Разведчик Кент
Шрифт:
В кабинете директора состоялся разговор, который прояснил все окончательно. Оказывается, у А. Гуревича был давний недоброжелатель – заместитель директора института по учебной части Андреев. Трудно сказать, чем была вызвана его неприязнь к студенту. Может быть, тем, что ему он казался излишне общительным и энергичным. Возможно, Андрееву не нравилось то, что студент вдруг стал преподавать и подружился с другими педагогами, среди которых, кстати, было немало молодых и очень привлекательных женщин.
Воспользовавшись пятидневным отсутствием А. Гуревича в институте, заместитель директора подсунул В. В. Покровскому на подпись приказ об отчислении «прогульщика»: время было суровое и с нерадивыми студентами боролись
На следующий день после встречи А. М. Гуревича и В. В. Покровского директора института вызвали в военную прокуратуру Ленинградского округа. Там, особо не церемонясь, его обвинили в нарушении законности – в необоснованном отчислении студента. Ему объяснили, что Анатолий, как опытный работник ПВО, участвовал в учениях по противовоздушной обороне, которыми руководил нарком обороны К. Е. Ворошилов. От В. В. Покровского потребовал немедленно отменить приказ об отчислении студента Гуревича, что и было сделано.
Любопытна и загадочна человеческая натура: после беседы с представителем прокуратуры Покровские а также его заместитель Андреев, стали с Анатолием исключительно любезны и предупредительны. Но легче ему от этого не стало; лицемерие, основанное на страхе возмездия, – ничем не лучше подлости. Оно, скорее всего, лишь одна из форм его проявления.
Этот случай многому научил Анатолия. Он даже как-то повзрослел и задумался над сложностью человеческих отношений. Исчезла его доверчивость, хотя вера в человеческую порядочность его не оставляла никогда. Даже в самые тяжелые минуты жизни.
1936 год близился к концу. Главным событием года для советских людей были события в Испании. В СССР искренне поддерживали республиканцев.
После того, как 17 июля 1936 года в Испанском Марокко начался фашистский мятеж, жители нашей страны с болью в душе следили за ходом развития событий.
Советский Союз оказывал, как известно, республиканцам большую моральную, политическую, экономическую и военную поддержку. Но поддержка эта, особенно ее военная сторона, осуществлялись в обстановке строжайшей секретности.
Советские военные специалисты уезжали в Испанию, а об этом не знали даже самые близкие им люди. Человек неожиданно исчезал. Все это видели, но никто не задавал лишних вопросов: знакомый мог находиться в изоляторе НКВД, а о подобных подробностях лучше было не знать.
Осенью 1936 года в институте перестала появиться Люсия Лазаревна Покровская, преподававшая на своей основной работе в Ленинградском институте истории, философии, литературы и лингвистики испанский язык.
Неожиданно уехал неизвестно куда хорошо знакомый А. Гуревичу по совместной работе в комиссии военной секции Ленсовета комбриг Н. Н. Воронов. Прежде им доводилось участвовать в проверках готовности ленинградских предприятий к возможной, в случае войны, обороне города. В пору их знакомства Николай Николаевич имел звание комбрига, был начальником Первого артиллерийского училища, что на Московском проспекте возле Технологического института. В Ленсовете Н. Н. Воронов был председателем военной комиссии, а А. М. Гуревич являлся его заместителем.
Через несколько лет Н. Н. Воронов стал начальником Главного артиллерийского управления Наркомата обороны СССР, Главным маршалом артиллерии.
Лишь спустя годы стало известно, что путь к их новым встречам лежал через землю Испании, где Николай Николаевич был главным советником по артиллерии.
Глава II. ЧЕЛОВЕК НАЧИНАЕТСЯ С ГОРЯ
...Иной раз мужество –
это слабость наизнанку.
Исторический
За время гражданской войны в Испании СССР поставил республиканцам 500 тысяч тонн вооружения, боеприпасов и других материалов, а советские преподаватели подготовили для Республиканской народной армии около 20 тысяч специалистов из числа испанцев [6] .
4
Военный энциклопедический словарь. М: Воениздат, 1984. С. 294.
5
Партия и армия. М: Политиздат, 1980. С. 170.
6
Рыбалкин Ю. Тайный путь «Золотого каравана» // Аргументы и факты. 1996. № 14 (807). С. 7.
Можно сколько угодно спорить о тайнах большой политики руководства Советского Союза того времени, но очевидно одно: искренность стремлений советских людей помочь республиканской Испании была неподдельной.
Историки разных стран напрасно политизируют мотивы участия интербригадовцев в борьбе против франкистских войск. Если взглянуть на эту проблему с точки зрения социальной психологии, то на бытовом уровне возникают совершенно иные мотивы, центральными из которых были человеческая совестливость, порядочность, сострадание к людям, которых война сделала несчастными.
Основательно подзабытого ныне талантливого русского поэта Алексея Эйснера нельзя было назвать сторонником коммунистического мировоззрения: не случайно долгие годы он жил в эмиграции в Париже. Но события в Испании подтолкнули его к действию – он вступил в республиканскую армию, служил адъютантом легендарного генерала Лукача [7] . Как известно, под этим именем воевал знаменитый венгерский революционер Матэ Залка.
Именно перу Алексея Эйснера принадлежит гениальная строка: «Человек начинается с горя». Эти слова могли бы стать девизом жизни всех тех, кто сражался в Испании, защищая униженных и обездоленных женщин, стариков и детей.
7
Лакшин В. Стихи и судьба // Знамя. 1987. № 3. С. 181.
Сострадание к другим людям вело по дорогам Испании тех, чья совесть была чиста, а сердце переполнялось болью за чужую боль. Это – проявление высокой нравственности. Так что, прав был поэт. И своей судьбой доказал это...
Студенты «Интуриста» ничем не отличались от других советских людей. Они так же, как и миллионы других, напряженно слушали радио, вчитываюсь в каждую газетную строку, вешали дома на стене карту Испании, на которой флажками отмечали ход ведения боевых действий.
Но было и то, что отличало их от остальных людей: к событиям в Испании они относились более профессионально. Это выражалось, например, в том, что многие из них, в том числе и А. Гуревич, стали самостоятельно и под руководством опытных педагогов изучать испанский язык. Успехи Анатолия были столь стремительны, что вскоре он даже начал читать фрагменты своих лекций по военной подготовке на испанском языке, что студентам и слушателям курсов повышения квалификации очень правилось.