Разведи огонь
Шрифт:
— Возможно, мы захотим жить вместе.
Его пальцы замерли.
— Правда? Ты хочешь этого?
— Если ты готов.
Он поднял голову.
— Я хочу от тебя всего. Ты хочешь сказать, что ты можешь быть в моей постели каждую ночь?
— В нашей постели. И да, но, очевидно, не раньше, чем мы поступим в колледж, так что тебе придется набраться терпения и убедиться, что до тех пор ты еще будешь меня любить.
Его брови нахмурились над поблескивающими глазами.
— Грейс, детка, что ты не понимаешь, когда я говорю, что не
Я встретила его взгляд, не дрогнув.
— Значит, мне повезло.
Баш коснулся лбом моего лба.
— Все, что ты скажешь, — прошептал он.
— Да, — прошептала в ответ я. — Я обещаю тебе все воскресенья.
— Мне нравится это обещание. Нужно, чтобы ты его сдержала.
— Обязательно, — у меня внутри все сжалось из-за следующего обещания, которое он должен был мне дать. — Есть кое-что еще.
Он поднял голову.
— Это похоже на какое-то дерьмо, которое мне не понравится.
— Это Нейт разгромил мои скульптуры.
Баш оскалился и начал откатываться от меня, словно собирался выследить Нейта прямо в эту секунду. Я притянула его обратно, впиваясь ногтями в его руку.
— Прекрати. Мне нужно, чтобы ты дал мне обещание, Себастьян.
— Если это что-то меньшее, чем зверское убийство этого ублюдка, то я не согласен, — его глаза пылали, а мышцы дрожали от ярости.
— Ты не можешь. Его исключат. Если ты пойдешь за ним, у тебя тоже будут проблемы. Ты сказал мне, что будешь моей тенью, Баш, но Брэдли отправит тебя прочь, если ты все испортишь. Ты оставишь меня одну, а я не хочу… — я вздрогнула, не в силах произнести слова.
Теперь, когда я снова была здесь, с ним, от мысли о том, что я могу потерять его, потерять все, из-за Нейта, мать его, Бергена, моя кожа покрылась мурашками. — Обещай мне, что дашь ему самому угробить его. Останься со мной. Помоги мне переделать мою инсталляцию. Отпусти это.
Баш долго смотрел на меня из-под сдвинутых сердитых бровей. Затем он просунул руку мне под голову, обхватив меня за шею.
— Если он еще хоть раз приблизится к тебе, он труп, — выдохнул Себастьян и прикоснулся своими губами к моим. — Не думаю, что смогу тебе отказать. Если этот кусок дерьма получит по заслугам, обещаю тебе, что оставлю все как есть. Последнее, чего я хочу, это быть отправленным обратно в военную школу, когда могу быть с тобой.
Я смахнула слезы, улыбаясь моей влюбленной, слегка одержимой любви.
— И ты поможешь мне исправить мою работу?
— Все, что угодно, детка. Я сделаю практически все, что ты попросишь.
Мы пошли дальше, шепча безумные, запредельные обещания, которые звучали как вечность. Любой, кто посмотрел бы на нас, сказал бы, что мы сошли с ума, если думаем, что наши школьные отношения выдержат испытание временем, но мне было абсолютно наплевать, что думают другие. Мы с Себастьяном никогда не будем нормальными, и для меня
Он был моим навязчивым, преследующим, сумасшедшим парнем, и мне это нравилось.
Баш был чокнутым, но, как он однажды сказал мне, возможно, я тоже была немного чокнутой.
Эпилог Год спустя
Себастьян
Она даже не подозревала, что я стоял там и наблюдал. Преследовал. Следил за каждым ее шагом. Она шла по дорожке на свое следующее занятие, смеясь с новой подружкой и перекинув через плечо портфолио.
Дойдя до конца дорожки, они с подругой попрощались и пошли каждый своей дорогой. Я шел следом, повторяя ее шаги, пока она поднималась по лестнице в художественный корпус.
На верху я остановился у дверей, дав ей возможность опередить меня, чтобы меня не заметили, а затем вошел внутрь, за своей добычей.
В тихом коридоре ее не оказалось.
Она исчезла.
Видела ли она меня? Знала ли она, что за ней охотится чудовище?
Я осторожно пошел по коридору, направляясь к ее классу. Когда я уже собирался свернуть за угол, чья-то рука схватила меня за рубашку и втащила в темную комнату.
— Попался, — засмеялась Грейс, закинув руки мне на шею.
— Черт, правда? Ты знала, что я там?
— Мммммммм, — она прижалась своими мягкими губами к моему подбородку. — Ты уже не так хорошо от меня прячешься.
Я схватил ее за волосы и, запрокинув ее голову, всмотрелся в лицо. Это было произведение искусства, вырезанное из костей, хрящей и идеальной смуглой кожи. За эти годы я рисовал и раскрашивал это лицо по меньшей мере тысячу раз, и все время находил новый угол или свет, чтобы увидеть ее. В этот момент я решил, что никогда не устану смотреть на Грейс Патель.
— Я думаю, мне нравится, когда ты догоняешь меня, детка, — я уперся своим твердеющим членом ей в живот, и она ахнула.
— Ты беги, а я буду догонять, — Грейс облизала верхнюю губу. — У меня есть двадцать минут.
Это было все, что мне нужно было услышать. Двадцати минут никогда не хватило бы, но сегодня она будет в нашей постели, и я мог не торопиться.
Мы набросились друг на друга, сталкиваясь, трахаясь языками, лаская руками. Она ударилась спиной о ближайшую стену, а я обхватил ее голову руками. Другой рукой я залез ей под юбку, сдвинул трусики в сторону, чтобы погладить ее скользкую киску. Она уже промокла для меня насквозь.
— Господи, Грейс, с тебя капает.
Она ухмыльнулась мне в губы.
— Я же говорила тебе, что мне нравится эта игра.
Я бы упал на колени, чтобы попробовать эту сладость, но сейчас было не время и не место. Не то чтобы это обычно меня останавливало, но моя девочка засунула руку мне в штаны и обхватила мой член так, словно горела от желания.
— Вынимай, — прохрипел я.
Она стянула мои джинсы достаточно, чтобы освободить мой член, а затем я обхватил ее длинные ноги и погрузился в рай между ее бедер.