Разоритель Планет
Шрифт:
Рабочие закопошились, в цехе в этот момент на магнитном кране висел каркас машины. За станками находились разные люди и мужчины и женщины, все они были одеты в комбинезоны синего цвета, а вот работодателей было видно сразу: люди в красивых костюмчиках. Сейчас, вероятно, занимались проверкой того, как работают их батраки. Здоровый и толстый мужчина с красным лицом, которое постепенно теряло цвет, смотрел на тех, кто были по другую сторону. Другой — невысокий, с крысиными чертами лица, будто бы хотел влезть в чей-то комбинезон и свалить куда подальше. Рабочие уходили с рабочих
Вскоре были приведены еще двое мужчин: высокий седовласый старичок, который отличался военной выправкой, а также, кажется, его внук, такой же высокий и с такой же осанкой. Их всех усадили на стулья, которые принесли сверху. Романо ходил с улыбкой, излучал самую настоящую «доброту».
— Приветствую Вас, господа Николсоны, господин Борман и господин Фирс. Сегодня настал тот день, когда Вы уже не являетесь господами мира и всего вокруг. Надеюсь, Вы были готовы к подобному? — спросил человек, глядя сначала на старика с молодым человеком, затем на толстяка, а после на крысоподобного Фирса.
— Нет. Не были и не будем, — ответил старик.
— Боюсь, что Вы, господин Николсон, такими словами можете знатно сократить себе жизнь или жизнь своего внука. Выбирайте… Чью? Вашу или его? — в этот момент Николсон замялся. — Ага. Жить хотите, поэтому подпишете то, что я Вам дам. Теперь Вы. Борман и Фирс?
— А чтобы это я стал бояться такой собаки, как ты? — спросил Борман, глядя на корпората. — У меня много связей в полиции.
— И все эти связи куплены мной. Там, за стенами завода, Ваших работников вязали шок-пехотинцы. Как думаете, если я командую шок-пехотой, то не стану ли я главным над Вашими «связями»? Армейская структура будет повыше копов.
— Сука… — Борман в этот момент уставился на Фирса, и тот нехотя, но все же начал говорить.
— А что скажете насчет бандитов? Их не боитесь? — в зеленых глазах этого человека сверкнула какая-то искорка злобы.
— Вы хотите напугать меня «несчастным» случаем или лесопарком где-нибудь в городе? Ну, пусть попробуют. Правда, не удивляйтесь, если все Ваши преступные «связи» окажутся в крематориях. Понимаете, в каком положении Вы, господа, находитесь?
На этот раз снова начал говорить старший Николсон:
— Допустим, понимаем. Однако, вопрос: а вы потянете против всего бизнеса планеты?
— Не преувеличивайте значение Вашей богадельни для всей планеты. Стерев Вас с лица Итариса, как представителей определенного класса, я лишь умножу те силы, которые за мной скрываются. Ну а, если убьют? Тем лучше. Сюда прибудет сразу несколько таких, как я, и уж они задавят каждую крысу, которая пыталась нарушить волю корпорации. Давайте разойдемся мирно? Я плачу Вам определенную сумму, и Вы можете улетать в другую систему, стать прекрасными менеджерами или… Допустим, работать на меня. Вы, господин Борман, и Вы, господин Фирс, являетесь интересными кадрами, которые вполне имеют шансы стать полезными для корпорации людьми, — человек помотрел сначала на Бормана, затем на
— Какова компенсация? — спросил Борман.
— Что-то около миллиона кредитов. Говорю же, на эти деньги можно улететь в любой сектор Федерации, а далее прикупить там хорошую квартирку и жить еще некоторое время. А если Вы продадите свои местные апартаменты, которые у Вас, Борман, есть… Думаю, Вам хватит даже на постройку нового завода, — с улыбкой проговорил Романо.
— Ага. Только вот тут насиженное место. Связи там, прочее. Ты никак хочешь выбросить меня на улицу с голой жопой. Верно, понимаю, ЧОПа? — довольно агрессивно проговорил Борман, а корпорат лишь улыбнулся на отождествление себя с охранником.
— Знаете, Борман, если бы я хотел бросить Вас с голой жопой, я бы раздел Вас прямо здесь, а после выбросил бы на улицу, чтобы Ваша попка немного покраснела, примерно до состояния Вашей морды, — в этот момент из ряда бойцов даже послышался какой-то смешок, а Борман еще сильнее покраснел, но замолчал.
— Допустим, я согласен работать с Вами. Какова ставка? — спросил уже Фирс.
— Ну, смотрите… Ваш завод будет распродан, так что не надейтесь, что станете его единоличным собственником, однако я обещаю, что Вы не останетесь бедным.
— Угу. А можно ли верить Вашему слову, господин Романо? — спросил Фирс, глядя на Романо хитрым и слегка паскудным взглядом.
— Боюсь, что Вам придется довериться, господин Фирс, впрочем, я могу гарантировать то, что Вы не будете убиты. В принципе, ЗАО требуются подходящие кадры для работы в офисе, а с Вашими связями… Мы сможем купировать часть преступного промысла.
— Вы хотите пустить мои связи против моих же связей?
— Именно так. Корпорация довольно сильно заинтересована в ликвидации преступности, после исполнения мы найдем для Вас какое-то другое дело.
— Лично я согласен сотрудничать, — сказал Фирс, улыбнувшись.
— Вот же крыса… — пробормотал Борман.
— Ну да. Крыса, а вот ты — свинья, — ответил Фирс на слова Бормана, отчего тот продолжил краснеть и, вероятно, если бы был один на один с Фирсом, разбил бы его лицо.
— Вы согласны, господа Николсоны? Вам будет выдана компенсация в размере двух миллионов, так как Ваша семья имеет здесь сразу двух собственников. Также говорю прямо. Вы ничем не рискуете, улетая с планеты. Мы проследим за тем, чтобы Вы улетели без каких-либо проблем.
— Согласны, — ответил старик. — Только скажи мне. Каковы Ваши интересы на этой планете?
— Ее разорение, впрочем, со многим Вы и Вам подобные и без меня справились. Я прилетел на уже угасающую планету и теперь произвожу удар милосердия.
— Благородно, однако, все эти люди окажутся на улице.
— И будут вынуждены лететь в центральные миры, становясь штрейкбрехерами.
— То есть Вас преследует желание уменьшить плату своим рабочим? Урезать их права? — продолжал интересоваться старик.