Разрушительные истины
Шрифт:
— Дорогая, можно мне пригласить тебя на танец?
Лицо Сирши озаряется улыбкой, когда я протягиваю ладонь, одна рука все еще спрятана за спиной. Портрет идеального джентльмена. Соглашаясь, она кивает и кладет свою ладонь в мою. Затем, обхватив ее талию свободной рукой, я притягиваю ее ближе к своей груди. Она прижимается к моему подбородку, и я кладу свою голову на ее макушку, наслаждаясь ароматом ее лаванды. Вместе мы растворяемся в этом покачивании, и я позволяю тексту песни омыть меня.
— Скажи мне, вольная птица,
Ее подбородок приподнимается, и янтарные глаза впиваются в мои.
— Все, чего он не видит в себе. — Ее ответ укрепляет решение, которое мне нужно принять.
Прижимаясь своим лбом к ее, мы продолжаем танцевать под медленный, мрачный ритм.
— Ты хочешь знать, что я вижу в тебе? — спрашивает она, пронзая сквозь мою внешность мучения в моей голове и сердце. Когда я не отвечаю, она добавляет: — Ты — мое безопасное место для приземления, Дев. И когда этот безумный мир угрожает столкнуть меня с края, я знаю всем сердцем, что ты будешь рядом, чтобы подхватить меня, если я упаду.
Я ничего не говорю, цепляясь за надежду, что, может быть, я все еще смогу быть таким для нее, когда все это закончится.
Когда песня подходит к концу с нежным касанием клавиш пианино, я протягиваю руку и касаюсь ее подбородка.
— Я люблю тебя, вольная птица.
Глава ТРИДЦАТЬ ПЯТая
РОУЭН
Что-то происходит с Деверо, и я не могу точно определить, что именно. Он жил в своем собственном мире с тех пор, как я забрал его ранее, едва ли бормоча больше нескольких слов за раз, казалось бы, погруженный в свое мрачное настроение. Но прямо сейчас у меня нет возможности трахнуться дважды и нырнуть глубже, чем оно есть.
С тех пор, как я проснулся этим утром, я боролся с тревожным чувством, сотрясающим мой желудок, и оно становилось все хуже с тех пор, как я переступил порог Замка Килл. Итак, оставляя Лиама присматривать за Сиршей, я решаю использовать это время, чтобы осмотреть место проведения.
Ни для кого не секрет, что мы — включая Айну и Лоркана — разозлили больше, чем положено членам синдиката, а поскольку мой отец охотится за Сиршей, нам нужно быть начеку, особенно в такую ночь, как сегодняшняя.
Краем глаза я замечаю, как Финн Коннелли — король Синдиката Манстера — крадется из бального зала, выглядя чертовски подозрительно. Решив последовать за ним, я пробираюсь сквозь толпу, держась на безопасном расстоянии. Через несколько секунд я крадусь по узкому коридору, когда эхо приглушенных голосов привлекает меня ближе.
После того, как я засовываю руку сзади в брюки от смокинга, мои пальцы сжимаются на рукоятке моего "Глока", когда я подхожу ближе, прижимаясь спиной к стене и скрываясь от долбаных глаз.
Коридор поворачивает налево, и я осторожно выглядываю из-за края стены, наблюдая за моим отцом, Оливером и Финном, погруженными
— Как и обещал, после ее посвящения я сопровожу Беван в Кинварру. — Оливер пожимает Финну руку.
— А как насчет моего места в совете директоров? — продолжает мой отец. — Будет ли это надежно, когда все пойдет по плану?
— Да. Я разберусь с твоей проблемой к концу ночи, и на этот раз ошибок не будет. Выведи ее на сцену, а мы позаботимся обо всем остальном, — предлагает Финн со своим мелодичным акцентом.
Мое сердце бешено колотится в груди. Мне нужно, блядь, вернуться к Сирше и забрать ее отсюда. Но как раз в тот момент, когда я собираюсь поворачиваться, я слышу, как мой отец спрашивает:
— А как же Рейли? Нам нужно разобраться с ним и с этой сукой Айной сегодня вечером. Если он на самом деле отец Сирши, он может претендовать на ее место и захватить половину острова.
Я замираю, навострив уши, пытаясь расшифровать их приглушенные слова.
— Оставь это мне. Я посмотрю, что я могу сделать. Но что бы ни случилось, никто из них не уйдет отсюда живым. Попомните мои слова.
Паника подкатывает к моему горлу, когда я взвешиваю свои варианты. Я мог бы убить их всех до единого градом пуль, но я не знаю, что они запланировали. Все, что я знаю, это то, что мне нужно вытащить всех отсюда… и быстро.
Пробираясь обратно по коридору — так быстро и тихо, как только могу, чтобы меня не застукали, — я достаю свой телефон и набираю номер Лоркана. Он звонит несколько раз, но не отвечает.
Дерьмо.
В отчаянии я протискиваюсь через двери бального зала и осматриваю танцпол.
Где они, черт возьми,? Мое сердце колотится где-то во рту, душит меня и перехватывает дыхание. Мои глаза танцуют по комнате, изучая все лица, и, наконец, я останавливаюсь на Деверо. Прокладывая себе путь через переполненный зал, я направляюсь прямиком к нему. Чем ближе я подхожу, тем сильнее сжимается кулак паники, потому что Сирши нет с ним.
Бросаясь вперед, я ударяю ладонями по его груди.
— Где она, черт возьми?
Его руки сжимают мои плечи, удерживая меня на ногах.
— Господи, Роуэн. Успокойся, черт возьми. Ты хотел, чтобы я последовал за ней в ванную?
Я отступаю назад и запускаю пальцы в волосы.
— Да. Это именно то, что я хотел, чтобы ты сделал. — Мое дыхание учащается до рыси, а сердце колотится в барабанных перепонках так чертовски громко, что я не слышу ни слова из того, что говорит Лиам. Его руки движутся, его губы тоже, но все, на чем я могу сосредоточиться, это надвигающаяся паника, наполняющая мои гребаные вены.