Разрушительный

Уоррен Кристина

Она заметила, как он долго колебался, чтобы у нее подкосились колени, но, в конце концов, оглядевшись по сторонам, он нахмурился и неохотно согласился.

— Париж — слишком большой город, чтобы летать в нем безопасно. Нас могут легко заметить. Мы пойдем с тобой.

Его фраза «но знай, что я слежу за тобой» осталась недосказанной, но Айви была уверена, что все это поняли.

Роуз направилась в сторону площади Каррузель, а затем по центральной аллее к авеню до Женераль Лемонье. Несколько человек двинулись в том же направлении, и причина стала ясна,

когда Айви заметила знаки, запрещающие парковку в этом направлении.

Троица не разговаривала, пока добиралась до входа в подземный гараж. Несмотря на то что между ними установилось перемирие, никто не мог назвать их друзьями или даже случайными знакомыми. Идя рядом с Айви, Баэн напрягся и перешел в состояние повышенной готовности, когда они вошли в замкнутое пространство.

— Куда мы идем?

— Я же сказала, к моей машине, — спокойно ответила Роуз, доставая из кармана пальто связку ключей. — Не волнуйтесь, я припарковалась на втором уровне. Мы быстро выберемся отсюда.

Судя по ворчанию Баэна, ему все еще не нравилось идти за этой незнакомкой в огромное современное подземелье. Он не хотел, чтобы их собеседница сильно расслаблялась.

Роуз закатила глаза.

— Если ты все еще не доверяешь мне, Страж, ты и твой Хранитель можете подождать у выхода, но тогда вам придется быстро садиться в мой автомобиль. Парковщики не любят тех, кто их задерживает.

Он резко кивнул.

— Я бы предпочел это.

— Тогда ищи серебристый «Рено», за рулем которого буду я. — она достала что-то из кармана и протянула ему. — Ты должен надеть это.

Айви увидела серебряную цепочку, на которой висел маленький овальный амулет с каким-то выгравированным изображением. Он был похож на медальон святого, который носят многие католики, как медаль Святого Христофора для защиты путешественников. Она заметила, что Баэн подозрительно на него посмотрел.

— Что это?

Роуз вздохнула.

— Это талисман. На него наложено заклинание, скрывающее магию от любопытных глаз. Я ношу его всякий раз, когда мне приходится передвигаться среди большой толпы на случай, если среди нее затаились ночные. Однако в данный момент твоя сила служит большим маяком, чем моя. Страж — это то, что даже самая ничтожная пешка Общества вряд ли сможет не заметить, если только ты не воспользуешься этим, чтобы слиться с толпой. Я знаю, что ты не доверяешь мне, Страж, но ты видишь, что он сделан из чистого серебра. Никто из тех, кто желает тебе зла, не приблизится к тебе. А теперь возьми.

Баэн неохотно позволил ей вложить амулет в его руку, но надевать не стал. Удовлетворенная, Роуз развернулась на каблуках.

— Я вернусь через минуту. Запомните, серебристый «Рено Клио».

Айви проследила, как женщина спускается в гараж, и подтолкнула Баэна к рампе, по которой машины выезжали с парковки. Когда они нашли место, где можно было подождать, она посмотрела на его мрачное выражение лица и ткнула локтем.

— Тебе действительно стоит расслабиться, — сказала она. — По-моему, она за нас. Я не чувствую от нее никаких неприятных ощущений, которые

обычно возникают с ночными. Почему ты такой подозрительный?

Он ничего не ответил, только покачал головой, не сводя глаз с окружающей обстановки. Сегодня он был отличным собеседником. Единственный раз, когда разговаривал с ней с тех пор, как она проснулась и обнаружила его уже готовым, одетым и расхаживающим по небольшому гостиничному номеру, был приказ или кратчайший ответ на ее вопросы. Если бы она думала, что их встреча накануне вечером что-то для него значила, она бы уже чувствовала себя серьезно уязвленной.

Хорошо, что она все понимала. Если Баэн уже забыл о самом жарком сексе в истории человечества, значит, они были на одной волне. Она точно не вспоминала о нем.

«Нет, сэр. Ни разу».

И это хорошо, потому что, не думая ни о сексе, ни о Баэне, ни о сексе с Баэном, она не была застигнута врасплох, когда крошечная серебристая машина пулей вылетела из-за угла перед выездом из гаража и снесла шлагбаум, преграждавший подъездную дорожку. Пассажирская дверь машины распахнулась, и в проеме показалась Роуз, наклонившись вперед и отчаянно крича.

— Entrez! Vite! Vite! Ils nous ont trouves!

Это поняла даже Айви. «Залезайте внутрь! Быстрее! Быстрее! Они нашли нас!»

Не давая Баэну времени возразить или придумать причину о том, что это была ловушка, она подлетела к машине, сдвинула пассажирское сиденье вперед и втиснулась на крошечное заднее сиденье хэтчбека.

— Давай! Поехали!

Выругавшись на мертвом языке, Баэн последовал за ней, явно недовольный, но и не желающий отпускать Айви куда-либо без него.

Честно говоря, она не совсем понимала, как ему удалось втиснуться на переднее пассажирское сиденье миниатюрной машины, которой управляла Роуз, но, как только он оказался внутри, француженка надавила на газ и выехала на оживленную улицу.

Баэн успел захлопнуть дверь и упереться рукой в приборную панель, когда позади них раздался сигнал тревоги и из будки охраны выскочил человек в помятой униформе, размахивая руками, крича, чтобы они остановились, и зовя полицию. Роуз даже не оглянулась.

Но Айви сделала это. Повернувшись боком на заднем сиденье, она увидела, как из гаража на скорости, приближающейся к скорости света, выезжает большой внедорожник темного цвета. По крайней мере, так ей показалось, особенно, когда она обнаружила, что ее швыряет взад-вперед по задней части автомобиля.

Господи помилуй, но Роуз Убранш ехала по оживленным улицам Парижа так, словно пыталась пройти отбор в гонки. Айви поискала ремень безопасности и успела пристегнуться как раз вовремя, когда машина на двух колесах вошла в поворот (она предположила, что им удалось удержать колеса на земле, потому что она не умерла прямо на месте).

Баэн приказал ей быть осторожнее, а Роуз выкрикнула в ответ поток слов, которые, как уверена Айви, мадам Плюд никогда не включала в школьную программу. Громкие голоса в сочетании с визгом резины по асфальту, ревом моторов и воем сирен почти оглушили Айви.