеком очень последовательным, и к тому же крайних взглядов, не знал, что такое отступление, соглашение, компромисс. Он с сожалением смотрел на своего великого ученика, который после совместного восхождения на вершину покорился действительности, влиянию и запросам хасидов. Этот ученик ищет промежуточную дорогу, дорогу балабайтим — живущих бытовыми интересами.
Раньше рабби Мордехай Йосеф был главой группы собственных учеников с полного одобрения рабби Мендла, который сам посылал к нему лучших людей. В сердцах у членов этой группы, как и у самого рабби Мендла, горел огонь «Святого бунта». Рабби Мордехай Йосеф успешно учил и воспитывал их в духе правды, желания постичь Творца, пренебрежения к желаниям материального мира.
Еще в самом начале рабби Мендл отправлял своих хасидов к рабби Мордехаю Йосефу получить «благословление». Рабби Мендл всячески приближал к себе рабби Мордехая Йосефа, как самого избранного из учеников. Ему, рабби Мордехаю Йосефу, во время их прогулок наедине он поверял все тайны, ему он рассказывал о своей духовной работе. Рабби Мендл надеялся, что, по крайней мере, рабби Мордехай Йосеф поднимется с ним до самого верха и там останется.
Однажды рабби Мендл рассказывал рабби Мордехаю Йосефу:
— О Моше Рабэйну сказано: «И сказал Творец: „Моше, поднимись на гору и будь там“. Зачем нужно было добавлять „и будь там“, ведь понятно, что если Моше поднимется на гору, то он там „будет“? Это следует понимать так: человек может заставить себя подняться на вершину высокой горы, и, тем не менее, не быть там. Он стоит на вершине, а его мысли, его намерения совсем в другом месте… Ты понимаешь? Человек, поднявшийся на гору, должен остаться там, он должен „быть там“ всем своим существом…»
Что же делать, если даже такой ученик, на которого я полностью полагался и считал, что он будет со мной до конца, даже он покорился действительности, заботам человека о материальном? Даже он выступает за облегчение пути. Вместо того чтобы поднять других, он спустился к ним, к их ничтожным желаниям, — приблизительно такие мысли посещали рабби Мендла. В то время, когда рабби Мендл прикладывал усилия, чтобы поднять своих учеников на самый верх, объявился он, самый лучший из них, и пытается все перевернуть.