Разрушенный
Шрифт:
— А ты что думаешь? — я отодвигаю ее волосы на другую сторону шеи, освобождая место для моих поцелуев. Я провожу языком по вчерашнему засосу, а затем снова посасываю чувствительную кожу.
Елена стонет, вжимаясь попкой в мой член.
— Остановись. Люди могут увидеть.
— Кто?
Елена оглядывает другие капсулы в поле нашего зрения. Ребята, которые просили у меня автограф, поставили нас с пустой капсулой позади нас. Люди, которые загрузились перед нами, все смотрят на лондонский горизонт, не проявляя особого интереса к тому, что мы задумали.
— Вон
Я поднимаю подол ее платья так, что ее голая задница прижимается к моим джинсам.
— Кому какое дело? Хреново для них, потому что у меня лучший вид.
Одна из моих рук обвивается вокруг нее, чтобы удержать ее на месте. Я быстро снимаю с нее трусики и убираю их в карман джинсов.
— Повернись.
— А как же камера? — она указывает на угол капсулы.
— Помнишь моего нового любимого поклонника там внизу? Я подчеркивал необходимость уединения, включая камеры.
— Ты всегда получаешь то, что хочешь?
Я усмехаюсь
— В принципе. Теперь повернись.
Она нерешительно поворачивается ко мне.
— Сядь на поручень.
Она поворачивает голову в сторону людей в другой капсуле. — Боже мой. Я не могу тебе поверить.
— Я больше не буду тебя просить. Сядь на поручень, как хорошая девочка, которой, как мы оба знаем, ты любишь быть.
Она краснеет, садясь на прохладный металл. Ее спина обращена к нашим соседям, и длинный подол ее платья не позволяет им видеть, как я опускаюсь перед ней на колени.
Елена следует моему молчаливому приказу и кладет свои ноги мне на плечи, предоставляя мне полный доступ к ней. Ее глаза закрываются, когда я раздвигаю ее складки и погружаю в нее свой язык.
Блядь. Мне нравится ее вкус, как и то, как она реагирует на мои прикосновения. Стон, который она издает, заставляет мой член пульсировать в джинсах. Я трахаю ее языком, доводя ее до грани наслаждения.
Ее нуждающиеся пальцы хватают меня за волосы и притягивают ближе. Я посасываю ее клитор, вырывая у нее тихий вздох, который я не прочь слышать каждый день.
Каждый день.
Черт.
Тревога ползет по позвоночнику, прежде чем я успеваю ее заглушить. Я не хочу волноваться и чувствовать вину за будущее. Но трудно игнорировать то, как Елена заставляет меня думать о том, что «если», а это само по себе рискованно.
Я вымещаю свое смятение на ее теле, без устали трахая ее языком, пока оргазм не прорвался сквозь нее. Ее ноги дрожат на моих плечах, когда она пытается собраться с силами.
Но, как и я, я не хочу, чтобы она взяла себя в руки. Я хочу, чтобы она отчаянно жаждала большего. Чтобы она молча понимала мою потребность доминировать над ней, чтобы иметь хоть какое-то подобие контроля над спиралью, в которую закручивается наша совместная жизнь.
Я встаю. Елена пытается сойти с перил, но я качаю головой.
— Останься. — Я расстегиваю джинсы и сдвигаю их вниз настолько, чтобы освободить свой член. Я накачиваю его несколько раз,
Елена поворачивает голову, чтобы посмотреть на наших соседей. Группа туристов очарована Биг-Беном и всеми лондонскими достопримечательностями.
— Им наплевать на то, что здесь происходит. — Я беру презерватив из бумажника и надеваю на себя. Елена вздыхает, когда я трусь головкой члена о ее вход.
— Вот что ты делаешь со мной. — Я раздвигаю ее ноги, заставляя ее больше раздвинуть их для меня. — Ты заставляешь меня отчаянно желать большего.
Мы оба стонем, когда я вхожу в нее одним толчком. Я откидываюсь назад, чтобы снова войти в нее, и шлепаю ладонью по стеклу рядом с ее головой.
— О, вау. — Елена вздыхает, хватаясь за мои плечи для опоры.
Мой темп увеличивается по мере того, как наша капсула продолжает подниматься. К тому времени, как мы оказываемся в самой высокой точке, по моей спине стекает струйка пота. Связь между мной и Еленой продолжает расти, и я вбиваюсь в нее, как мужчина, который на мгновение теряет контроль над собой.
Елена держит мою голову между своими руками и целует меня. Я все еще внутри нее, чувствуя, как энергия меняется вокруг нас. Она заряжается, перерастая в нечто непостижимое. Ее поцелуи говорят все, что не могут сказать слова. Она требует моего внимания, когда ее зубы впиваются в мою нижнюю губу.
Я целую её, пока трахаю её, двигаясь быстрее и небрежнее. Елена изгоняет мои негативные мысли своими эротическими поцелуями, окутанными доверием и спасением.
Во мне нарастает жажда быть всем, что нужно Елене, несмотря на мою растущую тревогу.
Быть всем, чего она не знала, что хочет, но без чего не может жить.
И с этой мыслью мы взрываемся вместе в нескольких смыслах.
Глава 32
Елена
Звуки ворчания Джакса и его отца наполняют домашний боксерский зал. Мы с Верой заняли место на скамье, которая, кажется, была сделана на заказ, чтобы обеспечить ей максимальный комфорт.
— Знаешь, что-то в тебе изменилось. — Вера постукивает тростью по моей кроссовке.
— Я тестирую новую прическу. — Я провожу рукой по своей косичке с ореолом.
Она качает головой.
— Не говори чушь. Матери знают лучше. У тебя сияет кожа, что я не привыкла видеть, и мой сын улыбается гораздо чаще, чем обычно. Это была мертвая подсказка.
Мои щеки раскраснелись.
— Может быть, это с едой, которой нас кормит Джеки. У меня было чувство, что с ее пирожными что-то не так.