Разрушитель
Шрифт:
– Кто тупой? – Еще один гость, в кожаном пиджаке, несмотря на жару, полез во внутренний карман.
Я терпеливо дождался, пока он извлечет пистолет, но взвести затвор не дал. Мне-то оставалось лишь сдвинуть предохранитель.
Нет, им действительно очень повезло. Тому, с пистолетом, точно. Да и камуфлированному с ножом. В молодые годы получили бы они по пуле в плечо, чтобы правой рукой не слишком шевелили. Но прежней практики давно не было, чуть промахнуться я вполне мог – не в пользу гостей, а убивать в мои планы пока
Пришлось выпустить короткую очередь над головами – это впечатляет, затем – еще одну прямо под ноги. Земля вздыбилась несколькими зловещими фонтанчиками.
– Руки!
Пистолет и нож без напоминаний полетели в сторону. Ясно же – третий раз я мог сдуру или с расчету выпалить прямо по гостям. Лес рядом, лопаты найдутся, и никто не узнает, где закончился путь залетных визитеров. Тут ищи, не ищи… А попасть очередью намного легче, чем одиночным выстрелом.
Удивительно, куда пропадает наглость у людей при виде дымящегося ствола! Звериным чутьем гости уловили – мир для меня разделился на своих и чужих.
Мог бы я убить? Запросто! На моей совести есть грехи пострашнее убийства. В сущности, кто передо мной? Явно не люди. Так, гадины, раздавить которых не преступление, а долг. Пройду мимо и тут же забуду о ничего не значащем пустяке. Одним трупом больше, одним меньше. Какая разница?
– Мы ничего, – пробормотал старший, с фиксой.
Куда только подевался гонор?
– Две вещи не люблю по жизни. Вторая – наглецы, – охотно пояснил я. Сделал паузу и добавил: – А первая – зря тратить патроны. Каждая пуля мимо цели – это буханка хлеба. Так учили. Кто же выбрасывает хлеб? Понятно говорю?
Гости согласно закивали. Взглядов от автомата они не отводили. Словно это могло задержать стрельбу.
– Боря, посмотри машину. Вдруг там еще что имеется?
Я чуть переместился с расчетом, чтобы зятек не попал в сектор обстрела.
– А вы пока присядьте, господа. И ручки не опускайте. Я человек нервный, контуженый, могу понять не так. Потом придется от остальных избавиться. Зачем мне свидетели?
Удивительно, как легко они понимали мои мысли. Про послушность я уже не говорю.
Борис залез в салон, пошарил и извлек на свет божий карабин. Охотничий, с виду – весьма недурной. Затем открыл багажник, пошарил там, но больше ничего интересного не было.
– Хорошо. Виктор, будь добр, посмотри, нет ли чего у джигитов при себе.
Надо было бы припахать Бориса, как самого молодого, только мало ли! Виктор хоть не станет маячить на линии огня.
Трофеями оказались лишь ножи. Два ствола на всех – не маловато ли для рэкетиров? Или они начинающие, не успели еще обзавестись необходимым реквизитом?
Выяснять мне было откровенно лениво. Я ведь и жажду утолить не успел, а солнце продолжало жарить вовсю.
– Значит, так. Сейчас вы садитесь в свою тачку и катитесь ко всем чертям. Если увижу кого еще раз, предупреждать
Садились в машину они осторожно. Боялись, что пальну им в спину. Но охота было патроны тратить…
– Что они хотели? – спросил я у Виктора, следя за удаляющимся автомобилем.
– Четверть урожая.
– Не хило! Помнится, даже католическая церковь только десятину брала. Наглеют братья горцы.
Борис откровенно мялся да посматривал на автомат в моих руках.
– Вы что, на самом деле могли их перестрелять?
– Запросто. Закопали бы – и всех делов.
Кажется, зятю стало немного не по себе. Он-то был человеком сугубо мирным, к оружию непривычным.
– Может, зря их отпустили? Вдруг явятся получше подготовленными? – добавил ему сомнений тесть.
Как человек, привыкший к земле, он с ненавистью относился ко всем, покушавшимся на плоды тяжелого труда.
– Думаю, не явятся. Они сейчас в сомнении, на кого нарвались? Вдруг тут некто настолько крутой, что ему любая банда по барабану? И в ментовку не обратятся. Самим боком выйдет.
Я повесил автомат на плечо и вытащил сигареты. Виктор с благодарностью принял одну.
– Думал, придется сейчас тяпкой махаться, – хмыкнул он.
Руки приятеля даже не дрожали.
– Мне больше другое не нравится. – Я чиркнул зажигалкой. – Раз появился интерес к простым сельским жителям, вернее – к их продукции, значит, дело, похоже, швах.
Глава 17
– Куда теперь?
Мы миновали внешний КПП, а следом – участок дороги до первой развилки.
Стояло раннее, даже чересчур раннее утро, и элементарно хотелось спать. Частенько слышал жалобы от стариков и просто пожилых людей насчет бессонницы, но у меня все обстояло с точностью до наоборот. Всю жизнь обходился пятью часами сна, отсыпаясь раз в неделю, а с возрастом мало стало и восьми. Буквально в последний год, словно вытянули какой-то стержень, и пропала необходимость выглядеть всегда бодрым и свежим.
Может, просто быстрее наступало утомление? И нагрузок прежних нет, а чуть пошевелился, сделал вид, будто работаю, и уже тянет прилечь. А вечером не уложить, готов сидеть, заниматься непонятно чем – сова.
– Направо и до первого поста. – В противовес мне, Линевич выглядел достаточно бодро. Что значит – служба.
– Опять мочить кого-то будем? – Я покосился в зеркало, выглядывая знакомый микроавтобус.
– С чего ты взял? Доедем, с людьми поговорим и сразу назад.
– Да раз я понадобился, вопреки всему…