Разные полюса

Моусли Кирсти

Я выскочила, спотыкаясь и пытаясь вдохнуть, когда паника взяла надо мною верх. Мне нужно было быть там, видеть его. Там нельзя было терять время, потому что обломки, которые я видела, были очень тяжелыми и от которых он бы не выжил. Он не мог пережить это. Я нечаянно убила его.

Когда я побежала в сторону большой толпы сотрудников и групп экстренного реагирования, охранник встал передо мной, вытянул руку и остановил мои панические попытки добраться до Карсона.

– Никаких зрителей! – рявкнул он, непреклонно качая головой.

Я всхлипнула и

изо всех сил, пытаясь выбраться из его хватки.

– Мне нужно увидеться с ним, отпустите меня! – плакала я, беззастенчиво направляя удар в его голени. – Отвали от меня! – закричала я. Гнев кипел в моих венах.

Он терял драгоценные секунды.

– Фил, Фил, отпусти ее! – кто-то сказал позади меня.

Я не остановилась, чтобы посмотреть, кто это был, когда вокруг меня внезапно ослабили хватку. Вместо этого, я вырвалась и побежала, пробираясь в глубь толпы с пяти людей. Они все, казалось, придерживались одного мнения. Я могла слышать их шепот. Такие слова, как «повезло» и «на волоске» заполняли мои уши. Я не остановилась, чтобы попробовать переварить их, а просто пробралась сквозь толпу в сторону машины скорой помощи, припаркованную с открытыми дверями.

Когда я протолкнулась мимо последнего человека, мои глаза приземлились на него. Карсон. Он был жив, как и сказал мне парень. Он лежал на каталке, плотный белый фиксатор охватывал его шею, и удерживал голову на месте. Черные пятна омрачали его лицо, а кожаный комбинезон был поцарапан и в некоторых местах разорван. Они наполовину сняли его, оставив свисать с его талии. Он сидел с закрытыми глазами и морщился от боли, когда фельдшер колол его.

Я подавилась всхлипом, чувствуя облегчение и благодарность, нахлынувшую на меня. Он был жив. Я не потеряла его.

И, что удивительно, он не был в ужасном состоянии. Голова кружилась, когда я нерешительно шагнула вперед, все мое тело тряслось, а ноги едва поддерживали мой вес. Боль от его потери и мыслей, что он был мертв, по-прежнему преследовали меня, и я знала, что пройдет много времени, чтобы полностью избавиться от этого чувства. Оно все еще находилось в моем животе, вертелось и смешивалось с облегчением, которое я чувствовала из-за того, что он был живым и относительно невредимым.

Когда я остановилась перед ним, он открыл глаза и взглянул на меня. Синева его глаз поймала меня врасплох, что было каждый раз, когда я их видела. Мое дыхание дрогнуло, и, в конце концов, ноги не выдержали. Я упала перед ним на колени и безудержно зарыдала, прижимаясь лицом к его животу.

Одна его рука прикоснулась к моей голове, тем временем, когда мое тело сотрясалось от рыданий.

– Эм, тише... все хорошо. Я в порядке, – прохрипел он, немного задыхаясь. – Не плачь, не надо, – прошептал он.

Я шмыгнула носом и отстранилась, подняв на него глаза, когда мой подбородок задрожал, а дыхание сбилось.

– В порядке? Это выглядело, – я покачала головой, не находя подходящих слов, чтобы описать ужас от душераздирающей аварии, которую я смотрела на повторе по телевизору, –

ужасно, – закончила я.

Он протянул руку и тыльной стороной пальцев провел по моей щеке, прежде чем сделать так же с другой, вытирая слезы.

– Мне не повезло. Что-то определенно стронное случилось с моей рукой, но я не слишком пострадал. Я – счастливчик, – ответил он.

Я проглотила образовавшийся в горле комок. У меня не было слов, чтобы рассказать ему, как сильно он напугал меня, какой я испытывала ужас, какую вину чувствовала из-за того, что стала причиной его невнимательности.

– Нам повезло, что твой ангел-хранитель был с тобой рядом, – пробормотала я, повторяя слова тату, которые были у него на боку.

Грустная улыбка дернула уголки его губ.

– Мой ангел-хранитель, сейчас стоит на коленях передо мной.

Мое сердце в груди защемило, когда я закрыла глаза и повернула свое лицо к его руке, вкушая ощущения его кожи на своей щеке.

– В таком случае, твой ангел-хранитель отчаянно нуждается в смене нижнего белья, – пошутила я, поднимаясь на ноги, чтобы я смогла должным образом осмотреть его сверху донизу. Он неловко улыбнулся и вздрогнул от небольшого движения. – Карсон, не делай этого со мной снова. Я думала, ты умер, я думала, что ты ушел, прежде чем я успела сказать тебе... – я сделала глубокий вдох и приготовилась сделать признание, которое изменит жизнь, но прежде чем я успела договорить, фельдшер откашлялся.

– Давайте наденем это на вас. Это снимет часть давления на плечо и вам, должно быть, станет более удобно, – сказал он, протягивая телесного цвета эластичный бинт, по форме напоминающая цифру восемь. Он отстегнул один конец и осторожно обмотал вокруг шеи Карсона, прежде чем осторожно поднять его руку и протянуть ее через петлю. Стон агонии Карсона, заставил волосы на затылке стать дыбом. Как только он закончил, фельдшер сочувственно улыбнулся.

– В целом я доволен, травмы головы или шеи нет, но мы должны будем оставить фиксатор до тех пор, пока они не сделают должные тесты. Мы готовы перевезти Вас в больницу. Они вправят его, когда мы туда прибудем. Я думаю, там также может быть сломано несколько ребер.

Я взглянула на него, когда он говорил.

– Вправят? – спросила я в замешательстве. Карсон сморщил нос, когда еще один фельдшер помог направить каталку в сторону открытой двери машины скорой помощи.

– Его плечо. Оно вывихнуто, – ответил первый фельдшер.

Дрожь захлестнула меня, но изо всех сил я постаралась сдержать свою реакцию. Карсон увидел это, и тихонько усмехнулся.

–- Ты можешь подождать снаружи, когда они это будут делать, – предложил он.

К горлу подкатила желчь. Он чертовски прав на счет того, что я буду ждать его снаружи. Я не могла это видеть! Не обращая внимания на его самодовольное лицо, я взглянула на фельдшера.

– Я могу сесть в скорую, верно? Я его невеста.

Я шмыгнула носом, незаметно вытирая нос о свою руку, и тихо мечтала о платке, потому что была уверенна, что выглядела ужасно.